Ким Сонён – Башня воспоминаний (страница 9)

Назначенное время уже давно прошло. К тому моменту, как парень заметил под деревом около забора старика, который выглядел так, будто сросся с этим стволом, солнце уже ушло далеко на запад. Увидев незнакомца, Ихён от неожиданности попятился. Тот сидел так неподвижно, что казался каменным изваянием. Только встретившись взглядом с Ихёном, старик моргнул, и в его глазах словно заново затеплилась жизнь. Ихён спросил у дедушки дорогу. Старик медленно, с трудом поднял руку. Его палец указывал куда-то в сторону от деревни, за выступ горы. Никакого дома там видно не было. Ихён перепрыгнул через небольшой ручей, обошел небольшой холм и обнаружил узкую тропку. Судя по всему, в ее конце и находился нужный ему дом. Где-то же он должен быть. Остается только поверить в его существование и идти дальше. А что, если бы здесь оказалась Онджо? Да еще и совсем одна? Что бы Ихён ни думал о ней, это было бы уже слишком. А ведь ей бы пришлось еще бродить по какой-то непонятной местности и спрашивать дорогу у незнакомого старика. Ну уж нет. Ни за что.

А если бы это Хеджи или Нанджу собирались сюда, остановил бы он их? Ихён частенько замечал за собой, что непроизвольно чересчур остро реагирует на слова и поступки Онджо. Он прекрасно знал, что девушка не испытывает к нему ответных чувств, но ничего не мог с собой поделать. Первая любовь, похоже, обладала какой-то магической силой и навсегда запечатлелась в его сердце. Как бы Ихён ни старался избавиться от этих чувств, их след не стирался. Тот период, когда он еще пытался понять, что на сердце у Онджо, дался ему очень тяжело. Но несмотря на это, его чувства к ней становились только глубже. Когда Ихён разговаривал с Онджо или даже просто думал о ней, пульс учащался, а сердце начинало ныть. Все тело напрягалось до предела, а иногда даже мышцы ломило, как при высокой температуре.

Онджо было бы нелегко уговорить уступить ему это дело, даже несмотря на то, что место назначения находилось далеко за городом, — помогла просьба клиента, чтобы миссию по возможности выполнил парень. По словам Онджо, это было последнее задание, которое она получила перед изменением политики «Магазинчика времени». Она могла бы отказаться, но ей очень захотелось помочь клиенту, потому что ее бабушка тоже всю жизнь работала швеей. По счастливой случайности именно в этот день у Онджо была назначена другая встреча, поэтому миссия досталась Ихёну. Она сказала, что сегодня ей непременно нужно встретиться с одним человеком. Не то чтобы Ихён не догадывался, о ком идет речь, но, услышав об этом от Нанджу, он вдруг почувствовал в сердце огромную пустоту. Значит, она встретится с ним лично… Это ощущалось совсем иначе по сравнению с тем, когда этот парень существовал только на словах. Руки и ноги ослабели, и Ихёну казалось, что он вот-вот рухнет на землю. Он практически кожей ощущал, как увеличивается дистанция между ним и Онджо из-за вмешательства незнакомца. Как будто ледяной ветер острыми иглами впивался прямо в его сердце. Ихёна настигла апатия, пропал интерес ко всему. Если бы не сегодняшняя миссия, он бы просто валялся весь день на кровати, безразлично глядя в потолок. Проснувшись рано утром, он не мог заставить себя встать и долго лежал, чувствуя приливы необъяснимой злобы. Почему Онджо постоянно притворяется, что не замечает его чувств, а сама готова бежать к Канто хоть босиком? Ихён даже на мгновение возненавидел ее. С другой стороны, ситуация с Нанджу… Ихён задумался о том, что она чувствует к нему то же самое, но тут же решил, что это другое.

Людям вообще свойственно заблуждаться в том, что только их чувства являются особенными и не такими, как у других.

Желтый лисохвост, купающийся в закатных лучах солнца, мягко покачивался на ветру. Время от времени на глаза попадалась космея, цветущая по краю тропинки. Кажется, она расцвела раньше положенного, но никакой жаре не дано остановить смену времен года. По спине Ихёна без конца стекали крупные капли пота.

Вытянув шею, парень заглянул за выступ горы, уходящей в лес. Там виднелся кусочек крыши шоколадного цвета. Радости Ихёна не было предела. От одного вида черепицы страх отступил. Пройдя немного дальше, он увидел, что лесная тропинка превращается в дорожку, посыпанную желтым песком. По бокам от нее буйно цвели красивые цветы. Яркие лилии были похожи на оранжевые бумажные фонарики, освещающие путь. Чуть дальше простиралось целое море лиловых астр, а за ними, словно дворцовый караул, возвышались высокие подсолнухи. Кажется, они заменяли собой ворота. Вот это да, забор из подсолнухов! Рядом с ними стояла покосившаяся деревянная табличка, которая гласила: «Шелк в лесу». Шелк_в_лесу. Именно таким был никнейм Ран, их клиентки. Только теперь Ихён смог выдохнуть с облегчением: он пришел по адресу.

