Кэтти Бом – Из искры разгорится пламя. Том 1 (страница 2)

– Ну и что за невидаль? – Презрительно усмехнулся он, присаживаясь прямо перед всё ещё рычащим ребёнком и хватая его длинными пальцами за дрожащий подбородок.

– Молодой господин! – Воскликнул один из солдат, что всё ещё держал наготове меч. – Не стоит так безрассудно…

– Да что он может?! Только скалиться и царапаться! – Цепкие пальцы брезгливо откинули его голову так, что Бай Лао неловко завалился на бок. Подбородок жгло чужое прикосновение, а глаза щипало от дыма и слёз. – Лисий выродок! – Совсем неблагородно выругался господин и плюнул под ноги Бай Лао прямо на изодранную циновку. – Заканчивайте тут и возвращаемся.

Бай Лао так и остался сидеть, завалившись на бок. Ему не нужно было смотреть – в воцарившейся тишине в нетерпении задрожали сжатые в кулаках клинки. От смерти его отделяли лишь один шаг и один взмах руки умелого воина. Он зажмурился, но удара не последовало. Вместо этого по комнате разлился тихий перезвон и голос с легкой насмешкой.

– Не припомню, чтобы отец велел тебе так жестоко убивать детей.

Бай Лао вскинулся, ошалело осматриваясь.

В дверном проёме стоял юноша, привалившись плечом к тому самому тлеющему косяку, даже не пытаясь стряхнуть сверкающие искры. Он был немногим старше молодого господина, может, всего на пару-тройку лет, но выше и шире в плечах. Они были похожи – те же волосы медного оттенка, те же янтарные глаза, которые, однако, горели не жаждой убийства, а благородством жидкого золота. Незнакомец небрежно оттолкнулся от косяка, взмахнул тяжелым хвостом волос и улыбнулся господину – снисходительно, как несмышлёному ребёнку. Снова послышался ласковый перезвон, и Бай Лао зацепился взглядом за его нагрудные пластины – их было две – тоже из золота, но без фениксов и рубинов, они соединялись совсем ненадёжной на вид цепочкой и мягко звенели при каждом шаге.

Солдаты покорно отошли к стене, позволяя ему пройти, и будто бы опустили плечи, сбрасывая напряжение.

«Странно». Подумал Бай Лао. «Господином зовут одного, а уважают другого».

Будучи членом не совсем обычного общества с довольно строгой иерархией, даже ребёнком он многое понимал о подчинении.

– Ся-гэ, – вымученно вздохнул господин, – почему тебе обязательно нужно портить всё веселье? Этот…ребёнок…ничем не отличается от всей прочей нечисти в этом захолустье.

Незнакомец обвел всех скучающим взглядом, задержался на Бай Лао, его всклокоченных черных волосах и дрожащих худых плечах. И отзеркалил вздох своего нерадивого собеседника.

– Он бы давно мог обратиться и хотя бы попытаться убежать. Я даже не вижу у него хвоста, – размеренно проговорил он и, немного подумав, добавил с нажимом – Су-эр. Убийства полукровок и детей не принесут тебе чести, тем более величия. Всё это, наверняка, выйдет боком, когда придёт время занять трон. Нужно забрать мальчишку, пусть отец решает, что с ним делать. Полукровок давно не видели.

Бай Лао не знал, считать ли это удачей, и принесет ли место, в которое его собираются забрать хоть что-то хорошее. По правде сказать, если ему так или иначе было суждено расстаться с жизнью, он бы предпочёл не оттягивать этот момент.

– И вы что, поддерживаете этот бред?! – Вспыхнул господин, обращаясь к смиренно ожидающим солдатам. – Будто отцу заняться больше нечем, со всяким нечистым отребьем возиться!

Солдаты синхронно потёрли уставшие шеи. По их виду явно было понятно, что никто из них не видит смысла продолжать разговор.

– В словах второго молодого господина есть истина. Давайте и правда заберём мальчишку и вернёмся. И так уже задержались, – ответил более статный воин.

Су-эр, как назвал его незнакомец, злобно рыкнул, пнул землю, засыпая измученного страхом ребёнка колкой пылью, и развернулся на пятках.

Бай Лао обмяк, выпустил из когтей циновку и, прикрыв тяжёлые веки, позволил горячей слезе скатиться по грязной щеке. Сердце в груди заполошно стучало, и в такт его ударам вдалеке ещё слышался мягкий перезвон цепочек и золотых пластин.

Глава 2. Город обласкан солнцем, сердце объято страхом

Деревня Бай Лао состояла из пары десятков домов и все они были довольно простыми и неприглядными – проедешь мимо и даже не запомнишь. Безликие постройки из рыжей глины, затерянные в бескрайних песках. Когда Бай Лао обвел их взглядом последний раз, они будто и не изменились, хоть и огонь местами покусал им бока. Здесь никогда не было шумно и многолюдно, и потому, тишина, воцарившаяся после нападения, не резала слух.

