Кевин Джеттер – Прощай, горизонталь! (страница 18)

– Мне подготовили полное твое досье, Най. – Он улыбнулся и подмигнул увеличенным линзой глазом. – Для тебя это большой шаг наверх, да? По сравнению с теми мелкими шайками, с которыми ты работал прежде.

Тепло дошло до желудка и принялось расслаблять зажимы вдоль спины.

– Ну… некоторые из них были вполне себе.

Он отпил еще. Генерал взял бутылку и подлил.

– Что ж, нам всем нужно с чего-то начинать, так ведь? Помнится, в молодости… Я, знаешь ли, в «Массе» давно. – Влажный взгляд устремился куда-то сквозь Эккстера. – Еще когда племя называлось «Шум-и-Гам». Меня взял один из основателей, братьев Жестянщиков, – лично старина Бобо… Вот такой был человек!

Влага собралась каплями в углах глаз. Он промокнул их сжатым кулаком.

Твою ж мать. Эккстер, не зная куда деться от стыда, смотрел в дно пустого стакана. Он успел заметить тонкую паутинку морщинок на круглом розовом лице и серую пленку за очками. Никчемный старый хмырь… И в эту богадельню пристроил меня Бревис? «Шум-и-Гам»… старина Бобо Жестянщик… такая древность… Шансы нарыть что-то сочное для достойной дизайнерской линейки почти нулевые.

– Я тебя, наверное, утомляю. Молодость нетерпелива. – Трупомейкер обновил свой стакан и, скрипнув креслом, развернулся в сторону Эккстера. – Что ж, довольно предаваться воспоминаниям. Перейдем к делу. – Он наклонился вперед, уперевшись локтями в сваленные на столе бумаги. – Ты знаешь, зачем тебя вызвали. Мы видели кое-какие твои работы. И считаем, что ты подходишь для нашего заказа.

– Ну… Я приложу все усилия.

– Нет-нет-нет. Тут потребуется нечто гораздо большее. Нам от тебя нужен результат. Такой, чтоб у всех крышу снесло.

Сбрендивший старпер. Не хватало еще выслушивать мотивационные речи.

– Ну так, блин, говорите тогда толком!

Эккстер с удивлением осознал, что его развезло. И удивляло даже не то, насколько он пьян, а то, что выпил он всего ничего. Как будто эта пара глотков вскрыла некий потаенный резервуар глубоко внутри, наполненный взрывоопасной субстанцией. Достаточно чиркнуть спичкой – рванет. Еще удивительнее то, что он потерял контроль над собой в самое неподходящее для этого время, в самом неподходящем месте – на очень и очень опасной территории. С военными племенами лучше не шутить. Нужно держать себя в руках и не дерзить, если не хочешь огрести проблем. Но порой обстоятельства складываются так, что тебе, на хрен, просто все равно. Тебя переполняет адреналин. Опасное положение. Ну и самое удивительное – ты прекрасно понимаешь, что ходишь по тонкому льду, но тебе глубоко наплевать.

– В смысле, чего вы от меня хотите?

– Ну-ну, не заводись. Я лишь хотел начать с непринужденного дружеского общения. Теперь вижу, что ты из тех, кто не любит пустой треп. Это мне нравится. – Трупомейкер приблизил свое румяное лицо к Эккстеру. – Мы сразу же поручим тебе очень важную задачу. Поглядим, как справишься. Нам нужен новый айкон.

– И какой же? Новый корпоративный логотип – то есть типа для всей «Массы хаоса»… или всего лишь для этой дивизии? – Эккстер крутил в ладонях пустой стакан. Пока одна часть мозга отвечала за болтовню, другая перерывала архив в поисках наработок, которые могли бы подойти для данного случая. – Речь о боевом штандарте? Или парадной символике? Ну и… чтоб до поджилок пробирала или просто для пиара? От этого многое зависит.

Трупомейкер оперся руками на стол; Эккстер чувствовал его дыхание у себя на лице.

– Най… Бери выше. Мы хотим, чтобы ты создал для нас новый айкон смерти.

Гребаный, мать твою, джекпот. Эккстер прикрыл глаза и откинулся на спинку кресла. Давешний гнев сменился восторгом. «Вот это запрос что надо. Такое у меня точно найдется», – подумал он. Снаружи, немного приглушаемый слоями шатра, грянул военный оркестр – барабаны и рожки. Эккстер счел, что это туш лично для него. И улыбнулся: «О генерал, вы обратились по адресу».

– Мы списываем нашего старого мегакиллера. – Трупомейкер развел руки в стороны. – Он сейчас в главном лагере, проходит операцию по разборке. Небыстрое, знаешь ли, дело – спиливать броню и протезы… Ха! То-то смеху будет, если боевой обвес снимут, а внутри никого! Как будто доспех сам по себе ходил и крушил всех налево и направо последние двадцать лет. И ведь он был хорош: настоящее порождение кошмара; от него у всех поджилки тряслись. – Генерал покопался в залежах бумаг, достал оттуда снимки и передал Эккстеру. – Вот, можешь взглянуть. Поскольку его списывают, то дизайн уже не секрет.

