Кэрри Лейтон – Темнота моей души (страница 3)

– Откуда такая злость? – спросила она дрожащим голосом, свирепо уставившись на меня. – Удивительно, но с каждым годом ты все больше похожа на него… – Несколько секунд, которые тянулись целую вечность, мама смотрела с презрением. Затем отвела взгляд, поправила ворот халата и, смахнув слезинку, воскликнула: – Хочешь побыть взрослой? Хорошо. Посмотрим, сколько ты продержишься. С завтрашнего дня ты уедешь из этого дома, чтобы наконец стать счастливой. Работа и деньги у тебя есть, справишься.

Сжимая щеку, которая все еще горела, я смотрела, как мама встала и ушла, хлопнув дверью.

Она ведь несерьезно?

Да, я перегнула палку. Сорвалась, не подумав. Я знала, что мама считала развод катастрофой. Запиралась дома из-за унижения от предательства, пока мой отец заботился о новой семье, посвящая себя ей, как когда-то нам. Я знала, что во всей истории был виноват он. Возможно, мама была такой циничной, а я такой неуверенной тоже из-за отца. Я знала это, потому что до сих пор страдала, как и мама. Но ее постоянное желание контролировать мою жизнь было невыносимым. Мама поступила неправильно, прижав меня к стенке. Я так разозлилась, что в глубине души хотела ранить ее. И впервые в жизни я подумала, что, возможно, мы с Томасом были не такими уж разными.

Когда свет на веранде выключился, мои глаза снова наполнились слезами. У меня задрожала нижняя губа, а живот скрутило в узел.

Я закрыла глаза, осознав, что меньше чем за час потеряла Томаса и оказалась на улице из-за собственной матери… Мой мир разлетелся на кусочки.

Обессиленная, я добралась до дивана возле входной двери и свернулась калачиком. Прижавшись к подушке, я пыталась сдержать рыдания, которые сотрясали все тело, но ничего не получалось.

Все из-за меня.

Во всем всегда была виновата я…

Глава 2

Я не знала, сколько времени прошло, как вдруг почувствовала, что кто-то легонько трясет меня за плечо. Дождь закончился, оставляя в воздухе привычный аромат петрикора. Ветер тоже затих, но небо по-прежнему оставалось темным. Я медленно открыла щипавшие от слез глаза и увидела перед собой размытую фигуру. В свете фонаря на меня встревоженно смотрели два зеленых глаза. Рука с татуировками лежала на моей талии, теперь накрытой тяжелой курткой.

– Томас? – растерянно спросила я, сев. – Ч-что ты здесь делаешь?

– Ты дрожишь, – заключил он, нахмурившись, и опустился на колени. Он начал растирать мои руки, чтобы согреть. – Почему ты на улице?

– Я заснула, – ответила я, по-прежнему ничего не понимая. Я уставилась на Томаса, пытаясь определить его настроение. Он не выглядел рассерженным – только уставшим и встревоженным.

– На улице? – недовольно спросил он, переложив кожанку мне на плечи. Теперь, когда он был так близко, я уловила запах пива и сигарет.

Он выпил? Плохой знак.

– Решила подышать свежим воздухом, – соврала я. Мне не хотелось рассказывать о том, что случилось. Я хотела лишь знать, где был Томас и что он делал. Я собиралась спросить, но осеклась, заметив, как он поморщился, заметив мою правую щеку. Томас резко сжал рукой челюсть и провел костяшками пальцев по подбородку, отчего меня пронзила легкая боль. Очевидно, от пощечины остался след. Значит, с момента ссоры с мамой прошло мало времени. Я посмотрела на экран телефона, лежавшего рядом со мной. Он показывал три часа утра.

– Кто это сделал? – сурово спросил Томас.

– Моя мать. – Он удивленно вскинул бровь. Но прежде чем успел спросить что-то еще, я продолжила: – Где ты был? Я столько раз звонила, а ты ни разу не ответил… – сказала я, не в силах скрыть страх в голосе.

Томас наклонил голову, провел большим пальцем по левой брови и снова посмотрел на меня.

– Пришлось уладить срочное дело.

Я с трудом сглотнула и поежилась.

– Какое дело?

– Поверь, тебе лучше не знать.

Сердце забилось так сильно, что я почувствовала, как оно вибрирует в горле. Меня накрыл ужас. Томас точно был с другой. Теперь я была уверена. Это было очевидно, потому что он не смотрел на меня, и на его напряженном лице застыло чувство стыда. Он совершил ошибку и теперь не знал, как признаться в этом.

– И все же я хочу знать. После отношений с Трэвисом я больше ничего не боюсь, – сухо ответила я, скинув его куртку.

– В смысле? – растерянно спросил Томас.

– Ну же, Томас. Говори.

– Ты о чем?

