Кейси Джефферсон – Паразитизм (страница 9)

Первым моим желанием было продолжить спать, но затем я вспомнила, что на следующей неделе обещали дождь, а мои осенние ботинки недавно покончили жизнь самоубийством, пустив по подошве трещину размером с Гранд Каньон. Пока позволяла погода, я ходила в кроссовках, но даже я не была настолько смелой, чтобы шлепать в них по лужам.

Когда я доползла до квартиры Элисон, одетая и причесанная, нежелание выходить из дома достигло пика. Мне начало казаться, что если я пару раз пройдусь в кроссовках под дождем, то со мной ничего не случится, да и обувь высохнет за пару. Но чтобы отмазаться от похода по магазинам, нужно было обеспечить себе замену.

Ричард махнул мне рукой, не отрываясь от ноутбука. У него всегда была способность к языкам, но в девятнадцатом веке он не мог позволить себе времени и денег на их изучение. Став вампиром, он наверстал упущенное, а теперь применял знания на практике, работая переводчиком. Элисон же оказалась прирожденным технарем, и неплохо зарабатывала написанием кода на фрилансе. Как правило, Синклеры работали из дома, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания и иметь возможность совмещать несколько дел одновременно. Что уж там сказать – двадцать первый век с расцветом удаленки заметно облегчил жизнь вампирам.

– Дяди еще тут? – как бы невзначай спросила я, присаживаясь за стол. Элисон поставила передо мной тарелку с блинчиками, от которых шел пар.

– Маркус с Руби на плановом осмотре у врача, а Мартин, кажется, вместе с Тимом уехал на аукцион. Джем будешь?

– Пожалуй.

Мои шансы остаться дома сводились к нулю.

– А…

– У меня дела, пройтись по магазинам не смогу, – сказала Элисон, опережая мой вопрос.

Я еще не до конца проснулась, чтобы прятать свое недовольство.

– Нам в любом случае нужен кто-то, кто нас отвезет. Я каждый будний день езжу на автобусе, не хочу и в выходной ехать на общественном транспорте. А такси мама не любит. – Я обожгла язык чаем и ненадолго замолчала. – Элисон, ты не могла бы поговорить с ней и объяснить, что сейчас ездить в такси гораздо безопаснее, чем было во времена ее молодости? Ну или хотя бы пусть она снимет запрет с вождения машины, тогда я ее сама отвезу.

– Ты прекрасно знаешь, что если твоя мама чему-то не доверяет, то на это есть причины, и никакая сила на этой земле не сможет заставить ее изменить свое мнение, если она сама этого не захочет.

Я знала это. Как и то, что мамино недоверие к такси взялось из-за вампиров-кочевников, которые в конце семидесятых устраивались работать в такси, убивали ночных попутчиков и выпивали их кровь. Убийства с обескровливанием наделали шуму в прессе, расследование даже поручили вести ФБР. Никто, конечно, не верил, что за преступлениями стояли настоящие вампиры, но федералы стали интересоваться другими делами, связанными с укусами и выпитой кровью. Появлялись свидетели, утверждавшие, что когда-то они давали свою кровь в обмен на деньги. В общем, эти вампиры знатно подпортили всем жизнь. Всю компанию быстро отловили, и когда они отказались прекращать убийства, от них… избавились.

Что касается запрета на вождение автомобиля, то здесь все было гораздо глупее и несправедливее. Мама была беременна Люси, и ей было нужно съездить к врачу, чтобы сдать дополнительные анализы. Папа по какой-то причине не мог ее отвести, и вызвался Кайл, старший сын Синклеров. Видимо, водил машину он так же беспечно, как относился к своей жизни, потому что он попал в аварию, не проехав и двух кварталаов. Мама – и Люси – чудом уцелели. С тех пор мама бледнеет каждый раз, когда кто-то из ее детей поднимает тему вождения, но при этом она не против, чтобы нас подвозили Синклеры, хотя за рулем тогда был один из них. И где логика?

– Кроме того, – продолжила Элисон, моя посуду. – У тебя все равно нет прав.

Я залпом допила оставшийся в чашке чай. Элисон оглянулась на меня, прищурившись.

Упс, спалилась.

– Лейси?

– Спасибо за завтрак, но мне нужно к Хоуп. Я не планировала сегодня выходить из дома, так что мне требуется прическа, при которой не будут бросаться в глаза грязные волосы. Еще раз спасибо за блинчики.

Я выскочила из квартиры и побежала вниз, перепрыгивая через ступеньки.

– Почту разбери! – донеслось мне вслед.

Дверь в мастерскую Хоуп была закрыта, что случалось редко и обычно означало: «у меня завал по заказам, не трогайте меня». Я прошла через решетчатую дверь в подъезд и принялась открывать все ящики, перебирая их содержимое. Рекламные брошюры я фотографировала и скидывала в специальный чат (никогда не знаешь, что из этого привлечет членов семьи), а сами бумажки бросала в коробку для макулатуры.

