Кэтрин Коулc – Пепел тебя (страница 47)

Хэлли взглянула мне прямо в глаза.

— В порядке. А ты?

В этих серых глазах было миллион вопросов, но хуже всего — боль. Боль, которую причинил ей я, женщине, пережившей уже слишком многое. Хотелось вырвать собственные кишки за это.

— Прости, — выдавил я хрипло, ладонями все еще удерживая ее лицо, большим пальцем поглаживая скулу. — Прости меня.

— Я переступила черту. Мне не стоило…

— Нет. Ты ни при чем. Просто… у меня есть свой груз. — Самое мягкое, что можно было сказать.

— Ты все еще любишь ее. Понимаю…

— Черт возьми, нет, — сорвалось у меня.

Хэлли отпрянула — не со страхом, а с удивлением.

— Не любишь?

— Ни на грамм. — Я провел рукой по щетине и оперся о столешницу, скучая по ощущению ее кожи под своими пальцами. — С ней все пошло наперекосяк. Очень сильно. И я до сих пор корю себя за то, что втянул в это детей.

Хэлли помолчала, рассматривая меня.

— Мне очень жаль. Значит, поэтому ты мало с кем встречался.

Я встретил ее взгляд.

— Я уже не уверен, что во мне что-то осталось. Слишком много ошибок. Слишком мало доверия. Легче — лучше — сосредоточиться на детях, работе и семье.

Эти слова резали меня изнутри, пока я говорил. Но их нужно было произнести. Я замечал ее взгляды — заинтересованные, теплые, полные желания. Такие ростки нельзя было пускать в землю. Даже если до боли хотел противоположного.

По лицу Хэлли пробежала тень.

— Я понимаю желание просто выключить все чувства. Так было бы проще.

— Но ты так не делаешь, — тихо сказал я.

— Если я сдамся, он победит. Это будет все равно что он убил меня вместе с другими. — Ее выражение стало твердым. — Он не победит.

Глаза Хэлли вспыхнули серебром.

— Ты тоже не должен позволять ей победить.

Я подал Хэлли тарелку, чтобы она поставила ее в посудомойку, пока дети спорили, какой фильм смотреть.

— Чья очередь? — перекрыл я их шум.

— Моя! — крикнул Чарли.

— Он опять хочет включить «Тачки». В миллионный раз, — простонал Люк.

— Я уже могу пересказывать этот фильм наизусть, — поддакнул Дрю.

Хэлли подняла голову:

— Я никогда не видела.

— Видишь? — защитился Чарли.

Люк рухнул на диван с громким стоном.

— Предательница, — проворчал Дрю.

Хэлли прижала губы, чтобы не рассмеяться:

— Они беспощадные.

Я передал ей еще одну тарелку:

— Ты даже не представляешь, насколько.

Она улыбнулась мне, и это попало прямо в солнечное сплетение.

— Нам нужно обсудить день рождения Дрю, — сказала она шепотом.

На этот раз застонал я. Детские праздники, особенно в Дрюшем возрасте, — хрупкий баланс. Захотят прийти тети, дяди, бабушки и дедушки. Сам Дрю захочет друзей и чтобы все выглядело круто.

— Я вообще не знаю, с чего начать, — признался я.

Хэлли выпрямилась, слегка поднимаясь на носки.

— Я могу заняться. Уже есть идеи для игр и торта. Могу заказать еду в его любимом месте или приготовить сама, и…

— Вы приняты.

Она рассмеялась, и этот звук обвился вокруг меня, вцепился в ребра.

— Отлично. Тогда еще один вопрос.

— Давай.

Хэлли сложила руки под подбородком. Выглядела нервной, но слишком уж надеялась.

— Как ты смотришь на то, чтобы подарить Дрю щенка?

Я пару раз моргнул.

— Щенка?

— Он мечтает о нем. И Чарли с Люком бы тоже обрадовались. Это и ответственность, и забота научит.

— Ты сама видела наш бардак. Думаешь, добавление щенка — хорошая идея?

Хэлли закусила губу.

— У вас насыщенная жизнь, но теперь я помогаю, и я дома почти весь день. Смогу заниматься дрессировкой, прогулками — всем этим.

Я замер, выключил воду и посмотрел на Хэлли сверху вниз.

— Ты хочешь щенка?

Она отвела взгляд.

— Я бы не отказалась от маленького живого комочка. — Вздохнула. — Родители в детстве не позволяли мне и Эмерсон завести питомца. Им было важнее, чтобы дом оставался идеальным.

В голове мелькнуло с десяток ругательств.

— Ладно. Давай поищем щенка.

Глаза Хэлли стали огромными.

— Правда?

— Правда. Мы можем съездить в приют…

— Я уже нашла варианты.

Уголок моего рта дернулся.