Кэти Ди – Проклятие Гор (страница 9)

Настоящее, леденящее кровь осознание близости смерти настигло меня только тогда, когда я наконец заперлась в своей комнате: осознание того, что я действительно сорвалась с высоты нескольких тысяч метров и уцелела лишь чудом.

Колени подогнулись, и я беспомощно плюхнулась на кровать, издав глухой, прерывистый стон прямо в подушку. Тело ломило от напряжения. Насилу заставив себя подняться, я дрожащими пальцами распутала скрытую шнуровку на боку и буквально содрала с себя эту проклятую штурмовую броню.

— Чтобы я ещё хоть раз натянула на себя этот пакет, в котором я обтянута, как силиконовая кукла? Да ни за что на свете, — ядовито пробормотала я в пустоту комнаты, с отвращением швыряя тесный доспех в самый дальний угол.

Кое-как порывшись в шкафу, я достала свою старую, привычную одежду: безразмерные, мягкие суконные штаны и широкую домашнюю рубаху, которая скрывала фигуру и дарила блаженное чувство защиты. Облачившись в этот привычный кокон, я без сил повалилась обратно на матрас.

Стоило моей голове коснуться подушки, как сознание мгновенно поплыло. Я даже сама не поняла, как меня так быстро сморило — веки налились свинцом, мысли спутались, и я провалилась в глубокий, тяжёлый сон без сновидений, спасаясь от кошмаров прошедшего дня.

Глава 5

Утреннее солнце едва пробивалось сквозь узкие готические окна штабного крыла, но в кабинете Верховного Маршала уже было душно от скопившегося напряжения.

Я стояла прямо посреди ковра, скрестив руки на груди. Сегодня на мне была моя обычная, привычная одежда: облегающая чёрная водолазка, полностью закрывающая шею, и свободные спортивные штаны, перехваченные на поясе шнурком. Только тяжёлые армейские берцы на ногах так и остались напоминанием о том, что я больше не принадлежу тихому архиву. В этой простой одежде я чувствовала себя гораздо увереннее, чем в той тесной силиконовой броне, но дрожь в коленях всё равно выдавала мой внутренний откат.

Отец стоял у своего стола, уперев кулаки в дубовую столешницу. Его стальные волосы казались растрёпанными, а лицо потемнело от ярости.

— Мне уже доложили о твоём вчерашнем полёте, Уила, — его глубокий бас вибрировал от сдерживаемого гнева. — Ты нарушила прямой приказ магистра Эйдана. Ты поднялась на неуправляемого, дикого ящера без страховочного седла! О чём ты думала?!

— Перспективы быть сброшенной прямо на раскалённый песок арены мне как-то не хотелось, — ледяным тоном ответила я, упрямо вздёрнув подбородок. — Этот ваш капризный Вигор просто потащил меня назад. У меня не было выбора.

— Выбора?! — отец буквально рявкнул, и этот звук заставил меня внутренне вздрогнуть. — Ты и так чуть не разбилась! Рэйлан сорвался вслед за тобой; вы чуть не превратились в кровавую кашу на дне Чёрного ущелья! Этот дракон вообще никому не подчиняется; он опасен для жизни! Я официально запрещаю тебе к нему приближаться. Слышишь меня? Близко к его вольеру не подходи!

— Да я и не хотела! — взорвалась я, теряя остатки самообладания. — Он сам тут же прикрикнул на меня на плацу, он сам утащил меня к утёсу, я не...

— Довольно! — снова перебил меня отец, делая угрожающий шаг вперёд.

И в этот миг внутри меня словно лопнула какая-то струна. Магия, дремавшая в крови, мгновенно среагировала на мой гнев. Мой левый глаз вспыхнул изумрудным огнём, а правый, затянутый молочной пеленой, прошила яркая, золотистая молния, заставив оба зрачка заиндеветь изнутри. Двухцветная вспышка на секунду ослепила отца. Алистер Эшфорд резко осекся на полуслове, его глаза округлились, а лицо побледнело от пугающего осознания. Он слишком хорошо знал, чья сила сейчас рвётся наружу.

Я тяжело, рвано выдохнула, изо всех сил заталкивая бушующую магию обратно. Глаза погасли, возвращаясь к своему обычному состоянию.

— Я не выбирала это, ясно? — я яростно махнула рукой в сторону широкого окна, за которым в утреннем тумане выли драконы. — Они сами выбирают. Сами решают, к кому подходить и кого тащить в небо! Я тут вообще ни при чём. Просто верни меня в руководство практиками, отдай обратно мои списки в архив и всё. Забудь этот отбор как страшный сон.

Отец тяжело, со свистом выдохнул сквозь зубы. Вся его маршальская суровость вдруг исчезла, сменившись усталостью. Он медленно опустился обратно в своё глубокое кожаное кресло и с силой потёр лицо обеими ладонями.

— Не могу, Уила, — его голос прозвучал глухо, почти беспомощно. — Ты уже официально в списках штурмовой группы. Ты летала на драконе на глазах у всего выпуска. И самое паршивое... они сами тебя выбрали. Старый Велес подтвердил это перед всеми ящерами. Если мы сейчас откажемся от договора и попытаемся спрятать тебя в подвал, драконы посчитают это предательством человечества. Они просто разнесут всю эту академию до основания.