Эккстер рассмотрел снимки. Там было что-то большое, черное и приземистое, поперек себя шире, а вместо глаз крохотные красные точки. Мегакиллер, и этим все сказано. Эккстер видел одного такого (на записи, и все равно было жутко), но теперь мог изучить в подробностях. Нагрудные панели раскрыты, обнажая айкон смерти. Дизайн пошловатый, однако действенный: куча лезвий и клыков, визитная карточка «Мортпикс». С другой стороны, он и не должен быть запоминающимся: увидеть такой айкон означало – жить тебе осталось считаные мгновения. Зловещая гарантия, что тебе вот-вот оторвут башку. На этом строилась вся психология. Картинку боялись даже сильнее, чем того, что за ней неизбежно следовало.

Но этот дизайн уже канул в прошлое.

– Думаю… Я смогу сделать для вас то, чего вы хотите. Нечто по-настоящему… особенное.

– Очень хорошо. Рад слышать. – Генерал похлопал ладонью по столу, подстраиваясь под такт звучащей в отдалении музыке. – Потому что новый мегакиллер тоже будет особенным. Я видел чертежи боевого обвеса; хирурги приступают со дня на день. Должна получиться абсолютная машина смерти. С твоим айконом. – Он ткнул дрожащим пальцем Эккстера в грудь. – Именно твоему дизайну суждено проводить в последний путь целую тьму народа.

– Да уж… Круто. Готов начать хоть сейчас.

Эккстер вдруг ощутил, как поднимается с кресла. Опустив глаза, он увидел на своем локте обветренные пальцы. Старый ветеран вернулся, чтобы выпроводить его наружу. Аудиенция с генералом была окончена.

– Вот это я уважаю. – Трупомейкер, заложив руки за голову, откинулся в кресле. – Мы еще поболтаем. Насчет работы можешь не переживать. Это я тебе гарантирую.

Ему выдали пропуск на вход и выход из лагеря. Грохот за пределами шумоизолированной палатки генерала тем временем достиг оглушительной отметки. Рев двигателей вторил ритмичным ударам молотков в многочисленных мастерских; отдыхающие от службы воины отвечали тем, что кутили еще громче. Направляясь к выходу, Эккстер по краешку обошел разудалый спарринг: покрытые шрамами потные мужчины, одетые только в ленточки с колокольчиками, били друг друга по голове алюминиевыми дубинками и ржали как умалишенные. Одна из зрительниц – маркитантка – обвила Эккстера рукой за бедра и привлекла к гамаку, в котором сидела. Она что-то проорала, но слов за общим гвалтом было не разобрать. Она повторила свое намерение жестами. Эккстер спешно высвободился и спустился ниже, где мог снова идти по стене при помощи питонов. Из-за шума и генеральского пойла его голова трещала по швам, пульсируя в такт биению сердца.

Охранники на выходе безразлично взглянули на пропуск и жестом велели проходить.

– Туда и обратно?

Солнце уже пересекло вершину Цилиндра, и стена погрузилась в тень.

Эккстер мотнул головой и тут же об этом пожалел.

– Нет… Дела. Нужно забрать оборудование. Утром вернусь. – На самом деле ему нужно было найти место, где шум не заглушает мысли. – Так можно?

Стражник пожал массивными плечами и разомкнул цепь, перекрывающую ворота.

– Как хочешь.

«Нортон» пасся в полукилометре от того места, где был оставлен. Эккстер забрался в коляску, смочил тряпку водой из канистры и положил на лоб. Животные, блин. Так всегда, когда после долгих одиноких странствий по пустынным участкам стены – сопровождаемых нищетой и голодом, чего уж тут лукавить – возвращаешься к своим профессиональным обязанностям. Возможно, после этой работы его бродяжничество наконец завершится… Грустно, с другой стороны.

Положив голову на край коляски, он смотрел вверх на темнеющее небо. В воздухе снова плясало пятнышко, которое он сегодня уже видел.

– Да боже ты мой…

Эккстер узнал ее и без камеры с увеличением. Между ними будто образовалась незримая связь – как леска воздушного змея. Эккстер ощущал подергивание этой лески. Вот глупое создание, и зачем ты потащилась за мной сюда? Здесь не место для ангелов… особенно для тех, кого один раз уже подстрелили. Кто-то. Или что-то.

Эккстер приподнялся, держась за ветровое стекло.

– Убирайся! – Его крик потонул в завывании ветра. Она, конечно же, его не слышала, но он закричал снова и замахал руками: – Прочь! Прочь!

Ангелица крошечной точкой парила вне досягаемости. И не улетала.

7

– Так вот, собрали мы тех парней в кучу, все типа на кураже после драки – ну, сам понимаешь, – и сидим, в общем, кумекаем, что такого прикольного с ними сотворить. Короче, послали механиков за бухтой с кабелем – ну, в общем, промышленным, – а потом…

– Простите. – Эккстер помахал рукой перед лицом старого вояки, чтобы прервать его монолог. – Я это… выйду на минутку. – Пришлось пощелкать пальцами прямо перед водянистыми желтыми глазами. – Ладно?

– …а потом просунули первому парню через горло. Вышло, правда, так себе, потому что, когда мы его подняли, кабель разорвал его пополам, и поэтому… – Наконец взгляд воина сфокусировался на руке Эккстера. – А? Что? Ты куда?