Кэт Лорен – Секреты крови (страница 5)
Он откинул крышку. Показались бутылки с янтарной жидкостью. Я задалась вопросом, как часто отец пил. И стало ли это регулярным процессом после смерти моих сводных братьев?
Пока папа наливал себе виски, я перевела свой взгляд на стены. Часть из них украшали картины. Уверена, что каждая из них была произведением искусства и стоила много денег, но я не сильна была в живописи, чтобы дать полотнам оценку. Но все в этом особняке буквально кричало о богатстве. Зачастую я боялась дышать, пока шла по этим длинным коридорам.
Отец сел во главе стола и устало откинулся на спинку кожаного кресла. Я подняла взгляд. У него над головой висела оленья голова. Мне стало жутко от ее вида. Было ли разумным вешать ее именно сюда?
– Не нравится?
Он заметил, куда я смотрела.
– У меня мороз по коже от нее.
Отец на мгновение замолчал.
– Мне она тоже не нравится, – неожиданно признался он.
Я удивленно вскинула брови.
– Это был кабинет моего отца, твоего деда. После его смерти рука не поднялась, что-либо менять здесь.
– Как давно его не стало?
Папа тяжело вздохнул и сделал глоток виски.
– Год назад. Он ушел вслед за твоими братьями.
Я потупила взгляд. Так много вопросов роилось в моей голове, и так мало ответов я имела.
Краем глаза заметила, как отец повернул фоторамки в мою сторону. На меня смотрели два подростка. Они были очень похожи на меня. Я сделала вывод, что итальянские гены Гравиано были очень сильны.
– Их звали Давидэ и Джулио. Сыновьям было четырнадцать и пятнадцать.
Я проглотила ком в горле, слыша, как голос отца охрип от перенесенного им горя. Он, как и Франческа, с трудом переживал их потерю. Я молча ждала, когда отец продолжит.
– Они погибли в перестрелке. До сих пор неизвестно, кто стоял за этим.
Информация словно ударила меня под дых. Признаться честно, я ставила на автомобильную аварию.
– Твой дедушка, Джованни, не смог справиться с потерей. У него случился сердечный приступ, когда стало известно о гибели Давидэ и Джулио. Через несколько дней его не стало.
– Мне жаль, – прошептала я.
Отец потянулся и взял меня за руку.
– Ты себе просто не представляешь, как я счастлив твоему внезапному появлению в моей жизни. Этот дом перестал быть таким пустым, как только ты переступила его порог.
– Франческа не согласилась бы с тобой, – грустно ответила я, кладя вторую ладонь на наши сцепленные руки.
Какое-то время мы молчали, но я решила первой нарушить тишину:
– Я смогу закончить обучение в школе?
Отец расцепил наши руки и откинулся обратно на кресло. Его тяжелый вздох говорил громче слов. Я не вернусь в школу.
– Судя по твоей реакции, о колледже я тоже могу забыть?
Я не была зла на него. Немного разочарована, да. Я уже несколько месяцев вынашивала мысль, что мне придется много работать после окончания школы, чтобы вкладывать деньги в лечение матери, но судьба распорядилась иначе. Мама ушла раньше предполагаемого срока.
– Оливия, – отец с тоской вздохнул. По его реакции я видела, что папе тяжело мне об этом говорить. – Ты должна понять, сейчас непростое время для всей нашей семьи…
– В этом все дело? В том, что ты не знаешь, кто стоял за смертью Давидэ и Джулио? Из-за этого все эти повышенные меры безопасности?
– Они всегда были, Mia cara. Но, да. Ты права. После их гибели меры усилились.
Повисло молчание. Нам обоим было тяжело и неловко после этого диалога.
– А что насчет моего будущего, пап?
Он задумался.
– Дай нам обоим немного времени. Ты подумаешь над тем, чем хотелось бы заняться, а я тебе скажу, насколько это реально. – Он придвинулся ближе и с теплотой посмотрел на меня, крепко сжимая мою руку. – Насколько это будет безопасно для тебя.
Я кивнула, соглашаясь с его решением. Сейчас мое сердце и ум были настолько измотаны, что мне не хотелось ничего, кроме как дать себе время прийти в себя после смерти мамы. Мне отчаянно нужно было это время.
– Тогда у меня к тебе есть другой вопрос.
Папа вопросительно посмотрел на меня.
– Почему тебя называют Доном?
Глава 5
Я уже второй час наблюдал за Оливией в саду. Девушка читала, сидя в беседке, и мне не хотелось ее тревожить. Но уже минут через двадцать она отложила книгу и с тоской посмотрела в сторону.
Решив, что ей нужна помощь, я пошел к ней. Ее недавний вопрос:
Я подошел к девушке и положил теплый плед ей на ноги.
– Уже начало холодать, – констатировал я, присаживаясь рядом.
Оливия подарила мне вымученную благодарную улыбку, но ее взгляд померк после секундной радости, что теперь она не одна.
– Хочешь поговорить?
Она тяжело вздохнула и перевела свой взгляд на меня.
– Думаешь о маме? – предположил я. – Понимаю, как тебе трудно, но ты должна допускать мысль, что теперь она в лучшем мире. Ей не больно. Говорят, что последние дни для онкобольных мучительны. Думай о том, что сейчас маме хорошо. От этой мысли тебе должно стать легче.
Девушка молча взглянула на меня и кивнула. Больше она ничего не произнесла. Оливия прильнула к моей груди, ища утешения. Мое тело оцепенело. Я не привык к таким вещам. Единственные женщины, которые имели доступ к моему телу – это мама и те девушки, которых я периодически трахал. Оливия была другой. Она – моя подопечная. Но я привязался к ней.
Так быстро и, кажется, безвозвратно.
Не знаю, почему сделала именно это, но я чувствовала от Неро защиту. Всю свою жизнь проведя с матерью, у меня не было рядом мужской фигуры. А сейчас появился отец. Он дарил утешение и надежду, но с Неро все было по-другому. Он казался именно тем другом, которого у меня никогда не было. Неро словно старший брат, который способен защитить меня от всего. Даже от самой себя.
– Я говорила с отцом вчера, – призналась, наконец. – Папа рассказал о семье. Почему он Дон, что происходит, и как погибли мои сводные братья.
– Тебе страшно?
Его вопрос застал меня врасплох. Я задумалась:
– Мой страх не связан с тем, что мой отец, Альберто Гравиано, Capo dei capi
Отстранившись, взглянула на Неро с надеждой, что он, будучи моим единственным другом, не станет врать мне.
– Это правда, что отец насильно выдаст меня замуж в своих политических целях?