Кевин Джеттер – Прощай, горизонталь! (страница 7)
Потянувшись, Эккстер схватился за край зубца, загибавшегося рядом с «нортоном». Внутренняя дрожь мигом исчезла, ухнув в самые пятки.
От металла исходил жар. Остаточное тепло ужасной силы, разорвавшей стену, перетекло к нему в ладонь.
Эккстер отдернул руку; сквозь удивление наконец просочился страх.
– Гос… споди, – еле слышно выдохнул он.
Когда он смог вдохнуть снова, то почуял легкий запах дыма, доносящийся из темноты проема.
Если они все еще там – те, кто («И ты знаешь – кто», – сказал себе Эккстер) разорвал зданию кожу и отравил воздух этим тошнотворным запахом, тошнотворным оттого, что его узнаёшь, даже если никогда прежде не вдыхал… Если «они» все еще там, внутри, то уносить ноги нет никакого смысла. Так просто «они» никого не отпускают. Как далеко Эккстер уедет, прежде чем почувствует на спине тот же жар, который разворотил и опалил толстенную металлическую стену? Ох, недалеко. «Да вашу мать, – пронеслась до чертиков надоевшая мысль. – И это называется везение?»
Впрочем, может, «они» уже ушли. И никто не глядит изнутри зияющей дыры своими суровыми глазами – или что там у «них» вместо глаз. А раз «их» нет, то появляется шанс улизнуть, сохранив при этом свою драгоценную шкуру.
Значит – сработал некстати меркантильный рефлекс, – никто не мешает заглянуть внутрь. Что бы там ни было, это информация, а информацию можно продать. «Вот что с тобой делает долгое пребывание на вертикали», – решил про себя Эккстер, пораженный тем, как его мозг до такого додумался.
Жадность всегда пересиливает страх. Эккстер слез с «нортона» и дождался, пока питоны не зацепятся за поверхность стены.
Толку осторожничать не было, но все равно он схватился за покореженный кусок металла и выглянул из-за него. Пыхнувшим изнутри жаром Эккстера пробрало сквозь куртку до кожи живота. Он лег на образованный металлом выступ и стал изучать зияющую дыру, проделанную в здании. Точнее, проделанную изнутри здания. Одно это доказывало, что за взрывом (или чем-то подобным) стояли не военные племена, бесчинствующее на поверхности Цилиндра. Тут было что-то другое.
При помощи встроенного в камеру дальномера Эккстер оценил ширину дыры, рваной раны в боку здания: чуть более километра. Направив объектив внутрь, он заснял торчащие наружу, перекореженные перекрытия горизонтальных полов. Дальше в непроглядную темноту уходили испачканные сажей стены коридоров.
Эккстер закрепил камеру на ремне, прямо за торчащей из кобуры рукояти пистолета. Материала много; больше, чем необходимо. Если уж продавать (это не обсуждалось; ему был нужен каждый доллар, который могло принести чужое несчастье), то уж точно не как развлекательный контент. Большинство, на его взгляд, не вынесет зрелища и мысли о том, кому под силу такое сотворить. Порождение ночных кошмаров, которого все боятся, прячущееся в темноте глубоко внутри здания… Эккстер поежился. Все-таки, как ни крути, ему нравилось снаружи. Снаружи хотя бы не бывает такого. Вытянув шею, он снова заглянул в обугленную дыру.
Он почувствовал на себе чей-то взгляд еще до того, как с ним встретился: белое лицо на самом краю того, что когда-то было полом. Эккстер опять снял камеру и приблизил.
Сначала лицо куда-то запропастилось; пришлось снова водить объективом по почерневшему металлу. Наконец Эккстер нашел его, но не ощутил ни удивления, ни страха. Скорее тошноту.
В объектив смотрели пустые глазницы. Сзади – обглоданные пламенем и покрытые сажей позвонки и ребра. Костлявые пальцы впились в край стального листа. Ветер снаружи еще не успел разогнать смрад.
«И ты тоже», – зазвучал в голове у Эккстера голос ехидно усмехающегося черепа. «Берегись, – невидимый язык просмаковал завязавшиеся в узел еще живые кишки. – Берегись, берегись, берегись…»
3
Эккстер заснул среди трупов в выжженном секторе. Усталость наконец накрыла его. Снилась всякая дрянь. Он подложил запястье под голову, ощущая под рукой усыпанный пеплом бетон. Лежать на горизонтальной, хоть и резко обрывающейся в пустоту, поверхности было комфортно. Спокойствия прибавлял тяжелый металл пистолета на груди и серповидный спусковой крючок под пальцем. Эккстер раскидал ощерившиеся черепа в стороны, чтобы не шептали в уши. Но они все равно ему приснились.
– И ты тоже! Как мы! Ты тоже будешь таким! – скандируют они, выплясывая вокруг Эккстера. С белых лиц и тонких ребер свисают обгоревшие лохмотья кожи и мяса.
(Во сне Эккстер стонал и крепче сжимал пистолет.)
Щеголяющий академической шапочкой скелет поворачивается к слушателям. Конечности его постукивают, будто игральные кости; тонкая указка тычет Эккстеру в грудину. В аудитории загораются ослепительно-яркие лампы, и он обнаруживает, что стоит на подиуме совершенно голый.
