Кэтрин Мур – Грядет тьма (сборник) (страница 49)
Он резким движением провел тыльной стороной ладони по щеке, размазывая грим. С каким-то диким презрением он посмотрел на жирную от грима руку.
— Ты думаешь, мне нравится быть актером? Ты думаешь, я хочу играть? Я ненавижу это. Я всегда это ненавидел. Но при Комусе я либо играю, либо умираю с голоду. Я хочу выйти из этой крысиной гонки. — Он снова повернулся ко мне. — Рохан! У нас еще есть шанс?
Я попытался увидеть искренность в его глазах. Насколько можно ему доверять? Насколько надежным помощником он окажется? Рой вытер ладонь о штаны и протянул ко мне обе руки, дрожащие от волнения.
— Надо действовать! Я готов рискнуть. Что надо делать?
Я обнаружил, что тоже дрожу.
— Это слишком опасно, — произнес я. — Нет.
— Да! — закричал на меня Рой. — Мне надоело! Меня тошнит от Комуса. Сколько у нас времени?
Я оглядел трясущийся кузов фургона, посмотрел на проносящиеся за окном темные кроны деревьев, поглядел на восток, где в любой момент внезапно могло возникнуть зарево взрыва.
— Я не знаю! — крикнул я ему в ответ. — Черт возьми, я
— Но ты все еще хочешь попасть в Корби?
— Я должен это сделать!
— Ты не справишься один. Я с тобой.
— Я не могу остановить кровотечение, когда ты так кричишь, Рохан, — серьезно воскликнула Кресси. — Успокойся, или ты вообще ничего не сделаешь.
Я посмотрел на свежую кровь, с новой силой хлынувшую из раны, и прислонился спиной к вибрирующей стенке, глубоко и прерывисто вздохнув.
— Хорошо, — ответил я. — Вон там, за пультом управления, спрятан квадратный футляр с ручками. Внутри него находится предохранитель, который предназначен для повстанцев. Моя задача — доставить его в Корби до того, как местная ячейка мятежников, находясь в отчаянном положении, решится на подрыв Анти-Кома без этого устройства. Так что нельзя с этим тянуть.
— Сопротивления больше не предвидится, и все пройдет без сучка и задоринки? — спросил Рой. — Как ты думаешь? И это все, что мы должны сделать?
Я молча кивнул.
— Анти-Ком деактивирует Комус, если мы успеем. Если мы этого не сделаем, взрыв может просто стереть Калифорнию с лица земли.
Краем глаза я заметил, как Под напрягся на водительском сиденье. Я почувствовал, как пол кузова подо мной начал замедлять свою вибрацию. Мелькание темных деревьев за окном тоже сбавило свой ход. Затем пневматика тормозов тяжело вздохнула, и грузовик медленно покатился по грунтовой дороге.
Раздался спокойный голос Пода:
— Все, решено, следуем в Корби, — произнес он.
Глава 27
Во внезапно наступившей мертвой тишине Полли с треском оторвала полоску от рубашки.
— А кто выходит? — спросила она. — Я на месте Рохана поступила бы также. Кресси, осторожно убери палец с артерии, хорошо? Давай наложим повязку.
Под ухмыльнулся ей из-за спинки сиденья.
— Я помню старые времена, — пробормотал он непринужденным тоном. — До Комуса. Я с тобой, Рохан. Эйлин?
Она одарила его безмятежной улыбкой.
— В нашем возрасте чего бояться, не так ли? Кого же мы ждем?
Кресси подняла голову.
— Я? — воскликнула она. — Ты имеешь в виду меня? — Она одарила меня улыбкой, которую немного исказил подпорченный макияж. — Может быть, мы все станем знаменитыми, — проговорила она. — Это стоит того, чтобы рискнуть.
Я выпрямился и вдруг почувствовал себя намного лучше.
— Поторопись с повязкой, ладно? — попросил я Полли. — Я поеду в кабине с Подом. Он лучше меня справится с управлением грузовика, а я хочу, чтобы мы добрались до Корби в целости и сохранности. Нам предстоит нелегкий путь. Держитесь!
Мостовая под нами неслась извилистой неровной рекой, мерно раскачивающей нашу машину из стороны в сторону. Сегодня на дороге в Корби было необычно оживленное движение. Впереди и позади нас огни то появлялись, то исчезали за крутыми поворотами и сопками. Я был рад большому количеству транспорта на дороге. Это делало нас менее заметными. Интересно, сколько еще людей, направляющихся к Корби, знают, куда они спешат? Вероятно, сейчас Комус спешно перебрасывает войска как по воздуху, так и по дороге. Вполне возможно, они найдут Анти-Ком задолго до того, как мы туда доберемся. Может быть, через секунду или минуту за этим поворотом или за следующим мы увидим, как ослепительная вспышка мощнейшего взрыва осветит полнеба, а ударная волна с бешеной скоростью начнет расползаться по континенту, сметая все на своем пути.
