Кевин Джеттер – Прощай, горизонталь! (страница 15)

– Най, я догадываюсь, о чем ты думаешь. Поверь мне, все не так, – терпеливо гнул свою линию Бревис. – Я вовсе не собираюсь отдавать тебя на съедение «Мортпикс». Тут другое. И об этом, кстати, тебе придется помалкивать. Хорошо?

Тайны, тайны… Ну что ж.

– Смотри у меня, если врешь.

– Клянусь, все так и есть. – Бревис заговорщицки понизил голос. – Грядут большие перемены. Реально большие. «Масса» планирует распрощаться с «Мортпикс». Совсем. Так сказать, пинком под зад и на мороз.

Агент откинулся на спинку своего кресла, следя за реакцией Эккстера.

А Эккстер прикусил губу и шумно вдохнул – он был впечатлен. Боже, а вдруг Гайер права со своей болтовней про то, что пахнет революцией и грядут крутые перемены? Может, не полный передел власти в Цилиндре, в который так свято верила Гайер, но хотя бы какой-то сдвиг в балансе сил между «Массой» и «Амальгамой». Как если бы кто-то из них решил дышать не кислородом, а другим атмосферным газом – примерно такого уровня. «Крутые перемены», – продолжал размышлять Эккстер. А это значит, крупные деньги. Жирные гонорары, которые «Масса» больше не переводит на счета «Мортпикс». У себя в воображении Эккстер рисовал огромную золотую сферу, похожую на незакатное солнце, которое заливает теплым светом обращенные к нему лица во всем здании. Когда что-то настолько большое выскальзывает из чьих-то рук, с него начинают сыпаться крошечные кусочки и их успевают подхватить те, кто полегче да пошустрее. Вот что такое «крутые перемены».

Однако… Что-то здесь не сходится. Никто так просто своего не отпускает.

– Почему «Масса хаоса» хочет порвать с «Мортпикс»?

Логичный вопрос, если вдуматься: в плане графикса корпорация кого хочешь за пояс заткнет; у них ресурсов, дизайнеров, технарей, даже спецов по психаутам выше крыши. А в придачу еще годы накопленного опыта. Такого качества обслуживания не сыщешь, пожалуй, нигде. Свои расценки «Мортпикс» отрабатывает сполна.

– Есть кое-какие догадки. Хочешь послушать?

– На хрена мне твои догадки? Выкладывай, что знаешь.

– Лады, Най. Но если ты об этом хоть раз пикнешь, нам с тобой не за целостность яичек придется переживать. Ты понял?

– Да, да, понял. – Эккстер сменил позу. Все эти хождения вокруг да около длились так долго, что у него затекли ноги. – Давай, не томи.

– Суть вот в чем, Най. – Все рекламные нотки из голоса Бревиса улетучились. – «Масса хаоса» собирается сделать ход. Наконец-то. Подготовка ведется уже давно, и вот время настало. Не сегодня и не завтра, конечно; даже не через неделю и не через месяц. Не в этом и, вероятно, не в будущем году тоже. Но махина запущена, процесс пошел: они считают, что готовы вознестись на самый верх. У них есть силы, у них есть союзники – такие неожиданные, что фиг кто поверит, пока своими глазами не увидит. Может, они свергнут «Зияющую амальгаму», а может, положат головы, сражаясь. Но время настало. Вот так.

Время настало… Гайер, твою мать. Эккстер лишь молча восхищался. Она знала. С таким отточенным чутьем ей достаточно было высунуть язык, чтобы уловить частички революции в ветрах, дующих вдоль стены Цилиндра. Ну и конечно, всякие сплетни и шепотки, к которым имеет доступ человек ее профессии. Так или иначе она узнала, что нечто вот-вот произойдет, – собственно, об этом Гайер и говорила. И тем не менее…

– Ну… это все, конечно, здорово. Допустим, они свое урвут. – Эккстер вгляделся в лицо собеседника, стараясь что-нибудь по нему понять. – Но я-то тут при чем?

– Терпение, Най. Ситуация такая: перед финальным рывком «Массе» осталось решить два вопроса. Во-первых, они хотят с нуля переделать весь свой дизайн: отличительные знаки, трофейные декоры, психауты, айконы – ну все эти ваши финтифлюшки. До последнего логотипа. А во-вторых, хотят пресечь любые возможные утечки их планов в «Зияющую амальгаму». Чтобы, когда они выдвинутся, все их оформление застало «Амальгаму» и ее союзников врасплох. Доступно объясняю?

Эккстер почесал подбородок.

– Ну не знаю… Все равно не понимаю, зачем «Массе» посылать «Мортпикс». Ну, в смысле, если они хотят изменить дизайн – «Мортпикс» запросто им это сделает. Блин, да они уже три или четыре раза через такое проходили.