— Но зачем я им?! — мой голос сорвался, превратившись в отчаянный, болезненный шепот. Я сделала шаг к его столу, чувствуя, как внутри всё горит от несправедливости. — Зачем древним монстрам девчонка-писарь? Я высоты боюсь до тошноты! Я слабая, маленькая и... — я запнулась, с трудом сглотнув подступивший к горлу ком, и добавила сквозь стиснутые зубы: — ...уродливая. Ты же видишь мои пятна. Сокурсники правы, я бракованная калека. Зачем я Велесу или этому психопату?

Отец замер. Он долго смотрел на меня своим взглядом, но словно видел не меня, а кого-то далёкого, давно погибшего в Потерянных Землях. На его лице проступила непробиваемая стена.

— Разговор окончен, Уила, — тихо и отрывисто произнёс он, возвращая на лицо маску сурового маршала. — Иди в казарму.

Острая, удушающая обида мгновенно захлебнула меня с головой. Глаза тут же заволокли горячие пелены слёз, грозя вырваться наружу и показать мою слабость. Но я упрямо стиснула зубы и несколько раз быстро проморгалась, прогоняя влагу. Ни за что. Не перед ним.

— Отлично, — бросила я с вызовом, резко разворачиваясь на каблуках своих тяжёлых берцев. — Тогда больше не вызывай меня сюда по каждой единой ерунде. У Верховного Маршала должны быть дела поважнее, чем допросы калек.

Я стремительно пошла к выходу и со всей силы хлопнула тяжёлой дубовой дверью, так что стены кабинета вздрогнули.

В пустом коридоре я неслась напролом, едва видя дорогу перед собой от гнева и обиды. На первом же повороте к жилому блоку в меня кто-то с размаху врезался. Удар пришёлся прямо в плечо, заставив меня покачнуться.

Я зло вскинула голову. Передо мной стоял Ральф в своих идеальных штурмовых доспехах. Староста нашей группы медленно смерил меня высокомерным взглядом с ног до головы. Он посмотрел на мою одежду так странно, долго и пристально, что я на долю секунды грешным делом подумала, будто этот наглый сын коменданта поумнел или зауважал меня после вчерашнего.

Но нет. Разумеется, без очередной порции ядовитой издёвки с его стороны не обошлось. На его порочных губах заиграла мерзкая усмешка.

— Надо же, наша архивная мышь вернулась к своим балахонам, — лениво протянул он, преграждая мне путь к лестнице. — А жаль. Вчера в той форме ты выглядела гораздо лучше, Эшфорд. По крайней мере, мужчины на арене могли рассмотреть, за какие места тебя будет хватать дикарь в небе.

Я сделала шаг вплотную, чувствуя, как пальцы сами собой сжимаются в кулаки.

— Плевать мне на твоё мнение, Ральф, — ледяным, сочащимся чистым презрением шёпотом прошипела я ему прямо в лицо. — Раздражаешь.

Со всей силы толкнув его плечом в грудь, я заставила его пошатнуться и ушагала прочь по тёмному коридору, громко стуча берцами по каменным плитам.

Спустя полчаса мы уже стояли на пыльном песке южной арены, выстроившись в шеренгу. Магистр Эйдан медленно расхаживал перед нами, заложив руки за спину и чеканя правила штурмового устава. Нам официально объявили, что этого молодого руководителя приставили к нашей экспериментальной группе до самого конца года, так что терпеть его строгий контроль нам предстоит ещё долго.

Позади судейских трибун, за огромной стальной решёткой, перегораживавшей остальную часть цитадели, сидели драконы. Эта титаническая кованая преграда уходила далеко вверх по склону горы, отделяя человеческую зону от диких, скалистых драконьих территорий. Сквозь прутья я отчётливо видела массивные чешуйчатые тени. Пурпурный Вигор лениво точил когти о валун, а обсидиановый силуэт Рэйлана неподвижно застыл на самом верхнем выступе скалы. Он не принимал человеческий облик. Он просто сидел там, в вышине, глядя на нас сверху вниз с ледяным, далёким презрением.

— Сегодня у нас базовое наземное занятие по спаррингу и постановке удара! — зычно объявил Эйдан, прерывая мои мысли. — Разбиться на пары! Выпускники, подтянуть новобранцев.

Судьба, разумеется, в очередной раз повернулась ко мне спиной. На мою огромную «удачу», инструктор лично указал на меня пальцем и поставил в пару с Ральфом. Сын коменданта тут же отделился от строя и медленно двинулся в мою сторону. Его задача, по идее, заключалась в том, чтобы научить меня драться и держать защиту. Вот только по его лицу и хищному прищуру было ясно: парень понял этот приказ как «размажь её по песку и выкинь со скалы, чтобы под ногами не путалась».

Он усмехался своей глупой, самоуверенной улыбкой, а я просто молча смотрела на него, посильнее затягивая шнуровку на своих походных берцах. В своей простой чёрной водолазке и свободных штанах я чувствовала себя уязвимой, но бежать не собиралась.