Кэтрин Коулc – Пепел тебя (страница 46)
Улыбка растянулась по ее лицу.
— Свидание с Доктором Красавчиком?
Я рассмеялась.
— Прозвище что надо. Я сказала, что мне нужно подумать.
Лицо Аспен смягчилось от заботы.
— Понятно. Хочешь обсудить?
Я покачала головой. Я не была готова рассказывать ей о своем прошлом. И тем более не хотела признавать, что застряла на одном человеке — своем боссе.
— Дрю хочет щенка на день рождения, — сказала я, пытаясь сменить тему.
Аспен прислонилась к ограде.
— Дрю и Чарли просят уже сто лет. Иногда и Люк подключается. Думаешь, Ло согласится?
Я прикусила губу.
— Я поговорю с ним. Я почти весь день дома, так что, кажется, справлюсь.
— Спросить точно не помешает. А у Дэмиена как раз щенки. Нашли бездомную собаку, а она оказалась беременной. Щенки родились месяц назад, думаю, через пару недель будут готовы.
Мальчишки умрут от счастья. И я бы не отказалась от маленького пушистого комочка. Мне только нужно добиться, чтобы Лоусон поговорил со мной. По-настоящему.
Но, похоже, на это понадобится чудо.
Дрю распахнул дверь и задержал ее для меня, улыбнувшись.
— Спасибо. Настоящий джентльмен.
Его улыбка стала еще шире.
— Девчонкам нравится галантность.
Я рассмеялась и подтолкнула Чарли внутрь. Когда мы дошли до гостиной, я увидела Люка и Лоусона на кухне — они готовили ужин. Я замерла на пороге.
Они резали овощи для чего-то вроде жаркого. И были так похожи, особенно когда двигались в одном ритме. Люк поднял голову:
— Папа пытается приготовить что-то новое. Всем приготовиться.
Лоусон бросил в его сторону усталый взгляд:
— Верь в своего старика хоть чуть-чуть.
— Бро, — начал Дрю. — Ты умеешь готовить ровно три блюда. Может, Хэлли стоит проконтролировать процесс.
Взгляд Лоусона метнулся ко мне. Наши глаза встретились и удержали друг друга. Он смотрел, но между нами стояла стена, и это резало сильнее, чем тишина.
— Я могу…
Я перебила его, пока он снова не оттолкнул меня:
— Сейчас только руки помою.
Я сняла пальто, поставила сумку и прошла на кухню.
— Можешь меня заменить, — сказал Люк. — Мне надо позвонить Ви.
— Чарли, хочешь поиграть в Xbox? — позвал Дрю.
— Да! — засиял Чарли.
— Уроки? — спросил Лоусон.
— Сделал на дневном часе, — крикнул Дрю, и они с Чарли уже мчались в игровую.
Я включила воду и подставила руки под струю, намылила, смыла, вытерла полотенцем и завязала фартук.
— Что сделать? — спросила я.
У Лоусона дернулась шея — он сглотнул.
— Стручковая фасоль подойдет.
Я заняла место Люка и принялась резать, а Лоусон нарезал красный перец. Он молчал. Не спросил, как прошел день, как дела у мальчиков. Все казалось неправильным. Тишина давила.
Я перебирала мысли, пытаясь найти слова, которые сократят расстояние между нами.
И тут Лоусон начал напевать. Мелодию я не узнала, но одно это тихое напевание заставило мои ладони вспотеть. Дыхание сбилось, превратилось в рваные короткие вдохи, каждый — короче предыдущего. Перед глазами заплясали черные точки, воспоминания нахлынули.
Острый укол ножа, прорезающего кожу. Жгучая боль от раскаленного клейма на бедре.
Я выронила нож.
— Пожалуйста, перестань.
Мой голос едва прозвучал, но Лоусон застыл.
— Что? Что случилось?
Мои руки тряслись так сильно, что хотелось опуститься на пол.
— Он напевал, когда причинял нам боль.
22
ЛОУСОН
— Он напевал, когда причинял нам боль.
Слова Хэлли звучали у меня в голове, как шарик в пинболе, отскакивая от черепа с оглушительной болью. Ее мучили. Она слышала, как мучили других. А этот ублюдок напевал веселую мелодию, пока делал это.
Я всеми силами держался от Хэлли подальше. Не хотел втянуть ее в свое поганое прошлое. Не хотел поддаться тому, что меня тянуло к ней. Та ночь на крыльце стала мне напоминанием: в женщинах я выбираю неправильно, и моя жизнь вообще не приспособлена для отношений.
Но я был так чертовски зациклен на себе, что не заметил, через что проходит Хэлли. Что пробудило в ней сегодняшнее убийство.
Все ее тело тряслось. Ноги ходили ходуном, будто вот-вот подкосятся.
И я двинулся к ней — не вынес ее страха и боли. Обнял, прижал к себе, фактически удерживая на ногах. Она уткнулась лицом в мою грудь, сжимая ткань футболки.
Ее запах окутал меня — легкая нота цветков апельсина впилась в память так, что я уже знал: никогда не выветрится. И я не хотел, чтобы выветрилась.
— Ты в безопасности, — прошептал я в ее волосы. — Никто тебя больше не тронет.
Не знаю, сколько мы так стояли. Постепенно дрожь утихла, пальцы разжались, и Хэлли отступила на шаг.
— Прости, я…
— Не надо. — Я убрал прядь с ее лица. — Последнее, что тебе нужно, это извиняться.
— У меня сорвало крышу. Я чуть не влезла на тебя, как мартышка.
У меня вырвался смешок.
— По-моему, не настолько. — Мои руки сами обрамляли ее лицо. — Ты в порядке?