Кэти Ди – Проклятие Гор (страница 3)

Пока руководитель загонов Бран продолжал вещать с вышки о дальнейших задачах штурмовиков, правилах безопасности и графиках тренировок, и Рэйлан вдруг зашевелился. Вольяжнодемонстративно,но медленно, с громким, зловещим скрежетом и звоном тяжёлых железных цепей, он двинулся прямо в мою сторону. Командиры на плацу напряглись.

Он остановился всего в нескольких шагах от меня. На его порочном, покрытом старыми шрамами лице играла издевательская, высокомерная усмешка. Драконы на заднем плане недовольно зарычали, предчувствуя неладное.

— Рэйлан, стоять! Не подходить к строю! — громко выкрикнул магистр Бран с трибуны.

Но обсидиановому бунтарю было абсолютно плевать на законы, на приказы, на смотрителей и на всё остальное в этой цитадели. Он сам решал, что ему делать и когда. И я прекрасно знала это, потому что по академии давно ходили самые дикие слухи. Молодой, капризный, несносный одиночка. Он сам себе хозяин, а самое паршивое — он был невероятно, смертоносно силён. Из-за этой силы ему прощали слишком многое.

Рэйлан наклонился чуть вперёд, сокращая расстояние между нами до опасного минимума, и из его губ вырвалась фраза:

— Надо же... Калекам теперь выдают крылья? — его голос прозвучал так низко, хрипло и вибрирующе, что у меня по коже мгновенно побежали колючие мурашки. — Надеюсь, у твоего отца припасено достаточно гробов, пятнистая. Падать с высоты птичьего полёта — это тебе не бумажки в архиве перебирать. Мёртвые распределители плохо поддаются учёту.

У меня перехватило дыхание, ком застрял в горле от подступившей паники. Но я заставила себя не отводить глаз, в упор глядя на его резкие скулы.

Рэйлан не собирался останавливаться на словах. Прямо у меня под носом, без малейшего предупреждения, пространство вокруг него взорвалось. Воздух раскалился до предела, человеческий силуэт смазался, и с оглушительным, металлическим свистом перед моим лицом развернулись гигантские обсидиановые крылья. Рэйлан принял облик огромного, грозного ящера с бритвенно-острой чешуёй. Он резко подался вперёд и оглушительно, яростно прорычал мне прямо в лицо.

Звук был такой силы, что гранитные плиты под сапогами задрожали, а горячая вспышка его дыхания опалила мне кожу, растрепав заплетённую косу. Парни в строю в ужасе попятились, кто-то закрыл голову руками.

Но я осталась стоять. Сердце бешено колотилось в грудной клетке, однако внутри страха внезапно закипело раздражение. «Ходячая катастрофа»,— пронеслась в моей голове злая мысль. — «Может, его сковали всеми этими цепями просто потому, что он психически ненормальный? А вовсе не потому, что этот дикарь слишком сильный?»

И тут, абсолютно случайно, на чистом, неосознанном рефлексе я громко, демонстративно цокнула языком и выразительно посмотрела на его огромный золотой зрачок.

Дракон опешил. Его рык мгновенно захлебнулся. Он замер на долю секунды, словно не веря, что какая-то человеческая девчонка посмела выказать ему такое пренебрежение после его величайшей демонстрации мощи. Огромный обсидиановый ящер дёрнулся назад, словно его нанесли кровное оскорбление.

С диким, бешеным рёвом он с силой рванул силовые цепи. Магический металл не выдержал его ярости — звенья с оглушительным грохотом и искрами раскололись, разлетаясь по плацу. Рэйлан ещё раз яростно прорычал, обдав моё лицо волной палящего жара, с размаху оттолкнулся мощными лапами от земли, круша гранитные плиты, и взмыл в небо, мгновенно растворяясь в серых грозовых тучах.

Я проводила его взглядом, шумно выдохнула.

Воздух на плацу всё ещё дрожал от раскалённого озона, оставленного обсидиановым ящером.

Оставшиеся драконы передней линии медленно, один за другим, смерили меня долгими, немигающими взглядами. В их глазах больше не было прежнего ленивого пренебрежения — теперь там читалось глубокое, озадаченное внимание к девчонке, которая умудрилась взбесить Рэйлана одним коротким звуком. Раскинув мощные бирюзовые и пурпурные крылья, они со свистом взмыли ввысь вслед за черным бунтарем, так и не дослушав растерянные окрики руководителя.

Их миссия знакомства на сегодня была завершена. Они показали свою силу, сорвали цепи и оставили всадников на земле глотать пыль.

А вот моя миссия еще только начиналась.

Я посмотрела на развороченные, треснувшие гранитные плиты у своих ног, на побледневшие лица сокурсников-мужчин, которые уже буравили мою спину завистливыми и злыми взглядами, и поняла, что тихая жизнь в архивных подвалах штаба осталась в прошлом.

Глава 2

Тяжёлые дубовые двери кабинета Верховного Маршала всегда закрывались с таким глухим, монолитным стуком, словно отсекали тебя от остального мира раз и навсегда.

