Ким Сонён – Башня воспоминаний (страница 10)

Внутри оказалось очень уютно и прохладно. Один угол комнаты был полностью завален материалами для шитья. На столике рядом со швейной машинкой лежала целая гора отрезов ткани разной формы.

— Ох, только посмотри, как ты вспотел! Настрадался, наверное, пока нас искал. Вот, садись сюда. Остынь немного. Такое чувство, будто погода решила меняться в обратную сторону. Только стало немного прохладнее, а осень наступила — и опять жара.

Волосы женщины, выглядывающие из-под платка, были покрыты белой пылью. Она развернула вентилятор в сторону Ихёна и предложила ему деревянную табуретку. На полу в комнате почти не было места из-за разбросанных повсюду тканей и материалов для шитья.

— Все благодаря нашей Ран. Спасибо, что приехал в такую даль.

Женщина слегка наклонила голову и, улыбнувшись, добавила:

— Действительно, Ран была права. Ты выглядишь знакомо.

— Что? Но я никогда раньше вас не видел.

Женщина внимательно всмотрелась в лицо Ихёна. Парень почувствовал, что краснеет. Щеки запылали, и жар дошел до самого затылка.

— Ой, да у тебя даже кончики ушей краснеют точно так же! Ха-ха-ха, ну конечно, ты впервые меня видишь. Ох, какая я бестактная… Прошу прощения.

Ихён уселся на табуретку и обвел комнату глазами. Широкие окна выходили в сторону двора, и через них виднелась тропинка, ведущая в густой зеленый лес. На столе под окнами тоже была навалена целая груда принадлежностей для шитья.

Ран — дочь этой женщины. Она попросила ребят из «Магазинчика времени» навестить родительский дом, потому что сама живет за границей. В письме совершенно точно упоминалось еще и о больном отце, но его нигде не было видно. Интересно, насколько сильно он болен? Девушка даже прикрепила к письму снимок с родителями вместе с отчаянной мольбой не отказывать ей. По этой единственной фотографии можно было очень многое понять о моменте, в который она была сделана. В ней ощущались тепло и забота. Все широко улыбались на фоне пышно цветущих георгинов. Ран стояла рядом с отцом, который сидел в инвалидном кресле, укутанный пледом. Она писала, что ей нужен кто-то, кто побудет рядом с ним вместо нее.

Ран обратилась с просьбой и перевела деньги как раз перед тем, как «Магазинчик времени» перешел на безвозмездную основу. Онджо ответила ей, что не может выполнить поручение, и попросила прислать номер счета для возврата. Однако девушка продолжала просить и умолять. Она сказала, что может, конечно, обратиться в другое место, но ей очень понравились принципы работы «Магазинчика» и, что еще более важно, она хочет, чтобы родителей навестил именно ее ровесник. Еще Ран добавила, что мечтает помочь отцу вспомнить самые радостные моменты его прошлого.

Шелк_в_лесу: С наступлением лета мама всегда страшно занята. Она шьет летнюю одежду из вискозы. Вискоза — это один из видов шелка. Только настоящий шелк получают из коконов тутового шелкопряда, а вискоза — продукт человеческого труда. Эта ткань дарит ощущение прохлады и не прилипает к телу даже в жару, а еще отлично пропускает воздух. Именно поэтому ее и используют для пошива летней одежды. Именно поэтому каждый раз, когда начинается сезон, мама становится одним целым со своей швейной машинкой. Я с детства наблюдала эту картину и привыкла к ней.

У мамы всегда были золотые руки, но поначалу она просто шила летние жилетки и штаны для стариков из округи. Швейная машинка дома была, и с приходом теплых месяцев мама шила для соседей одежду, так как они жаловались, что сложно найти вискозу в магазинах. Тогда мы еще не знали, что это станет делом ее жизни.

Папа построил этот дом, потому что всегда любил цветы и деревья и мечтал жить в доме, окруженном садом. Он представлял, как я бегаю и играю во дворе, но вышло так, что я прожила в том доме всего несколько лет. Я до сих пор очень по нему скучаю. Однажды папа упал в обморок прямо посреди двора. Мы так и не узнали причины, но паралич быстро прогрессировал. Вскоре папа уже не мог даже поднять стакан воды. Все заботы легли на мамины плечи, и она начала активно заниматься шитьем. Ей приходилось одновременно ухаживать за папой и работать, и это было невыносимо тяжело. Узнав об этом, моя тетя, которая живет в Америке, предложила взять меня к себе. С тех пор прошло уже шесть лет.

Услышав о нашей ситуации, соседи, для которых мама раньше шила одежду, начали собирать для нее заказы, и слухи о ее таланте разлетелись по всей округе. Заказов стало так много, что мама даже не успевала их отдавать. Она сказала клиентам, что больше не может принимать заказы, и они попросили перенести их на следующий год. Так что, скорее всего, она и сейчас проводит все лето за швейной машинкой.