Указка щелкает его по носу, затем опускается вниз до пупка.
– Итак, мы видим переднюю сторону. – Странное дело, скелет говорит голосом Гайер, но без намека на материнскую заботу. – Солнце восходит на этой стороне. Мы видим эту сторону, мы знаем эту сторону.
– Мы видим! Мы знаем! Мы будем! – Белые черепа на рядах амфитеатра продолжают щериться. – И ты тоже!
(Ребристая рукоять в ладони Эккстера покрылась потом.)
– Солнце поднимается, выше и выше…
Указка движется к переносице Эккстера, затем проводит по середине лба. Эккстер напряженно вслушивается в слова скелета. Там скрыт какой-то намек, только непонятно какой.
– …и потом оказывается по другую сторону, сзади. Эту сторону мы не видим, что там – не знаем, но нам все равно!
– Все равно!
– Но вот центр! Ядро!..
Какое-то шевеление, суета, и над головой зажигаются лампы, обрамляющие зеркало. Эккстер поднимает глаза, чтобы увидеть, куда тычет указка, и с неприятным удивлением замечает в отражении своей макушки круглую дырку. Внутри – темный вертикальный тоннель, идущий параллельно позвоночнику. Отраженный свет слегка попадает туда, но быстро гаснет, словно эхо.
– Вот о нем мы кое-что да знаем!
– Мы знаем!
(Не открывая глаз, Эккстер тщательно прицелился, но скалящиеся головы за пределами кошмара предпочли благоразумно хранить молчание.)
– И это кое-что мы знать не хотим! – продолжал вещать голосом Гайер скелет. – Кое-что внутри, где темно!
– Темно! Темно! Ты тоже! Темно!
(Потея, Эккстер задергался и что-то забормотал.)
Сонный двойник Эккстера смотрит в дыру, отражающуюся в зеркале, – в свою собственную черную пустоту.
Лекция продолжается:
– Кое-что – это там, где они! А они – это…
Эккстер кричит на покрытый бликами скалящийся череп, заставляя его заткнуться. И с убежденностью спящего понимает, что это бесполезно. Название прозвучит.
– Ты тоже! Ты тоже! – скандирует хор голосов.
– Это…
Внезапно во сне материализуется пистолет. Когда ты вооружен, полностью голым себя уже не ощущаешь. Эккстер сжимает пистолет обеими руками, а скелет победоносно вопит:
– …«Мертвые внутри»!
Хлопок выстрела отразился от стены и прилетел обратно в уши Эккстеру. Он резко проснулся и рывком принял сидячее положение, скрипнув пистолетом по полу. Тут же пуля металлически звякнула о стену.
– Твою!.. – Он инстинктивно пригнулся, пряча голову в плечи. – Чтоб тебя!
Пуля еще несколько раз отрикошетила дальше по коридору, и звук пропал. Ладонь ощутила жар от пистолета, и Эккстер в испуге отшвырнул оружие, будто ему его подбросили. Опустив взгляд, он увидел на куртке спереди жженый след. Пощупал живот и ребра – вроде бы все на месте.
– Кошмары чертовы… – пробормотал он, тряся головой.
«Чуть не убился». Вот что бывает, когда засыпаешь в таких вот местах. «А чего ты ждал?»
Дрожащими пальцами он потянулся к разъему, который заприметил еще по прибытии, осматриваясь на месте.
Едва он втиснул палец в отверстие, перед глазами побежали слова:
ГДЕ ТЕБЯ НОСИТ? «ИЩИ-и-ОБРЕТИ» УЖЕ ОБЫСКАЛИСЬ.
– А?.. Да, точно.
Эккстер поморгал, разлепляя веки. В коридоре было темно, а снаружи уже сгущались сумерки, так что надобность в негативе отпадала. Судя по часам в углу глаза, спал Эккстер, считая кошмар, всего пару минут, не больше. Перед этим он связался с Бревисом – тут мимо него никак, поскольку без точного указания координат информационная ценность у находки нулевая, – а Бревис как хороший агент наверняка обратился в главную информационную службу на верхнем уровне. И, хотелось надеяться, выбил хорошую цену.
– Прими.
На терминале загорелся анимированный логотип «Ищи-и-Обрети»: ладонь, а посередине нее рот, который превращается в глаз, затем снова в рот.
– Пожалуйста, отправьте координаты своего местоположения, – зазвучал женский голос с легким придыханием, – и мы перечислим на ваш счет сумму в размере…
– Двести долларов, – вклинился скучающий мужской голос.
– Сколько-сколько?! – Эккстер тупо уставился на перетекающие друг в друга рот и глаз.
– Двести долларов, – снова воспроизвелось записанное сообщение.
– Да вы издеваетесь, что ли?
– Эту цену обсудили с твоим агентом, – произнес тот же мужской голос, но теперь вживую. – Если есть какие-то вопросы…
– Еще как, на хрен, есть!.. В режим удержания этого скота, – велел Эккстер терминалу. – И свяжи меня с Бревисом.
Агент возник у него перед глазами и сразу же миролюбиво замахал рукой: