Кэтрин Белтон – Люди Путина. О том, как КГБ вернулся в Россию, а затем двинулся на Запад (страница 31)
— Путин помогал ему во всех вопросах, связанных с продажей автомобилей ЛогоВАЗа в Петербурге. Бизнес был мафиозным, бандитским. В Москве Березовский организовал его с помощью чеченцев и коррумпированной бюрократии, а в Петербурге — с помощью Путина. Так что он все понимал и про связи, и про ситуацию. Он же не ребенок.
И хотя Березовский сыграл заметную роль в отстранении Примакова, он никогда не работал с Путиным так плотно, как Пугачев. По словам одного из его ближайших соратников Алекса Гольдфарба, не он познакомил Путина с Татьяной, не он предложил его как альтернативу Степашину и как возможного преемника Ельцина.
Все радикально изменилось в середине июля, когда Кремль опустел, а его обитатели разъехались на отдых. Именно тогда швейцарская прокуратура снова нанесла удар. Семья полагала, что с расследованием по Mabetex покончено — благодаря уголовному делу, которое помог открыть Пугачев, Скуратов уже несколько месяцев назад был отстранен. Но швейцарцы не унимались, а вместе с ними не дремали и заместители Скуратова. 14 июля швейцарская прокуратура объявила о возбуждении уголовного дела по факту отмывания денег через счета швейцарских банков. Под преследование попали двадцать четыре россиянина, включая Павла Бородина и высших чиновников Кремля. Предполагалось, что средства были получены через «коррупционные схемы или злоупотребление властью». Один из швейцарских следователей, отвечая на вопрос, есть ли в списке дочь Ельцина Татьяна, ответил: «Пока нет». Но было понятно, что круг сжимается и, по словам Пугачева, начинается паника.
Женевская прокуратура заявила, что российские коллеги ведут параллельное расследование. Именно тогда Пугачев, по его словам, решил действовать:
— Нам нужен был человек, способный с этим разобраться. Степашин бы не справился. Но был Путин с ФСБ, Совет безопасности, Патрушев. Была целая команда.
Пугачев помнил, какое хладнокровие Путин продемонстрировал в вопросе с видеозаписью Скуратова, и сказал, что решил представить Путина Татьяне, которая в те дни была основным каналом связи с президентом. Случайно или нет, но на следующий день ФСБ начала уголовное расследование нарушений в строительном бизнесе, который принадлежал жене главного политического оппонента Ельцина Юрия Лужкова. Вначале Пугачеву пришлось переубеждать Татьяну в отношении кандидатуры Степашина и доказывать, что тот, в отличие от Путина, не сумел достойно прокомментировать запись со Скуратовым и проститутками после показа по ТВ.
— Я ей сказал: «Таня, тебе нужен человек, который тебя спасет. Степашин пойдет на компромиссы с коммунистами. И сделает это у нас на глазах. Посмотри, как он себя ведет. Путин гораздо понятнее. Он молодой, он готов слушать. Степашин больше никого не слушает».
После этого он забрал Путина из его кабинета в Совбезе и привез к ней. Позже Юмашев, по словам Пугачева, уговаривал ее пойти к отцу и убедить его сделать замену. Однако сам Юмашев утверждал, что в продвижении Путина Пугачев не сыграл никакой роли, а уголовное дело в Швейцарии и расследование в США угрозы не представляли:
— То, что это чем-то грозило, — полная чушь, — сказал Юмашев. — Единственное, что двигало и мной, и Волошиным, и Ельциным — власть нужно было передать человеку, который морально, идеологически и политически был бы таким же, как мы. Мы все действовали как одна команда. И по поводу того, как работать с миром и с Россией, мы достигли полного взаимопонимания с Путиным.
Именно в те дни все и решилось. Мир Степашина, а также шансы на более либеральную администрацию были забыты. На первый взгляд, не было ни одной весомой причины рисковать и заменять Степашина неизвестным Путиным. Но Семье нужен был кто-то более лояльный и более жесткий, потому что дело Mabetex раскручивалось со страшной силой. Юмашев приводил в пользу замены неубедительные доводы — например, упомянул, что Степашин — подкаблучник. Он рассказывал длинные запутанные истории о том, какие он придумывал аргументы, чтобы, пока не поздно, успеть поменять кандидатуры преемников. Но никакие доводы не действовали — в расчет шла только паника из-за швейцарского расследования. Однако именно этот аргумент никогда не озвучивался Семьей — иначе бы стало понятно, что только их отчаянное желание спастись стало причиной продвижения Путина. Семье нужен был жесткий человек, способный защитить ее интересы. Даже Юмашев не хотел в этом признаваться. Однако Пугачев, озвучив собственную версию, отклонился от официальной версии Кремля и, похоже, сказал правду.