С наступлением осени перед нашим домом всегда откуда ни возьмись появлялись горы всякой снеди, да такие, что была заставлена вся тропинка, ведущая к деревне. Мы не видели, кто оставлял ее, но мама откуда-то знала, чьих рук это дело. Потому что, отправляя меня с поручениями, она всегда знала, какую корзинку в какой дом нужно вернуть, и обязательно клала в нее ответный подарок — одежду. Дело в том, что мама не берет денег за свою работу. Вы можете подумать, что это все выдумка, но в мире действительно все еще существуют места, где люди живут как в сказках. И я сильно скучаю по этому месту. Я очень хочу поехать домой, но так вышло, что в этом году у меня не получится. Я не говорила об этом маме с папой, но не так давно у меня были проблемы со здоровьем, так что я не могла подрабатывать, чтобы накопить деньги на билет. Летом у мамы совсем нет времени, чтобы ухаживать за папой. Она не может читать ему книги или развлекать разговорами. Сиделка, которая должна была присматривать за ним летом вместо меня, внезапно отказалась, и я в спешке нашла «Магазинчик времени». Прошу вашей помощи на то время, пока моя мама слишком занята работой.

— Мой муж с самого утра в прекрасном настроении, как услышал, что сегодня придет друг Ран. Уж и искупать его заставил, и освежитель воздуха в комнате разбрызгать. Все твердит, скорее бы ты пришел, он о многом хочет тебя расспросить. Муж все время только лежит, поэтому ему все очень любопытно. Хотя обычно он не любит незнакомых людей.

Ихён волновался, потому что не мог точно понять, в каком состоянии находится отец Ран. В письме она просила почитать ему книгу, но если придется вести беседу, то о чем? Голос парня слегка дрожал от волнения, но он как можно спокойнее ответил:

— А, да, меня просили почитать ему книгу.

— Можешь просто поговорить с ним. Он очень любит болтать, так что все будет в порядке. Я его недавно искупала… но он всегда в лежачем положении, так что может немного попахивать, ты уж пойми.

Ихёну стало страшно. За цветочными тканями, заменявшими шторы, оказалась стеклянная дверь. В темную комнату лишь слегка проникал свет. У кровати высились стопки книг, а всю стену в изножье занимал огромный книжный шкаф. Он тоже был полностью набит книгами, стоящими в два, а то и в три ряда. Книг в этом доме было не меньше, чем растений и цветов в саду перед ним.

— Он все время только лежит, и свет слепит ему глаза. Поэтому тут темновато, — сказала женщина, поправляя одеяло.

— Включи свет, — прорезал темноту мужской голос. Похоже, он давно не разговаривал, поэтому прозвучал хрипло. Мужчина повернул голову и посмотрел на Ихёна. Его глаза сверкнули. Они были похожи на озера с синей водой. Прозрачные, светлые, но вместе с тем такие глубокие, что не видно дна.

Мама Ран включила свет и раздвинула задернутые шторы. В окне виднелось синее-синее небо, по которому плыли белые облака. Ихён как будто оказался посреди бескрайнего моря. Этот мужчина, возможно, представляет волны, когда лежит здесь целыми днями и смотрит в окно. Лежит и представляет море, такое же синее, как небо.

— Сегодня отличная погода.

Женщина с опаской посмотрела на лицо мужа, не убирая руки со штор. Похоже, она собиралась задвинуть их снова, если окажется, что ему не нравится свет. Проигнорировав ее тревогу, мужчина обратился к Ихёну:

— Добро пожаловать.

Его голос прозвучал так тихо, словно доносился откуда-то издалека. Кажется, он и правда очень давно не разговаривал, потому что несколько раз с трудом прочистил горло.

— Здравствуйте.

— Спасибо, что приехал в такую даль.

Мама Ран принесла стул к столу, который находился ровно на уровне кровати, и пригласила Ихёна сесть. Она поставила перед парнем стакан сока, а на подставку у головы мужа специальную кружку с трубочкой.

— Видел наших собачек? — спросил мужчина, как только за его женой закрылась дверь.

— Что? А, да, я встретил их во дворе.

— Большие стали? Пятнистая — новенькая, мы ее взяли только этой весной.

Голос мужчины звучал взволнованно и грустно. Почему они не пускают собак в дом? Ихён подумал, что это могло бы очень порадовать лежачего больного. Из соседней комнаты послышался сначала прерывистый, а потом равномерный монотонный звук швейной машинки. Парень вспомнил о горах ткани, наваленных по всему дому.

— Если впустить этих бесенят, они будут мешать жене работать. Нельзя ведь, чтобы собачья шерсть налипла на ткань, да и запах опять же. А уж если порвут готовую одежду зубами, то совсем беда. Так что приходится мне терпеть, эх, — грустно продолжил мужчина, словно погрузившись в воспоминания. Его взгляд при этом был устремлен куда-то вдаль.