Кэти Ди – «Там, где кончаешься ты» (страница 1)
Кэти Ди
«Там, где кончаешься ты»
В тексте есть:
Одержимый герой:
профессиональный киллер, ставший персональным кошмаром и единственным шансом на спасение;
Смертельные прятки:
когда весь мир считает тебя мертвой, тебе не к кому бежать;
Атмосфера Dark Romance:
жестокость, страсть и грань между спасением и пленом.
Плей-лист
Пролог
Сколько бы она ни бежала, сколько бы ни пыталась раствориться в тенях чужих городов, я неизменно находил её след. Я знаю ритм её шагов, когда она напугана, и каждую мысль, что бьется в её прекрасной голове, словно птица в клетке. Мой маленький ангел. Мое проклятие. Моя идеальная одержимость. Она станет моей погибелью, и я приму этот конец как дар. Ведь этот взгляд, эта чистая голубая бездна — единственное, что заставляет меня чувствовать себя живым.
Всё должно было закончиться короткими вспышками выстрелов и тишиной пустых комнат. Семья под корень — таков был приказ, холодный и ясный. Я привык быть тенью, несущей конец, а смерть всегда покорно шла за моим плечом. Но в ту ночь правила игры сгорели. Она обернулась, и мир сузился до удара сердца. В её глазах я увидел не просто страх, а свою погибель. И вместо того чтобы нажать на курок, я впервые в жизни захотел стать её щитом.
Я замер в дверном проеме, безликая тень в маске, за которой не разглядеть человека. В гостиной еще висело едкое облако порохового дыма, когда она влетела внутрь. Глухой удар — она рухнула на колени прямо в лужу крови своего отца. Её рыдания потревожили тишину. Но когда она подняла голову, всё исчезло. Две голубые бездны, полные ярости и обжигающего горя, впились в меня. Этот взгляд прожег во мне дыру — рваную, черную пустоту, которую не залатает ни время, ни покаяние. В ту секунду я понял: я пришел убить её, но вместо этого сам стал её первой жертвой.
Палец замер на спусковом крючке, отказываясь подчиняться приказу разума. Вместо выстрела я медленно опустился на колени, сокращая дистанцию до её горя. Лезвие ножа, еще хранившее тепло крови её отца, скользнула по её щеке — мертвенно-бледной, бархатной, не знавшей такого ужаса.
— Я оставлю тебя себе, ангелок, — мой шепот разрезал тишину, словно еще один клинок. — Просто подожди.
Она застыла, превратившись в мраморное изваяние. Казалось, её сердце споткнулось и замерло, пока она пыталась разглядеть зверя в прорезях моей маски.
— Я приду за тобой. Слышишь? Просто жди.
Я прижался губами к её лбу через грубую ткань маски поцелуй, ставший смертным приговором для её прошлой жизни.
— Пошел к черту! — её крик сорвался на хрип. Она оттолкнула меня, вцепляясь в остывающее тело отца, чья жизнь уже окончательно вытекла на дорогой ковер.
В ту ночь мой идеальный послужной список отправился в ад. Я потерял огромный куш, сорвав контракт, но нашел нечто гораздо более ценное. Свою истинную цель. Хочет она того или нет, отныне она принадлежит мне — по праву того, кто подарил ей жизнь. Ей просто нужно время, чтобы это осознать. А мне мне нужно время, чтобы зачистить за собой хвосты.
Для всего мира она была мертва. Я подготовил документы так чисто, что никто не задал лишних вопросов. Семья уничтожена, наследница погибла дело закрыто.
Ради моей малышки мне пришлось проявить фантазию. Найти похожую девчонку в подворотнях не составило труда бродяжка, у которой нет ни дома, ни будущего, ни имени. Один быстрый удар, и она стала идеальной декорацией в моем кровавом спектакле. Никто не станет заморачиваться с ДНК, когда есть обгоревшие руины дома, мои честные отчеты и фотографии, от которых тошнит даже бывалых копов. Наивные глупцы. Они верят тому, что видят, а видят они только то, что я им позволяю.
Официально она прах. На деле мой ангел сейчас гуляет по Парижу, вдыхая аромат свежей выпечки и не подозревая, что её свобода всего лишь длинный поводок в моих руках.Я еду следом. В кармане билет в один конец, в голове план её новой жизни, где нет никого, кроме меня. Она думает, что сбежала из ада, не понимая, что сам Дьявол купил ей этот билет.
