Кэтти Бом – Из искры разгорится пламя. Том 1 (страница 3)

Бай Лао слышал о ней, когда все в его деревне собирались вместе, устраивались у большого костра и рассказывали разные интересные истории. Наверное, только эти воспоминания он мог бы назвать счастливыми – тогда он забывал, в окружении кого находился; забывал, что после нужно будет вернуться в темноту на старую затёртую циновку и засыпать таким несчастным и одиноким. Только в тех воспоминаниях он не был никому не нужным сиротой – вокруг него звучал смех, и звёзды в небе мерцали так ярко.

Он открыл глаза как раз в тот момент, когда их процессия миновала главные ворота. Стража на городской стене почтительно склонила головы перед своими молодыми господами и трижды ударила копьями, возвещая всех об их возвращении. Сама стена была огромной, с колоннами из белого нефрита, увенчанными золотыми головами фениксов. Знамена гордо развевались на ветру, и феникс на них величественно расправил крылья, сгорая в алом пламени.

Проведя всю свою недолгую жизнь в бедной захолустной деревне, Бай Лао не мог поверить, что такое вообще возможно. В городе было шумно, и все люди приветственно улыбались им, склоняясь в поклонах, но приближаться не смели. Взгляды их были прикованы к господам, что торжественно шествовали впереди, горделиво приосанившись и вскинув головы. На солдат внимания обращали немного, на незнакомого ребёнка и подавно не смотрели. Бай Лао жадно рассматривал всё вокруг: бесчисленные каменные домики с выжженными солнцем крышами, торговые лавочки с диковинками всех мастей, счастливых людей. Вокруг пахло солнцем, свежим жасминовым чаем и специями. Откуда-то доносился хрустальный звон защитных колокольчиков.

Столица, по истине, была прекрасна.

Засмотревшись на продавца сладостей, отливающего из карамели причудливых птиц и зверей, Бай Лао не заметил, как они оказались у дворца, и Ю Линг, мягко остановив коня, начал спешиваться.

– Доложи отцу, что мы просим его аудиенции. – Приказал молодой господин одному из стражников. Тот склонил голову и незамедлительно скрылся.

И снова страх колючим цветком распустился в сердце Бай Лао. Он всё ещё сидел на лошади, мёртвой хваткой вцепившись в иссиня-чёрную гриву, и боялся поднять глаза. Дворец, должно быть, отличался невероятным великолепием, но смотреть на него сейчас казалось совершенно невозможным. Получится ли сделать это позже? Бай Лао не знал, но так по-детски очень хотел надеяться на это.

Конечно, он слышал и о правителе этих земель. Фэн У в рассказах его односельчан всегда представал властным и деспотичным молодым мужчиной, не терпящим неповиновения. Бай Лао, конечно, не взялся бы доверять суждениям нечисти, но детское воображение и впечатлительность едва ли оставляли ему шанс.

– Он ожидает вас в тронном зале. – Доложил вернувшийся стражник.

Шипастый цветок ужаса пустил корни в каждую клеточку тела. И хотя на улице стояла жара, пальцы Бай Лао онемели от холода.

Ю Линг, наконец-то, спустил его с лошади и, пройдя через внутренний двор, сопроводил их до самых дверей тронного зала. Они явно были тяжёлыми, с резными языками пламени по золоту, но Бай Лао не видел ничего, кроме белого мрамора под ногами.

Войдя в тронный зал, он продолжал смотреть в пол и даже не сразу заметил, что сыновья правителя преклонили колени. Ноги его онемели от страха, и он, должно быть, слишком резко буквально рухнул, копируя действие. Он отчаянно надеялся, что его промедление не было непоправимо долгим.

Казалось, прошли часы, но Фэн У молчал.

Наконец, он небрежно взмахнул рукой, позволяя сыновьям подняться. Бай Лао не осмелился.

– Фэн Су, – начал он, и голос его показался громом, – объясни своё промедление.

Не нужно было смотреть, чтобы понять крайнюю степень его недовольства.

Младший господин скривился и нарочито громко вздохнул, зажав переносицу двумя пальцами.

– Это всё Ся-гэ. Упёртый словно…

– Разве я поручал Фэн Ся командовать отрядом?

– Нет… – на мгновение замялся Фэн Су и прокашлялся, возвращая дрожащему голосу уверенность, – конечно, нет. Но что я могу сделать, если солдаты уважают его больше?

Фэн Ся, стоявший рядом и хранивший молчание, на долю секунды не смог сдержать самодовольную улыбку, что не осталось незамеченным. Казалось, его забавляла эта ситуация.

Фэн У горько вздохнул, потерев виски.

– Действительно, – резким тоном сказал он, – что же ты можешь сделать?

А затем его взгляд, наконец-то, нашёл ещё одного человека за их спинами.

– Что это за…ребёнок?

Фэн Су, словно не замечая, что его отец, буквально, стрелял молниями из глаз, вальяжно развернулся и презрительно цыкнул.

– Полукровка. Ся-гэ упёрся, что нам обязательно надо притащить его с собой, чтобы ты решил, что с ним делать. Ты спрашивал о причине промедления, отец. Так вот, она перед тобой.

