Кэти Ди – Портрет сводных (страница 2)
С этой самой величественной лестницы уже спускался мужчина. Как я поняла по маминым фотографиям, это был сам Игорь Чернов. Его внешность идеально соответствовала масштабам этого дома: высокий, статный, с безупречной осанкой и аккуратной седеющей щетиной, которая лишь придавала ему благородства. На нем был строгий темно-серый костюм, сидевший так идеально, будто его шили лучшие портные мира, а на запястье поблескивали дорогие часы. Несмотря на весь свой статус господина этого маленького королевства, он открыто и очень тепло улыбался.
— Ксения, добро пожаловать, — его низкий, уверенный голос эхом разнесся по высокому холлу. Он спустился к нам, приветливо кивнул и мягко, чисто по-отцовски пожал мне руку. — Мы очень рады, что ты наконец-то доехала. Надеюсь, дорога не сильно тебя утомила?
— Здравствуйте, Игорь. Спасибо, всё прошло отлично, — вежливо ответила я, удерживая на лице спокойную, приветливую улыбку, которой меня учил отец.
— Сейчас тебе покажут дом, проводят в твое крыло, где будет твоя комната, — Игорь обернулся к слуге, который уже заносил мой чемодан, а затем снова посмотрел на меня с мягкой заботой в глазах. — Располагайся. Обязательно приведи себя в порядок после перелета, отдохни и чувствуй себя как дома. Теперь это и твой дом тоже.
Мама, которая до этого крепко держала меня за локоть, вдруг виновато вздохнула и слегка сжала мои пальцы.
— Доченька, ты только не обижайся, — быстро заговорила она, переведя взгляд на мужа, а потом снова на меня. — У нас с Игорем буквально полчаса назад резко изменились планы по бизнесу. Срочная встреча с партнерами, которую никак нельзя перенести. Мы задержались дома только для того, чтобы лично встретить тебя с самолета. Нам нужно бежать прямо сейчас.
— Мам, ну о чем ты говоришь, всё в порядке, — я мягко прервала её излияния, искренне улыбнувшись. Для меня такое развитие событий было даже облегчением. Меньше пафосных разговоров в первый час. — Конечно, поезжайте. Я как раз хотела распаковать вещи и немного побыть в тишине. Спасибо, что дождались.
Они ещё раз обняли меня, Игорь повторил, чтобы я ни в чем себе не отказывала, и они вместе поспешили к выходу, оставляя меня наедине с этой огромной гранитно-мраморной крепостью.
Помощник Игоря вежливо жестом пригласил меня следовать за ним. Мы поднялись по широкой лестнице на второй этаж и пошли по длинным, уединенным коридорам, где шаги тонули в мягком ковре. Здесь было тише и уютнее, чем внизу, но ощущение, что я нахожусь на чужой территории, не покидало меня ни на секунду.
Я вошла в комнату, и дверь за помощником Игоря тихо закрылась. Комната оказалась просторной, светлой и, к моему удивлению, очень уютной. Здесь уже всё было подготовлено к моему приезду: массивный платяной шкаф пустовал в ожидании моих вещей, у стены стоял удобный письменный стол, который идеально подходил для набросков, а в центре высилась огромная кровать с кучей мягких подушек.
Я со вздохом блаженства опустилась на матрас, вытянулась во весь рост и уставилась в красивый высокий потолок, украшенный едва заметной, изящной лепниной. В воздухе плыл тонкий, едва уловимый аромат лесных ягод и ванили. Я принюхалась и улыбнулась. По углам на небольших комодах стояли декоративные вазы, из которых и шёл этот запах — приятные парфюмированные саше. Судя по ягодному аромату, здесь явно постаралась мама. Она отлично знала, как сильно меня расслабляют такие запахи. И, видимо, прекрасно понимала, что сейчас я нахожусь в небольшом, но отчетливом напряжении от смены обстановки.
Вспомнив о главном обещании, я тут же выудила из кармана свитера телефон и отыскала в контактах отца. Нажала на значок видеовызова. Экран моргнул, пошли гудки. Отец ответил спустя всего пару секунд, будто сидел с телефоном в руках и ждал моего звонка.
— Ну привет, столичная штучка, — на экране появилось его родное, чуть усталое, но тепло улыбающееся лицо. За его спиной угадывался интерьер его рабочего кабинета. — Добралась? Как долетела?
— Привет, пап. Всё отлично, долетела с комфортом, встретили как королеву, — я перевернулась на живот, подперев подбородок ладонью и переводя камеру в режим обзора. — Смотри, какую комнату мне выделили.
Я медленно покрутила телефоном, показывая ему просторную спальню, панорамные окна и ягодные вазы. Отец внимательно всматривался в экран, оценивая обстановку своим строгим мужским взглядом. На удивление, он не сказал ни единого колкого слова в сторону маминых вкусов, хотя обычно любил поиронизировать над её страстью к излишней роскоши.
— Ну, выглядит вполне достойно, Ксюш, — одобрительно хмыкнул он, когда камера снова вернулась к моему лицу. — Светлая, просторная. Для твоих рисунков самое то. Но по глазам вижу, что ты выжата как лимон. Перелет и разница во времени дают о себе знать.
