Кэтрин Стэдмен – Акт исчезновения (страница 26)

Дверь с грохотом захлопывается, и в опустевшей квартире Эмили на меня опускается тишина.

19

Все, что осталось позади

Можно просто уйти, как Джоанна.

Можно позвонить Соуки. Она в Лос-Анджелесе до завтра. Можно спросить ее, что же мне, черт побери, делать. Но нельзя: я пообещала ей покончить с этой историей. В любом случае я уже знаю ее ответ: бросить все это.

Можно позвонить офицеру Кортес. Но что сказать? Что я не поверила ее коллегам и пошла к Эмили домой, а там жила актриса, которая играла Эмили? В худшем случае офицер Кортес решит, что я рехнулась. В лучшем случае мне придется отдать ключи от квартиры Эмили, назвать имя Джоанны и обо всем забыть. Мое участие в расследовании на этом закончится, и, возможно, я так и не узнаю, куда делась Эмили.

Оглядываю квартиру в поисках потенциальных улик, которые могла оставить Эмили. Но я не детектив, и копаться в гипотетических уликах – вряд ли хорошая идея.

Достаю телефон и прокручиваю назад список звонков в поисках номера Кортес. Ничего же страшного не случится, если я все расскажу?

Делаю глубокий вдох и нажимаю кнопку вызова.

Звонок идет, потом я слышу в трубке шум полицейского участка, прежде чем мне кто-то отвечает. Трубку несколько раз передают из рук в руки, и наконец я слышу голос Кортес.

– Здравствуйте, это Миа Элиот, мы с вами говорили сегодня утром.

Приглушенный гул на другом конце провода заполняет тишину квартиры вокруг меня, пока офицер пытается вспомнить.

– Да, точно, – отвечает она. – Вы заявляли о пропаже человека. Чем еще могу помочь? – Судя по голосу, она занята и явно раздражена, что я опять звоню прямо ей.

Я уже приготовилась к тому, что разговор будет непростым, и рассказываю о сегодняшних событиях с самого начала.

– Что ж, понятно почему вы встревожены, – заключает офицер Кортес, когда я заканчиваю. – Похоже, вы стараетесь изо всех сил ради этой Эмили, – добавляет она, и, судя по ее тону, это не комплимент. – Из вашего рассказа следует, что нам определенно стóит этим заняться. Заезжайте завтра утром в участок, составим заявление о пропаже человека и во всем разберемся.

– Конечно, – отвечаю я. – А сейчас мне что делать?

– Сейчас? – Офицер явно сбита с толку моим вопросом.

– Ну, да, я все еще у нее в квартире.

– Тогда советую уезжать оттуда. И если у вас ее ключи, то завтра захватите их с собой. Пригодятся. Хотя, знаете… чтобы попасть в квартиру, нам все равно нужно разрешение самой Эмили или владельца квартиры, так что… Но сейчас вам лучше отправиться домой а завтра приехать к нам и заявить.

От ее слов я цепенею. Они правда думают, что после всего, что узнала, я возьму и уеду домой? Кто-то нанял Джоанну разыграть сцены с моим участием. Кто-то дал ей мое описание. И Эмили пропала.

– А если с ней что-то случилось? Мне ничего не угрожает?

– Думаю, ничего. Знаете, вообще-то исчезновение не является преступлением. Мы расследуем такие случаи только при наличии веских доказательств преступления. Сейчас вы рассказали, что кто-то выдает себя за Эмили. Возможно, это что-то серьезное. Но возможно, Эмили просто не хочет, чтобы ее нашли, а в этом нет ничего противозаконного. Так что, если вы не уверены, что на самом деле произошло преступление… потому что это может быть просто розыгрыш – уж поверьте, я видела и не такое. В любом случае приходите завтра, мы все оформим и посмотрим, что можно сделать. Понимаете?

Не совсем.

– Да, хорошо. – Я вздыхаю.

– Да, и захватите с собой ее фото. Все, которые у вас есть.

У меня ничего нет. Я оглядываю комнату в поисках хотя бы одной фотографии.

– Я все сделаю. Спасибо, офицер Кортес.

– Мария. До завтра.

Нельзя сказать, что после разговора мне полегчало. Я ожидала, что они сразу вышлют патрульную машину, соберут в квартире отпечатки пальцев и немедленно начнут тщательное расследование. Но в реальности все по-другому, не так ли?

Джоанна очень разозлится, если завтра я назову полицейским ее имя. Хотя вряд ли она пойдет на то, чтобы отрицать участие в этой истории. А если пойдет? Тогда не знаю, чем это для меня обернется. Если исключить Джоанну из цепочки событий, которые привели меня сюда, то можно предположить, что я просто украла ключи от квартиры Эмили из ее машины или вломилась сюда.

Не знаю, что и думать. Будь у меня доступ в ее квартиру, могла я оказаться на месте той женщины, которую копы засекли здесь вчера вечером?

Могла ли я быть женщиной, выдававшей себя за нее? Я точно знаю, что подхожу под описание Эмили, как и все на том прослушивании четыре дня назад.