— Извините, есть кто дома? — с трудом выдавил Ихён.

Ответа не было. Только его голос на мгновение нарушил тишину, которая тут же снова заполнила собой все вокруг. Палящие солнечные лучи проникали между деревьями, мягко опускаясь на безлюдный дворик. Ярко-розовый куст лагерстремии выглядел знакомо. Точно такой же рос прямо около школьного фонтана. Руки-ножницы поставил перед ним табличку с названием, поэтому Ихён запомнил его.

Куст лагерстремии казался таким ярким, словно на него было направлено специальное освещение. В середине двора виднелся небольшой пруд. Посреди него красовался небольшой искусственный островок в окружении водорослей, но сам пруд почти высох. Водоросли даже не покачивались от дуновений ветерка. На засохшем прямом стебле неподвижно, как скульптура, восседала красная стрекоза. Весь двор был щедро засажен разнообразными цветами и деревьями. Было видно, что кто-то вложил душу, когда высаживал их, но ухаживать с тем же усердием не стал. Казалось, что сад заброшен, но в нем все еще виднелись следы старых, утраченных воспоминаний, погребенных под пыльными слоями времени.

Добраться сюда было непросто. Как только автобус покинул пределы шумного города и покатился по пустынной дороге, пассажиры в нем стали убывать. Старики, согнувшиеся под гнетом возраста, как под тяжелыми тюками, с трудом спускались по ступенькам и исчезали один за другим. Ихён ехал до конечной остановки. Клиент написал, что путь надо держать в то место, дальше которого уже не едут автобусы, к пустынной дороге посреди поля, к самому концу лесной тропинки.

Чем дальше Ихён заходил во двор, тем шире он становился. Пространство было разграничено каменными бордюрами, но листья растений торчали в разные стороны, как непослушная шапка волос, скрывая их под собой. Дальше сад уходил прямо в лес, там виднелся довольно широкий ручей. По краю двора густо росли высокие деревья, словно нарочно прикрывая его от чужих взглядов. Из-за непрекращающейся жары ручей тоже пересох, и только на дне оставались следы воды.

С другого конца участка навстречу Ихёну ковыляла белая дворняга. В ее глазах не было совершенно никакой настороженности из-за незнакомого человека. Она выглядела очень ласковой. Ихён чуть не подпрыгнул от радости, увидев собаку. Сейчас он был страшно рад увидеть любое живое существо. Следом показалась еще одна дворняга, на этот раз с желтоватой шерстью. Ее вид тоже был далек от свирепого. Они даже не залаяли. Хотя если так подумать, то в этой деревне еще ни одна собака на него не лаяла. Они только моргали и смотрели из-за заборов, провожая незнакомца взглядами. Вскоре появилась еще одна дворняга — маленькая, с пятнистой окраской. Шустро виляя хвостом, она семенила следом за первыми двумя. Ихён только присел на корточки, чтобы погладить пятнистую собачку, как обнаружил двух кошек, привольно растянувшихся на бордюре, отделяющем двор от ручья. Поглаживая песика по голове, парень осматривался по сторонам: казалось, теперь животные будут появляться откуда-то бесконечно. Тем временем обе кошки мягко спрыгнули с бордюра и, склонив головы, наблюдали за Ихёном. Все животные выглядели ласковыми и спокойными. Они потихоньку приближались к нему, словно говоря всем своим видом: «Проходи, мы тебя ждали». Вся эта картина перед глазами, включая удивительно ласковых животных, выглядела такой нереальной, что в нее сложно было поверить. Казалось, в этой деревне, в этом лесу прячется что-то неподвластное воображению.

Вскоре ушей Ихёна достиг какой-то равномерный механический звук. Заметив впереди стеклянную раздвижную дверь, парень подошел поближе. Звук стал громче. Ихён с силой отодвинул дверь в сторону. Механический звук стал еще явственнее. Это работала швейная машинка и шумел вентилятор. Ихён просунул голову и произнес:

— Кхм… здравствуйте?

Солнце с западной стороны заливало всю комнату мягким светом. На входе висели ряды ярких цветочных тканей, которые закрывали собой комнату, как шторы. Звук швейной машинки затих.

— О, здравствуйте, проходите.

Сквозь полотна ткани высунулась женщина с платком на голове. Ихёну было видно только ее лицо, будто они играли в прятки на красочном цветочном поле.

— Ты припозднился, сложно было добираться?

Выражение лица женщины было приветливым, похоже, она не собиралась выговаривать ему за опоздание.

— А, да, я долго искал дорогу…

— Я так и думала. Все, кто к нам приезжает, сначала блуждают вокруг.