Я гнал эти мысли прочь. Меня сейчас занимало другое. Мы все приняли решение и были готовы принести себя в жертву. Моя рука пульсировала, и кровь продолжала расходиться широким пятном по повязке, но это тоже мало беспокоило меня. Я чувствовал себя спокойно и уверенно. Вся ночь вокруг меня была странно оживленной, и мне нравилось наблюдать за происходящим. Звезды сверкали на небе, и звук ночной птицы, звонко кричащей в темноте, был звуком, который отражал все мои ощущения. Мне казалось, что последние стены вокруг меня рухнули, и я стал бескрайне свободным. От этого почему-то стало немного грустно, сам не знаю почему, но чувства приобрели свежесть и ясность.
В зеркале заднего вида я заметил, как габаритные огни следующего за нами транспорта подпрыгивают вверх и вниз. Мы ехали слишком быстро, но я не обращал на это внимания. В голове прочно сидела мысль, что сегодня удача будет на нашей стороне. Мир снова послушно кружился у меня под ногами, и история творилась вместе с ним. История наших собственных дел, новоиспеченная, свежая, как ночь вокруг нас.
— Посмотри вон туда, направо, — вдруг нарушил молчание Под. — Подожди-ка минутку. Видишь огни? Наверное, это Корби.
Дорога поднялась на вершину холма, и на мгновение мы увидели вдали мерцающие гроздья уличных фонарей. Потом грузовик покатился под уклон, и перед нами снова было бурлящее шоссе, вспышки света фар и короткие рыки машин, которые проносились мимо. Сияние города теперь озаряло небо над ним, и в этом сиянии снова и снова мерцала звезда красным, белым и голубым. Я подумал о Чарли Старре и резне в Сан-Диего, и мне пришла в голову мысль, что он каким-то образом из мира мертвых наблюдает за нами сейчас и помогает нам закончить то, что когда-то начал сам. Завершить любой ценой. Но это была отвлеченная мысль, не надолго задержавшаяся в голове.
Под прервал мои размышления с внезапной тревогой:
— Оглянись, Рохан. Мне показалось, что что-то красное мелькнуло сзади.
Мое сердце дрогнуло раньше, чем рассудок. Что-то красное? Я высунулся наружу, тщетно пытаясь разглядеть дорогу позади нас. Что-то цвета Комуса следует за нами по дороге?
Наш фургон прошел очередной поворот, и я посмотрел на шоссе позади нас. Что-то ярко-красное осветили фары следующих за нами машин. У меня перехватило дыхание.
— Ты был прав. По дороге за нами следует машина Комуса. Посмотри сам.
— По нашу душу? — тихо спросил он.
— Я так не думаю. Я не понимаю, как кто-то еще может знать о моей миссии. Если только... — эта мысль потрясла меня.
Если только они не арестовали Элейн... Но в это я тоже не мог поверить. Я вспомнил синее кольцо на ее руке. Я не думал, что у них было достаточно времени, и они могли заставить Элейн говорить. У нее был свой безошибочный способ ускользнуть от Комуса, и я уверен, что она бы им воспользовалась. Нет, они не могли нас искать...
— Приготовься, — сказал Под. — Я отключаюсь от автоматики. У нас больше маневренности на ручном управлении, и мы все равно не смогли бы обогнать копов.
Я почувствовал странный маленький рывок, когда грузовик отключился от автоматического навигатора Комуса, и подумал, что мы разорвали, возможно навсегда, связь с той гудящей артерией, которая вела нас вниз по шоссе. Артерия Комуса. Теперь мы были предоставлены сами себе.
— Послушай, — обратился ко мне Под.
И через мгновение я тоже услышал ее — сирену, которая завыла высоко, а затем низко, пронзительно и требовательно. В зеркале заднего вида показалось далекое красное пятно, которое с ужасающей скоростью приближалось к нам по шоссе, сияя в своем собственном багровом свете. Шум нарастал по мере того, как увеличивалась каплевидная форма машины. Зрелище, заставляющее сердце биться быстрее, а дыхание учащаться. Я уже начал забывать, какие они ярко-красные — машины Комуса, какие большие и быстрые.
Машина обогнала нас, резко развернулась, завизжав шинами, и заставила два своих сверкающих глаза осветить обочину. Но Под резко прибавил скорость, и маленькая машинка стала быстро уменьшаться, пока не превратилась в красную точку. Грузовик глухо взвыл и застонал всеми своими железными внутренностями. Дорога проносилась мимо полноводной реки. Над верхушками деревьев белели звезды.
Я ощутил тяжелое жужжание над головой даже сквозь грохот грузовика, и мгновение спустя над нами промелькнули бортовые огни вертолета, снижающегося к Корби. Я сравнил его с перегруженной пчелой. И еще один. И еще.
Когда мы поднялись на следующий холм, Корби оказался почти рядом. Весь город был ярко освещен, и мне послышался резкий треск выстрелов, хотя шум вокруг меня теперь был слишком сильным, чтобы быть уверенным в этом.