Наверняка Джоанна не станет этого отрицать. Одно дело – стремиться избежать неприятностей, и совсем другое – лгать полиции. Я ерзаю на продавленном диване. К тому же в компьютере Джоанны есть электронный адрес, по которому ее агент связывался с ее работодателем. И ее засекли камеры видеонаблюдения в моем доме, когда она забирала вещи Эмили.

Я возвращаюсь на кухню за конвертом Джоанны, набитом уликами. Взвешиваю его в руках. Нужно забрать его и завтра передать полиции. И Кортес права: пора уходить. Я и так потратила кучу времени. Хотя это не значит, что мне здесь больше нечего делать. Я думаю о Джоанне, растворившейся в сумерках. Она свободна. И я тоже могу просто уйти. Видимо, кроме меня, это никого не волнует.

Нет, неправда. Кого-то еще очень волнует, что я знаю об этой истории. И настолько волнует, что этот «кто-то» сделал все, чтобы убедить меня: Эмили здесь, она не исчезала. И я невольно думаю: что они будут делать теперь, когда я знаю, что Эмили здесь нет.

Перебираю листки в конверте и наугад вытаскиваю один. Это описание характера Эмили.

Персонаж (Эмили Брайант): Брюнетка, под тридцать, симпатичная, живет в Нью-Йорке. Актриса, обивающая пороги в поисках ускользающего счастливого билета, своего звездного часа. В ней есть нахальство и упорство, которые ожидаемы от девушки из большого города. Но также есть душевность и спокойная уверенность. Быстро заводит друзей, но никогда никого не подпускает слишком близко. По мере погружения в роль мы поймем, что у Эмили есть тайна, которая может заставить ее отказаться от всего, что ей дорого… или столкнуться с последствиями.

Господи, это же метаанализ… Меня бьет дрожь.

Не раздумывая, хватаю конверт и копаюсь в нем, пока не нахожу то, что искала. Делаю глубокий вдох и читаю.

Персонаж (Миа Элиот): Брюнетка, под тридцать, симпатичная, британка. Классический пример простака за границей[50]. Добившись успеха на родине в Англии, сама отправляется в Лос-Анджелес, чтобы получить роль всей жизни.

Я поворачиваюсь и озираюсь в пустой квартире: мне вдруг приходит дикая мысль, что меня снимают. Прямо сейчас. Осматриваю книжные полки, углы комнаты.

Я слышала разные истории. И знаю, что в интернете полно съемок женщин со скрытых камер, что в «Старбаксах» приматывают скотчем смартфоны под раковинами, что камеры ноутбуков взламывают и настраивают на трансляцию. Перевожу взгляд на ноутбук Эмили на столе. Крошечное черное отверстие камеры над безжизненным экраном безучастно смотрит в ответ. Подхожу и захлопываю крышку.

А если меня специально заманили сюда? А в это время, прямо сейчас, кто-то проник ко мне домой и делает там бог знает что? Может, поджидает меня…

Вытаскиваю из конверта остальные листки и просматриваю. Это описания разных сцен. Пробегаю их глазами.

Сцена на парковке: Эмили забирает арендованную машину возле офиса, где проходил кастинг, после того как исчезла на два дня. Она может встретить взволнованную секретаршу из приемной, которую нужно успокоить. Администратор кастинга тоже может выразить обеспокоенность в связи с внезапным исчезновением Эмили. Она спешит, выглядит подавленной и должна вернуть машину, пока не истекло время парковки.

Это было в то утро, когда Джоанна забрала машину в Северном Голливуде. Мои глаза перескакивают на следующую страницу.

Пункт проката «Авис»: Эмили возвращает заранее оплаченную машину и объясняет, что автомобиль ей больше не нужен. Она просит вернуть остаток на карту, если это возможно. Если нет, она готова потерять депозит.

Господи, Джоанна, наверное, считала эту работу самой странной и скучной в мире… Возвращаюсь к предыдущей странице.

Сцена в кафе: Эмили встречается с Мией (актрисой, с которой познакомилась на прослушивании), чтобы забрать бумажник и ключи от машины. Эмили благодарит Мию за помощь и неохотно говорит о своих проблемах. Она может мимоходом упомянуть о сложностях в семье или в отношениях.

Я останавливаюсь. Это было не в кафе. Именно это произошло у меня дома позавчера. Джоанна разыграла сцену с моим участием без моего ведома. Если не считать другого места, все почти один-в-один. Кто-то заранее спланировал нашу встречу. По моей спине пробегает холодок, и я оборачиваюсь, внезапно чувствуя на себе призрачный взгляд. Но конечно, я здесь одна – по крайней мере, сейчас. Это чертовски странно. Мой страх за Эмили теперь полностью вытеснен страхом за себя. Как далеко это зайдет? Чем закончится для меня? Лихорадочно листаю страницы, ища свое имя. И чувствую мгновенный ужас, представив, что смогу найти точное описание того, что я делаю прямо сейчас.

Сердце бешено колотится, я ничего не замечаю, кроме текста передо собой. Затаив дыхание, переворачиваю последнюю страницу и читаю.