Я еду следом. В кармане — билет в один конец, в голове — план её новой жизни, где не останется места никому, кроме меня. Влада наивно верит, что вырвалась из ада, не осознавая, что сам Дьявол оплатил ей этот побег и выбрал квартиру.Я открываю экран монитора. Она спит, беззащитная и тихая, под прицелом скрытых камер, которые я установил еще до того, как она впервые вставила ключ в замок. Весь её "уютный мир" — это моя клетка.
— Просто подожди еще немного, ангелок. Я уже близко.
Я даю ей время. Это мой последний подарок, мой единственный акт милосердия.
Каждый день я наблюдаю, как она строит свою хрупкую, картонную жизнь в этом городе. Я вижу, как она покупает цветы на рынке, как осторожно пробует на вкус свободу, словно боится, что та окажется ядом. Она начинает верить, что стены её маленькой квартиры это крепость, а шум парижских улиц надежный заслон от прошлого.
Наивная. Она не знает, что я архитектор её новой реальности.
Я слежу за ней из окон кафе, из проезжающих машин, из длинных теней подворотни. Я фиксирую каждый её вздох, каждое мимолетное движение. Я позволяю ей догулять эти последние дни, позволяю ей надышаться этим воздухом «независимости». Пусть привыкнет к мысли, что она спаслась. Пусть расслабится. Пусть её сердце перестанет бешено колотиться при каждом шорохе.
Потому что, когда я приду, это сердце должно принадлежать только мне.
Ей придется смириться. Придется забыть вкус вольного ветра и научиться дышать моим кислородом. Я стер её из мира живых, заменив тело в сгоревшем доме безымянной бродяжкой, чтобы никто и никогда не пришел ей на помощь. У неё нет имени, нет семьи, нет закона, который бы её защитил.
Она мой ангел, запертый в золотой клетке, которую я сам для неё выстроил.
— Еще немного, малышка, — шепчу я, глядя, как она гасит свет в своем окне. Наслаждайся тишиной. Скоро твоим единственным миром стану я.
Я достаю из кармана ключ настоящий, от её двери и подбрасываю его на ладони. Обратный отсчет запущен.
Её свобода заканчивается там, где начинаюсь я.
Глава 1
Ангел
Солнце заливает набережную Сены золотом, а воздух пахнет свежими круассанами и дождем. Люди вокруг смеются, целуются, спешат по своим делам. Я одна из них. Мои ноги касаются теплого асфальта, мои легкие вдыхают этот сладкий воздух, моя плоть жива.
Но внутри внутри меня выжженная пустыня.
Я смотрю на свое отражение в витрине антикварного магазина. На меня глядит незнакомка с пустыми глазами.
Это имя мой щит и моя тюрьма. Оно стоило мне целого состояния, связей на черном рынке и бессонных ночей в дешевых мотелях. Третий паспорт за год. Я меняю их как кожу, пытаясь сбросить с себя запах гари и крови, который, кажется, преследует меня повсюду.
Иногда, заходя в интернет-кафе в темных переулках, я ввожу в поиск одно и то же слово.
Экран неизменно выплевывает старые заголовки годовой давности:
«
В статьях пишут о неисправной проводке, о несчастном случае, о том, что тела были опознаны.
Ложь. Каждое слово ядовитая ложь, состряпанная его руками.
Я закрываю глаза и снова вижу ту ночь. Вспышки выстрелов, который оборвался слишком быстро, и тяжелые шаги по паркету. Тот момент, когда я посмотрела в прорези его маски и увидела там не человека, а саму Смерть. Он не просто убил мою семью. Он украл мою смерть, подсунув вместо меня чье-то другое тело, превратив мою жизнь в вечный побег.
Первые документы прислал мне он. Конверт без обратного адреса, лежавший на пороге моего убежища через неделю после пожара. Тогда я поняла: он знает, где я. Он играет со мной.
Я сожгла те бумаги. Я нашла своих посредников, заплатила втрое больше, чтобы стереть след, который он мне оставил. Я бежалаиз города в город пока не оказалась в Париже, надеясь, что в этом многомиллионном муравейнике хищник потеряет след.
Я мысленно благодарила маму за те изнурительные часы, когда она заставляла меня зубрить французские глаголы. "