Фэн У шумно втянул носом воздух, окинул тяжелым взглядом своих сыновей и снова взмахнул рукой.

– Скройтесь с глаз моих. Я поговорю с вами позже.

Бай Лао молился, чтобы под ним разверзлась бездна. Но вряд ли боги могли благоволить кому-то столь нечестивого происхождения. Он продолжал стоять на коленях, уже почти не чувствуя ног. И как бы он ни хотел оттянуть этот момент, он всё равно настал – шаги молодых господ стихли, тяжелые двери тронного зала закрылись, и он снова остался один на один со своим палачом.

Фэн У спустился с пьедестала, обошёл по кругу дрожащего ребёнка и встал прямо перед ним. Бай Лао чувствовал, как чужой взгляд жёг ему макушку. Фэн У подозвал стражника, всё это время скрывающегося за ширмой.

– Приведи Цин Юань.

Глава 3. Женщина в синем

Двери тронного зала распахнулись неспешно. За спиной Бай Лао послышалась мягкая поступь и шелест тончайшей ткани – так ветер вздымает в воздух опавшие кленовые листья, кружа их в причудливом танце. Вошедшая не спешила заговаривать. Остановившись рядом с сидящим на коленях ребёнком, она медленно поклонилась, заставив мелодично задрожать нефритовые украшения в её волосах, и замерла в ожидании.

От женщины пахло пряными благовониями и тёплым свечным воском. Аромат струился по помещению, обволакивал и хотя тронный зал был поистине огромен, Бай Лао показалось, что этот густой, тяжёлый запах заполнил его целиком.

Наконец, Фэн У заговорил:

– Достаточно церемоний, – привычный взмах руки позволил женщине выпрямиться, – встань.

Бай Лао, окутанный густым ароматом и погружённый в собственные мысли слишком глубоко, не сразу понял, что последнее слово было обращено к нему. Он вздрогнул и поспешил подняться, неосознанно растирая затёкшие колени влажными от волнения ладонями.

– Ты видишь будущее, – продолжил Фэн У, обращаясь к женщине, что всё ещё стояла рядом и покорно не смела заговорить, – что скажешь об этом ребёнке?

Пользуясь тем, что, кажется, над ним не собирались чинить расправу прямо на месте, Бай Лао позволил себе рассмотреть правителя местных земель. Вопреки его детским представлениям Фэн У не внушал ужаса с первого же взгляда и не был сплошь облачён в золото на манер Императора. С первого взгляда его даже можно было бы принять за простого солдата и только потом, присмотревшись, заметить явно не обычный меч в золотых узорчатых ножнах; с фениксом, расправившим крылья, на рукояти. Алый плащ, закрепленный к наплечникам с шипами тяжело раскачивался в такт каждому уверенному шагу. Резной золотой гуань2, напоминающий языки бушующего пламени, венчал собранные в тугой пучок волосы цвета тёмной меди. Величие Фэн У не было напускным, оно было неоспоримым в деталях.

– Будущее, – раздался голос Цин Юань, про которую, Бай Лао, к своему стыду, даже успел забыть, разглядывая правителя, – лишь круги на туманной воде.

Голос женщины оказался мягким морским приливом, ласкающим песчаный берег. Бай Лао обернулся и в свете солнца, льющегося из окон, увидел переливы тёмно-синего шёлка – она и сама оказалась морской волной.

Цин Юань была красива, возможно, даже слишком. Но Бай Лао, росшему среди поистине обольстительных лисиц, её внешность показалась вполне обычной. Возможно, это даже немного его успокаивало – нечто привычное в таком далёком и чуждом ему месте.

– Однако, – сказала она, склонившись и поддев тонким пальцем Бай Лао за подбородок так, чтобы он взглянул ей в глаза – льдистые и туманные как вершины далёких северных гор, – дитя, и вправду, вызывает интерес. Откуда он?

Фэн У, величественно стоя в лучах солнца, задумчиво всматривался вдаль, сложив руки за спиной.

– Я поручил Фэн Су зачистить лисье логово на торговом пути. Там и нашёлся этот полукровка, Фэн Ся настоял привезти его. Не сыновья, а головная боль.

Будь Бай Лао более избалованным вниманием, его бы задело, что разговор о нём же происходил, будто он что-то вроде разменной монеты. Но Бай Лао не был, а потому даже испытывал облегчение, что ему не приходится участвовать в решении его же судьбы. Он успел к этому привыкнуть.

– Вот оно что…

Цин Юань задумчиво склонила голову набок, встряхнув тяжёлыми чёрными волосами.

– Возможно, Цзинь Х…

Фэн У метнул в неё настолько убийственный взгляд, что Бай Лао сжался и затаил дыхание. Но Цин Юань, судя по всему, обладала потрясающим самообладанием. Она лишь на секунду осеклась, извиняюще поклонилась и продолжила всё тем же ровным, спокойным тоном.

– Возможно, второму молодому господину следует перестать следовать пути меча. Думаю, он бы прекрасно справился с ролью моего ученика.