Я шла сразу за магистром Браном, беззвучно ступая сапогами по длинному ворсистому ковру. Мои пальцы всё ещё подрагивали, а в ушах до сих пор стоял оглушительный, яростный рокот сорвавшегося с цепей Рэйлана. В кабинете отца пахло дорогим табаком, кожей и сургучом. Сам магистр сидел за своим огромным столом из морёного дуба, заваленным картами и рапортами. Он уже успел снять парадный мундир, оставшись в строгой тёмной рубашке, верхние пуговицы которой были расстёгнуты.

Услышав наши шаги, отец поднял голову. Его стальной, пронзительный взгляд мгновенно впился в наши лица.

— Докладывай, Бран, — коротко бросил маршал, и его бас заставил хрустальные фужеры в шкафу тихо звякнуть. — Почему распределение закончилось досрочно и почему ящер устроил погром на плацу?

Руководитель загонов тяжело вздохнул, шагнул вперёд и бережно положил на край стола кожаную папку с документами. На жестком пергаменте всё ещё красовалась жирная, грязная пометка, сделанная угольным карандашом.

— Отбор завершён, маршал, — сиплым голосом произнёс Бран. — Изменился итоговый состав штурмовой группы. Вот бланк с пометками и подтверждением. Копию для реестра я уже забрал себе.

Отец нахмурился. Он придвинул к себе лист и быстро побежал глазами по аккуратным строчкам со списками курсантов-мужчин, пока его взгляд не наткнулся на самую нижнюю запись, сделанную рукой Брана. На мгновение в кабинете повисла тишина, так что было слышно, как за окном бьётся о стекло горный ветер.

В следующее мгновение Алистер буквально вытаращил глаза. Я никогда в жизни не видела своего сурового отца в таком состоянии. На его волевом лице, обычно напоминавшем гранитную маску, отразился чистый, неподдельный шок. Он резко вскинул голову, требуя объяснений, и его голос сорвался на грозный рык:

— Что это значит, Бран?! Почему Уила зачислена во всадники?! На каком, к чёрту, основании её имя стоит в боевом списке выпускного курса?!

Смотритель загонов снова шумно выдохнул, покосившись на меня, и виновато развёл руками.

— Её выбрал дракон, маршал. Вы сами знаете правила пакта. Против воли ящеров мы пойти не можем.

— Какой ещё дракон?! — отец резко поднялся из-за стола, упираясь в него широкими ладонями. На его шее вздулись вены. — Кто посмел нарушить порядок?!

— Велес, — тихо, но отчётливо произнёс Бран.

Отец снова вытаращил глаза и медленно, словно у него подкосились ноги, опустился обратно в своё глубокое кожаное кресло. Вся его командирская спесь на миг испарилась. Он перевёл на меня ошеломлённый, растерянный взгляд.

Я знала, почему он так отреагировал. Велес был не просто старым и мудрым драконом. Это был егодракон. Тот самый изумрудный исполин, на котором Алистер Эшфорд всегда летал в своё время, пока сам состоял в списках действующих всадников академии. Конечно, сейчас отец летал на нём куда реже, в основном занимаясь штабной работой и политикой Военного Совета, но их узы уважения всё ещё были крепки. И то, что личный дракон маршала, ветеран сотен битв, вдруг опустил свою морду перед его приёмной дочерью и потребовал зачислить её в штурмовую группу — это был колоссальный, сокрушительный удар по всему, во что отец верил.

Маршал тяжело, со свистом, выдохнул через нос. Он медленно сложил руки в замок, упёрся в них подбородком и уставился на меня. Его взгляд был тяжёлым, сканирующим, но в то же время мне показалось, что он смотрел куда-то мимо, сквозь меня, словно лихорадочно перебирая в голове старые тайны моего туманного прошлого.

— Ладно, — наконец глухо отозвался он, прерывая затянувшееся молчание. Его голос снова стал ровным и сухим. — Иди к себе, Уила. Разберёмся. Готовься и отдыхай до утра. Больше такой привилегии, как поблажки и тишина в подвалах архива, у тебя не будет. С завтрашнего дня ты живёшь по общему уставу штурмовиков. Свободна.

Я лишь молча кивнула, даже не пытаясь спорить или заикаться о своём страхе высоты. С отцом в таком состоянии спорить было бесполезно.

Я развернулась и быстрыми шагами вышла из кабинета. Стоило тяжёлой дубовой двери закрыться за моей спиной, как я остановилась в пустом коридоре, прижавшись спиной к прохладной каменной стене. Внутри меня всё сжималось от раздражения и тревоги.

Мне было безумно, до зуда в подкорке, интересно, о чём именно отец остался говорить с руководителем загонов за закрытыми дверями. Неужели Бран или мой отец знают, зачем меня выбрал старый Велес? Зачем древнему ящеру понадобилась девчонка-писарь, которая от одного взгляда вниз с крепостной стены покрывается холодным потом?

Это же просто смех. Чистой воды катастрофа. Как я буду существовать среди этих двадцати четырёх мужчин-курсантов? Ральф и его дружки сожрут меня живьём. Мне придётся драться с ними в полную силу в раскалённом песке арен, сдавать нормативы и... летать. Летать на огромной скорости над бездной, доверяя свою жизнь чешуйчатым монстрам.