– Ты разозлился и уехал, не отвечал на мои звонки, а теперь вернулся, и от твоей одежды пахнет алкоголем. Ты отказываешься говорить. Хорошо, ты мне ничего не должен. Я не жду никакого оправдания или объяснения, потому что мы не встречаемся. Но я уже это проходила, знаю, как все обычно происходит, и если ты… – Я почувствовала, как скрутило желудок. – Если ты вернулся к ней, я хочу знать.

Несколько секунд мы молчали, и Томас по-прежнему выглядел растерянным. Затем он прищурился.

– Подожди-ка, что ты себе напридумывала?

Я молча опустила взгляд. Просто не смогла ответить.

Тогда Томас аккуратно приподнял мой подбородок, заставив посмотреть на него, и продолжил:

– Ты думаешь, я был с другой?

– Я права?

– Боже, нет.

– Значит… ты не был у Финна? И не был… с другой? – прошептала я.

На долю секунды мне показалось, что Томас засомневался, и у меня перехватило дыхание. Но затем он снова покачал головой. Я пристально посмотрела ему в глаза, но увидела в них лишь, что он лжет.

– Я думал, что ясно выразился, когда сказал, что этого не произойдет.

– Сказать можно многое, Томас.

– Я бы никогда так с тобой не поступил.

– Тогда почему ты не отвечал на звонки? Почему не хочешь говорить, где был и что делал все это время?

– Потому что есть вещи, о которых тебе лучше не знать.

Мне следовало привыкнуть к его постоянному желанию держать меня на расстоянии. И все же каждый раз сердце разбивалось на тысячи осколков. Словно прочитав мысли, Томас обхватил мое лицо ладонями. Погладил по щекам и запустил пальцы в волосы, а потом притянул к себе. Я зажмурилась, почувствовав, как к глазам подступили слезы. Как будто я мало плакала.

– Когда я ушел от тебя, я действительно был в бешенстве. Но я хочу, чтобы ты зарубила себе на носу: как бы я ни расстроился и как бы ты меня ни разозлила… ты всегда остаешься главной для меня. – Томас пристально посмотрел на меня, прижавшись ко мне лбом. Я с трудом сдержала слезы. Наши губы слегка соприкоснулись, и мое сердце забилось быстрее. Наконец Томас поцеловал меня, одновременно нежно и уверенно.

Если раньше я не понимала и не могла принять его желание огородить меня от конкретных ситуаций, теперь догадывалась, почему он так себя вел – Томас хотел защитить меня.

Я взяла его руки, переплетая пальцы. Убрала их от лица и положила на свои бедра. Томас склонил голову набок, пытаясь распознать мои намерения.

– Я могу подождать…

– Подождать? – медленно переспросил он.

– Пока ты не решишь впустить меня сюда, – сказала я, положив руку ему на грудь в область сердца.

– Несс…

– Нет, – возразила я, прижав палец к его губам, потому что не хотела ничего слышать. Теперь Томас должен был выслушать меня. – Я могу подождать. Неважно, сколько времени это займет – день или целую жизнь. Я буду ждать… И когда ты будешь готов, когда наконец доверишься, обещаю, я сделаю это тихо и осторожно. Буду лишь смотреть на то, до чего не смогу дотронуться, и научусь принимать то, что не в силах понять. – На мгновение я опустила голову и снова подняла ее, заметив смущенный взгляд Томаса. – Я не жду, что ты сделаешь это сейчас. Я лишь хочу, чтобы ты знал: когда ты будешь готов, я тоже буду готова. Тебе не нужно бояться впустить меня в свой мир, потому что ты не портишь меня, а делаешь лучше.

Томас молчал. Лишь смотрел своими гипнотизирующими глазами, взгляд которых всегда заставлял меня трепетать. Мне показалось, он хотел что-то сказать, но сдержался.

Затем он резко подался вперед и притянул меня к себе. Я положила голову ему на грудь, туда, где оглушительные удары сердца эхом разносились между ребрами. Я прижалась к нему и утонула в тепле его тела, в чем так нуждалась в тот момент.

– Прости за сегодня, – тихо сказала я.

– Забудь.

Но я не могла забыть. Слова Логана о Томасе не давали покоя, постоянно кружась в голове.

– Он просто псих. Ничтожество. Трус. Ты угодила в его ловушку.

Я вырвалась из объятий Томаса и посмотрела ему в глаза.

– Нет, я совершила ошибку. Не стоило мне подниматься в его комнату и оставаться с ним. Я повела себя глупо. Но поверь мне, между нами ничего не было, правда. Мне следовало послушать тебя, а я лишь заставила тебя нервничать и злиться…

– Хватит, Несс. Забудь. Самое главное – сейчас ты в порядке. – Томас медленно заправил пряди волос мне за уши, и в его глазах мелькнула тревога. – Лучше расскажи, почему ты на улице.

Я напряглась, и у меня скрутило желудок. Мне не хотелось говорить, что из-за него меня прогнала из дома собственная мать. Томас будет винить себя и откажется общаться со мной.

– Ну же, выкладывай, – резко добавил он.

Я выпрямилась и вздохнула.