Вначале Ельцин колебался. Но в последнюю неделю июля чеченские повстанцы предприняли несколько вооруженных атак на границе с Дагестаном, и, как заявил Юмашев, Степашин не был готов иметь с этим дело. Еще 27 июля, до первой своей поездки в Вашингтон в роли премьер-министра, он публично пообещал, что новой войны с Чечней не будет. Но всю неделю после его возвращения практически каждый день на границе шли столкновения. 8 августа произошла серьезная эскалация конфликта — 200–300 вооруженных чеченцев взяли под контроль две дагестанские деревни. Попытки Ельцина удержать Степашина в кресле премьера потерпели крах. И даже тогда, буквально в последнюю минуту, только услышав о готовящейся замене, планы Пугачева и Семьи попытался расстроить Анатолий Чубайс, близко сотрудничавший со Степашиным. Он попробовал застать Ельцина на даче и поговорить с ним до того, как тот сделает официальное заявление, но наткнулся лишь на охрану, которая быстро переключила его на Пугачева.
Разозленный попыткой сорвать его планы, Пугачев велел охраннику не докладывать Ельцину о звонке Чубайса.
— Я неустанно работал восемь месяцев, чтобы привести Путина к власти. Моими усилиями он из никому не известного главы ФСБ стал реальным претендентом на власть. Я за всем следил, все перепроверял. Где был Чубайс, когда мы влипли в скандал с Mabetex? — неистовствовал Пугачев. — Где он был? Что он делал? Испарился.
И даже на общей встрече в кабинете Ельцина ранним утром в понедельник 9 августа Ельцин, по словам Пугачева, все еще сомневался. Степашин отказался уходить с поста премьера без голосования в парламенте, и Ельцин вышел из кабинета, решив еще подумать.
— Я помню всю эту историю, — говорит Пугачев. — Степашин сказал Ельцину, что Путин — никто, что на этом месте он не выдержит. Но все уже было решено. Редкий случай, когда сам Ельцин ничего не решал. Это был вопрос жизни и смерти.
В тот же день Ельцин выступил с официальным заявлением и ошеломил страну выбором нового премьер-министра. Путин!
Никому не известный чиновник, серая фигура, он редко мелькал в новостях. Ньюсмейкеры с трудом наскребли о нем информацию. Больше всего поразило россиян заявление Ельцина — тот в телевизионном обращении открыто сказал, что надеется увидеть Путина на месте президента: «И сейчас я решил назвать человека, который, по моему мнению, способен консолидировать общество, опираясь на самые широкие политические силы, обеспечить продолжение реформ в России. Он сможет сплотить вокруг себя тех, кому в новом XXI веке предстоит обновлять великую Россию. Это секретарь Совета безопасности, директор ФСБ России Владимир Владимирович Путин».
Путин совершил самый безумный скачок в своей головокружительной карьере. Парламент был в шоке. Многие считали его человеком, которого через какое-то время можно будет легко сместить, и именно это соображение помогло большинством голосов утвердить Путина на пост премьер-министра. К тому времени из политической тени выплыл и Примаков, готовый в преддверии парламентских выборов сформировать прочный альянс с Юрием Лужковым. По сравнению с ними, как сказал Юмашев, «Путин выглядел, как ребенок». В Кремле многие считали, что с выбором преемника Ельцин зашел слишком далеко.
— Многие наши коллеги считали, что Ельцину ни в коем случае не стоило этого делать, потому что Путин был неизвестной субстанцией, а у Ельцина было всего пять процентов политической поддержки. И все думали, что после такого заявления Путину не победить, — сказал Юмашев.
Для стороннего наблюдателя все выглядело так, будто Семья рискует по-крупному. Однако в жизнь воплощались другие планы. Как позднее заявил Степашин, в кулуарах уже обсуждалась возможность эскалации вооруженного конфликта в Чечне. Главная задача кремлевских чиновников и политтехнологов заключалась в том, чтобы превратить неуклюжего кандидата в реальную силу, с которой необходимо считаться. На первый взгляд, материал был некачественный. На совещаниях все обсуждали Путина. Нужно было создать ему имидж одного из самых популярных телегероев советской эпохи. Он должен был стать этаким современным Максом Отто фон Штирлицем, шпионом под прикрытием, внедрившимся в ряды врага. Путину предстояло сыграть роль