— Есть немного, — призналась я, утыкаясь носом в подушку. — Тело затекло.
— Значит так, Ксюшка. Хватит пока экскурсий. Отключай телефон и ложись поспать хотя бы пару часов. Тебе нужно набраться сил перед завтрашним днем.
— Хорошо, пап. Спокойно отработать тебе, — я тепло улыбнулась экрану. — Обещаю позвонить, как только смогу. Люблю тебя.
— И я тебя, мелкая. Отдыхай.
Экран погас. Я полежала минуту в тишине, чувствуя, как комната постепенно становится более осязаемой и понемногу принимает меня. Затем я поднялась, подошла к огромному французскому окну и потянула за ручку. Створки плавно разошлись, открывая двери небольшого изящного балкончика. В комнату тут же ворвался свежий, прохладный воздух, разбавляя приторную сладость ягодных ваз.
Вернувшись назад, я с разбегу снова плюхнулась на кровать, раскинув руки в стороны. Тело приятно ныло от многочасового сидения в самолете и машине, но какая-то странная, волнительная легкость всё равно присутствовала внутри. Сонливость, о которой говорил отец, почему-то отступила. Вместо этого во мне проснулось глупое любопытство. В голове завертелись мамины слова про «воспитанного мальчика-душку».
Появилось четкое желание спуститься, наконец познакомиться с Кирилом и просто спросить у него, где здесь вообще всё находится в этом гигантском лабиринте.
Глава 2
Я проспал добрую половину дня, и это, без сомнения, было лучшим началом недели за последнее время. Отец с мачехой куда-то свинтили прямо с порога — я слышал сквозь сон, как внизу хлопнула входная дверь и зашуршали по гравию шины его мерседеса. Отличные новости. Значит, у меня в запасе есть хотя бы несколько часов блаженной тишины до вечера. Можно выдохнуть и не слушать бесконечные, приторно-сладкие монологи о том, что «теперь, Кирилл, у тебя будет сестра», «вы должны подружиться» и «она будет жить с нами».
Мне, честно говоря, одной мачехи хватило с головой. Поначалу дико бесило, что она пришла в наш дом и начала тут хозяйничать, переставлять вещи и строить из себя новую хозяйку. Но со временем я как-то притерпелся и привык. Стоило отдать ей должное: благодаря её появлению отец хотя бы перестал круглосуточно наседать на меня со своими нравоучениями и бизнес-планами. Мачеха вообще умудрилась покуситься на мою защиту перед ним — она искренне считала меня пай-мальчиком, аккуратно сглаживая все углы, когда я косячил. Да и чего греха таить, классная она женщина. Если, конечно, не лезет в мои дела.
Но мысль о том, что теперь по коридорам будет ходить ещё одна посторонняя девчонка, вымораживала.
В животе требовательно заурчало, напоминая, что за весь день я не съел ничего тяжелее чашки утреннего кофе. Лениво потянувшись, я накинул свободные серые спортивные штаны, даже не утруждая себя поиском футболки, открыл дверь и вышел из своей комнаты. Мысли были заняты исключительно тем, что бы такое сожрать на кухне, пока дом пустует.
Я завернул за угол длинного коридора, на ходу приглаживая взъерошенные после сна волосы, как вдруг в меня на полной скорости кто-то с размаху врезался.
— Твою мать! — глухо выругался я, инстинктивно выставляя руки вперед, чтобы удержать равновесие и не снести полетевший в сторону объект.
В голове сразу промелькнула злобная мысль наорать на служанок, которые вечно бродят тут со своими тряпками и не смотрят по сторонам. Но, опустив взгляд, я осекся. Поток мата застрял где-то в горле.
Передо мной стояла девчонка. Маленькая — едва доходила мне до плеча. Она смешно выпучила от неожиданности свои огромные, ледяные серо-голубые глаза, а в побледневших пальцах сжимала пластиковую бутылку с водой, которую, видимо, успела раздобыть. На ней были дурацкие, широкие светлые брюки в мелкий розовый цветочек и короткий нежно-розовый топ, открывающий полоску живота. Волосы были небрежно заколоты на затылке какой-то лентой, и вся она — светлая, пахнущая какими-то ягодами — выглядела в моем мрачном, глухом коридоре как инородное тело. Будто её вырезали из другой картинки и силой вставили сюда.
Судя по всему, это и была та самая Ксюша. Моя новоиспеченная «сестрица».
Я насупился, намеренно врубая свой самый тяжелый, давящий взгляд, и скрестил руки на голой груди, сверху вниз разглядывая нарушительницу моего спокойствия.
Я молча рассматривал её сверху вниз, намеренно задерживая взгляд на дурацких штанах в цветочек, а затем на тонкой талии. Девчонка несколько раз растерянно захлопала ресницами, окончательно приходя в себя, и принялась рассматривать меня в ответ. Скользнув глазами по моим голым плечам, кубикам пресса и татуировкам, она вдруг густо покраснела. Это было забавно — её фарфоровые щеки мгновенно залил пунцовый румянец. Ксюша поспешно отвела взгляд в сторону, неловко переступила с ноги на ногу и тихо прокашлялась, пытаясь вернуть лицу прежнее равнодушное выражение.