Когда Бай Лао вывели на улицу, пыль битвы ещё не осела, а в воздухе витали тошнотворные запахи крови и горелой плоти. Тела лежали на песке в странных неестественных позах, и даже кровь уже загустела и не вытекала из ран. Детей в их деревне было немного. Бай Лао натолкнулся взглядом на девочку прямо у порога одного из домов. Должно быть, она пыталась сбежать, но сталь чужого клинка всё-таки догнала её. Она лежала на спине и была красивой – в будущем, несомненно, загубила бы множество душ. Хотя нельзя отрицать, что она уже это не делала.

Их деревня хоть и находилась в отдалении, рядом проходил торговый путь. Торговцы пропадали на нём регулярно, но всё равно продолжали использовать – недалеко от него располагался крошечный оазис, такой удобный для привала. Обычно путники старались добраться до него к ночи и совершали ошибку, ведь ночь – идеальное время для лисьей охоты. Обычно этим занимались взрослые, но иногда и детей учили, как нужно заманивать доверчивых простаков. От Бай Лао в этом было мало толка, ведь необходимыми качествами, вроде затуманивания рассудка он не обладал, и потому работа ему в основном доставалась простая – то воды натаскать, то овощей к ужину начистить. Относились к нему, прямо сказать, не очень, даже местный глава, что позволил ему остаться в доме, ютясь на старой циновке в углу.

Иногда он смотрел издалека на торговцев – белые пыльные одежды, бронзовые от южного солнца лица. Выглядел ли его отец так же? Любила ли его мать? Чувствовала ли она хоть что-то, когда заманивала его в ловушку той холодной звёздной ночью? Никто не обращался с ним обходительно, и потому никогда не скрывалось, что его отец был обычной жертвой охоты, а он сам – необычным побочным эффектом. Бай Лао часто, засыпая, представлял отца, и как они могли бы вместе также путешествовать по торговым путям и ночевать в оазисах. И ни разу он не представлял мать. Ему хватало и того, что он знал – она была красива и успела дать ему имя прежде, чем умерла вскоре после родов.

Бай Лао ещё раз окинул взглядом бездыханные тела. Любой ребёнок его возраста давно уже был бы в ужасе от этой картины, но ему лишь было интересно, что будет дальше – предадут ли тела огню или так и оставят тлеть под открытым небом? Воины за его спиной уже гремели стременами и, судя по всему, собирались просто оставить всё как есть.

Вдруг на его плечо опустилась рука, тяжёлая и горячая.

– Не стоит смотреть.

Подняв голову, Бай Лао увидел того самого воина, что первым убрал меч в ножны тогда, в комнате. Теперь, когда страх смерти уже не так сильно сжимал горло, его можно было рассмотреть внимательнее: высокий, со шрамом над верхней губой и ямкой на подбородке. Глаза, словно два обсидиана, лучились спокойствием и усталостью. Лицо его не внушало страха, скорее уважение к явно опытному воину.

– Если когда-нибудь тебе это понадобится, – продолжил он, и голос его звучал слишком мягко для человека, чей меч ещё едва ли обсох от чужой крови, – моё имя Ю Линг.

Бай Лао кивнул. Он не думал, что доживёт до их следующей встречи, а потому своё называть не спешил. Ю Линг хмыкнул и больше ничего не сказал.

Раздалось ржание, уставших стоять без дела, лошадей, заставив Бай Лао вздрогнуть. Он отвернулся от мёртвой деревни и только сейчас заметил, что помимо двух молодых господинов на белых конях с ними было восемь солдат, включая Ю Линга. Все они уже седлали лошадей, чёрных. Не было ни повозки, ни паланкина, и быстрее, чем Бай Лао успел задаться вопросом, послышался голос, который он не хотел бы слышать больше никогда в своей жизни:

– Хватит торчать здесь! Привяжите зверёныша к лошади и пусть бежит. Выдвигаемся!

Белая лошадь взрыхлила копытами землю, пронесясь совсем рядом, и молодой господин оказался во главе отряда. Следом за ним степенно проехал второй, звеня своими золотыми пластинами. Их взгляды встретились, Бай Лао смотрел так умоляюще. Но он просто отвернулся. Детская злость и обида затопила его, заставив сжать кулаки. Зачем тогда нужно было вмешиваться и останавливать расправу над ним, чтобы сейчас не проронить и слова?!

Бай Лао остервенело потёр наполнившиеся горькими слезами глаза, как, вдруг, кто-то грубо оторвал его от земли прямо за воротник.

Ю Линг усадил его на лошадь перед собой и покрепче взялся за поводья, всё также сохраняя молчание.

Прижатый к крепкой груди, в стальном кольце чужих рук Бай Лао забылся тревожным сном. В конце концов, он был всего лишь ребёнком.

И, конечно, он уже не видел, как второй молодой господин обернулся через плечо, улыбнулся самыми уголками губ и продолжил путь.

────༺༻────

Регион Фэнцзинь по большей части представлял из себя пустыню и мог бы быть абсолютно никчёмным, если бы под песками не скрывалось несметное количество драгоценных руд и минералов. Все крупные города располагались в живописных оазисах и, действительно, процветали. Каждый, кому в своих странствиях удавалось побывать в этом регионе, непременно, восхищались его богатством и невероятной роскошью. Особенный восторг вызывала столица – Цзиньлу – огромный город в самом живописном оазисе.