Когда Эккстер еще копил на переход во фрилансеры, перерисовывание шедевров графикса было для него этапом саморазвития. Если хочешь создать нечто оригинальное, то должен знать, что уже делали до тебя. Кроме того, такой подход очень дешев: деньги тратятся только на оплату услуг Проводного синдиката и доступ в патентное ведомство на верхнем уровне Цилиндра. Отдельные дизайны, сделанные «Мортпикс» для «Массы хаоса», стали классикой, крупными концептуальными прорывами, перевернувшими искусство графикса. Десять лет назад айкон «кровопускателя/пожирателя» впервые использовал оптические саблиминалы с фазовым сдвигом – благодаря одному этому «Божьи ножи» переметнулись к «Массе хаоса», что стало поворотным моментом в противостоянии с «Зияющей амальгамой». Последней тогда пришлось заказывать полное обновление своего графикса, чтобы избежать массового дезертирства. Главным победителем в этой графической гонке оказалась, конечно, «Мортпикс», сумевшая выжать из обеих сторон крупные суммы и еще больше укрепить собственную репутацию. Так с чего бы племени, которому услуги корпорации (лучшие в своем роде) по карману, бросать такого подрядчика? На этот вопрос ответа у Эккстера не было.

– Они исписались, Най, – покачал головой Бревис. – Что такого они сделали в последнее время? Ничего, сплошное повторение пройденного. А «Массе хаоса» необходима свежая кровь. Им нужно что-то, чего никто прежде не видел.

– Ну хорошо… допустим.

К своему удивлению, Эккстер ощутил некий прилив азарта, подтачивающий его скептическую оболочку. Ведь если подумать… Сколько дизайнов у него скопилось в архивах: все, над чем он работал, доводя каждый штрих, каждый спецэффект до совершенства, – все это ждало своего часа… Целый кладезь. Возможно, время и правда настало. Не только для «массовиков», но и для него самого.

– А что со вторым вопросом? Который про утечки.

– Вот-вот! – Почуяв интерес в голосе клиента, Бревис снова оживился. – Только помни: строго секретно. Никому ни слова.

Отчего-то этот пункт звучал как-то неприятно и фальшиво, а потому тревожил.

– Мне кажется, Брев, тебя кто-то надурил. Это не имеет смысла. «Масса хаоса» полагает, что «Мортпикс» ведет двойную игру? Сливает конфиденциальную инфу «Амальгаме»? Бред какой-то. На кой «Мортпикс» рисковать столь крупным контрактом? Не считая других проблем, которые «Масса» может ей устроить. Эти ребята обожают публично наказывать тех, кто их подставил, чтоб другим неповадно было. И даже если «Мортпикс» расплату переживет, все ее котировки обвалятся чуть ли не вдвое, и «Амальгама» скупит их за гроши. А на любых попытках найти новых клиентов после такого скандала можно поставить крест. – Эккстер помотал головой. – Извини, дружище, но это полная ерунда. У «Мортпикс» слишком сказочные условия, чтобы вот так вот все сливать.

Бревис улыбнулся, чуть не лопаясь от самодовольства.

– Да-да, ты совершенно прав. По своей воле корпорация ни за что бы не подставилась. Но ты упускаешь важную деталь: «Мортпикс» – акционерная компания. Ее акции котируются на самых крупных биржах – боже, даже у меня есть несколько. Это серьезные голубые фишки, хотя, как только рванет по-настоящему, все может измениться. Главное – ей нужно подавать ежеквартальные отчеты в торговую комиссию, и ознакомиться с ними может кто угодно, достаточно лишь подать запрос. Такие сведения коммерческой тайной не считаются. А в отчетах, дружище Най, приводят полную выкладку по доходам и расходам. Вот там-то все и всплывает наружу. Да, «Мортпикс» обновляла дизайн для «Массы хаоса» в прошлом, но никогда за один раз. И никогда в преддверии крупного наступления. Если в очередном отчете всплывет проект такого масштаба, «Амальгама» мигом смекнет, что к чему. И это лишит «Массу» всякого фактора внезапности. Теперь ситуация ясна?

Куда уж яснее. Эккстер отвернулся от негатива на стене, и на фоне ослепительно-голубого утреннего неба лицо агента стало призрачным. Где-то в стороне маячила песчинка – будто неосязаемый кусочек грязи, налипший на роговицу. Эккстер поморгал, но песчинка никуда не делась. Он махнул на нее рукой, полностью захваченный словами Бревиса. «Ситуация ясна?» Похоже, что да. «Там у меня такое есть…» Эти дизайны просто ждут не дождутся, когда их извлекут из архивов и установят на кожу и доспехи – чьи? «Массы хаоса»? А почему бы и нет? Мой графикс на армии, которая несется прямиком на «Амальгаму». Будет круто, определенно. «Время настало». Похоже на то.

В его мысли снова ворвался голос Бревиса, принявший еще более вдохновленный тон:

– Теперь видишь, почему «Массе хаоса» нужен кто-то незаметный – самозанятый исполнитель, не котирующийся на бирже. Кто-то, кто не должен подавать отчеты в торговую комиссию. Иными словами, фрилансер.

– Угу. – И самое страшное, что это действительно звучало вполне логично: именно так и должна была рассуждать «Масса». – Но почему именно я?

– Гос-спади, Най. – Бревис обхватил голову руками, как будто она вот-вот взорвется. – С тобой, на хрен, чокнуться можно. Почему ты не веришь в себя? Они хотят тебя, потому что ты крутой. И твои работы – именно то, что им нужно.