Я уже почти закончила заниматься сортировкой, когда услышала, что по ту сторону двери кто-то звонит в домофон. Я понятия не имела, к кому и кто пришел, но решила, что раз я уже здесь, то могу сама впустить гостя. Положив письма на почтовые ящики, я нажала на кнопку и открыла дверь.

– Доброе утро. Вы к кому?

Парня, стоявшего на пороге, я видела впервые в жизни. Ему было лет двадцать пять, и на нем была белая куртка, хотя погода была достаточно теплой, чтобы ходить без верхней одежды. Парень что-то набирал в телефоне, не замечая моего появления, чем напомнил мне брата Эйви. Я собиралась повторить свой вопрос, когда он наконец поднял на меня глаза.

– Меган? – шокированно выдохнул он, рассматривая меня с ног до головы.

На вид он был вдвое младше моей мамы, однако точно знал, как она выглядела в молодости, и принял меня за нее. По крайней мере, с расой незнакомца определились.

– Я ее дочь, – поправила я его. На его лице появилось понимание. – А вы?..

– Кайл!

Голос, раздавшийся у меня за спиной, без сомнения принадлежал Хоуп. Повернувшись, я увидела, что дверь в ее мастерскую распахнута, а сама девушка стоит на лестничной площадке и буквально светится от счастья. В миг она слетела по ступенькам к входной двери, чудом не снеся по пути меня, и повисла на шее парня. Он крепко ее обнял и, оторвав от земли, покрутил в воздухе в лучших традициях ромкомов, что наверняка было не так уж легко, учитывая вес Хоуп. Я топталась на месте, не зная, что делать.

– Почему ты не сказал, что будешь в городе? – спросила Хоуп. Она отстранилась от гостя, но продолжала обнимать его за шею.

Парень показал на себя.

– Ну вот – считай, что сказал.

Хоуп закатила глаза и наконец отошла от него, пропуская в дом. Тогда она заметила меня, вжимающуюся в почтовые ящики.

– Вы не знакомы? Конечно же нет. Лейси, это Кайл. Кайл, это Лейси, дочь Меган Джексон.

– Рада позна… – я запнулась и уставилась на парня. Только теперь, когда он стоял бок о бок с Хоуп, я заметила их сходство. Девушка была крупнее гостя и красила волосы в темно-красный, но в остальном я смотрела на абсолютно похожих людей. – Подождите. Кайл Синклер? Твой брат-близнец?

Хоуп кивнула. Теперь мне была понятна чрезмерная радость девушки.

Блудный брат вернулся домой.

– Не смотри на меня с таким ужасом, маленькая Меган, – ухмыляясь, сказал Кайл. – Я не призрак, а всего лишь вампир.

– Для меня – может, и призрак, – пробормотала я, все еще не веря своим глазам. – Очень странно встретить человека, которого никогда не видел, но о котором слышал много разных… историй.

Кайл усмехнулся, но его глаза оставались холодными.

– Представляю, как ты теперь жалеешь, что открыла мне дверь.

Хоуп, казалось, совершенно не интересовала наша беседа. Забыв обо мне, она взяла брата за руку и потащила его к лестнице, ведущей на верхние этажи.

– Родители будут в шоке! Хорошо, что мы сегодня все дома. Ну, кроме дяди Тима – он вроде бы уехал.

– А… – мой возглас остался незамеченным. Хоуп и Кайл быстро взбежали вверх по лестнице, оставив меня одну с кучей писем и массой вопросов.

Кайл не ошибся, когда предположил, что я жалею о том, что открыла ему дверь.

В любой семье был родственник-ходячее несчастье, и в нашем случае в этой роли выступал Кайл Синклер. Вообще у нас было не принято говорить плохо о ком-либо из членов семьи, даже если этот человек (или вампир) имел привычку сваливать в неизвестном направлении и пропадать со всех радаров, но, как писала Агата Кристи, невозможно хранить секреты в доме, где есть дети.

Всех вампиров при желании можно поделить на две категории. Одни используют новообретенные способности на благо себя и других: круглосуточно работают, чтобы содержать своих доноров, постоянно оттачивают знания и навыки и применяют их на практике, помогая с юридическими делами, медицинской экспертизой, переводами и так далее. Другие же считают, что вечная жизнь означает вечное ребячество, и живут в свое удовольствие, как зависящие от крови Питеры Пэны.

Почти все Синклеры, по крови или же примкнувшие к нам со временем, относились к первому типу.

Все, кроме Кайла.

Он был трижды женат, и каждый раз его брак или/и развод сопровождался скандалом. Одной из его бывших жен была вампирка из клана Греев, и, судя по слухам, именно при ней Кайл увлекся кровью с высоким содержанием алкоголя. Мне не было точно известно, пил ли он ее на регулярной основе, но минимум дважды Элисон ловила его в состоянии алкогольного опьянения. К счастью, этот брак продлился недолго, но поскольку оба бывших супруга оставались в Нью-Броукене, им категорически запрещалось общаться друг с другом ради блага окружающих.