Кэрри Лейтон – Темнота моей души (страница 1)

1 2 3 4 Вперед

Шрифт

Кэрри Лейтон

Темнота моей души

Carrie Leighton

BETTER. Dannazione.

Gruppo editoriale Mauri Spagnol S.p.A.

Тем, кто после тысячи падений осмеливается пробовать вновь.

Тем, кто в своей хрупкости обрел силы продолжать не сдаваться.

Тем, кто боролся за любовь, но этого оказалось недостаточно.

Тем, кто постоянно сражается с собственными демонами.

И тем, кого эти демоны сломали, навсегда лишив частички души.

Помните: каждого из вас ждет луч солнца.

Просто посмотрите на небо, и вы увидите его свет.

Пролог

Я хорошо помнила седьмой день рождения.

Мы устроили домашний праздник, пригласили моих одноклассников. Пока другие дети играли в саду, я держалась в сторонке. Алекс пытался рассмешить меня, испачкав нос грязью, но у него ничего не вышло. Уже смеркалось, и мама пригласила всех в дом, чтобы я задула свечи. Тогда я начала сопротивляться. Гости хотели торт, в гостиной все было готово к главному моменту вечера.

Но мне лишь хотелось увидеть отца.

Не имело значения, что рядом была мама. Бабушка и дедушка. Все мои школьные друзья и несколько соседских детей.

Я ждала лишь отца.

Он пообещал прийти.

И всегда держал слово.

Я помнила, что спросила у мамы, где он.

Она сказала, что задержался на работе, но скоро приедет.

Как по волшебству, в ту секунду я услышала, что в дверном замке повернулся ключ, и на пороге появился мой отец.

С горящими от радости глазами и широкой улыбкой я побежала к нему навстречу и бросилась в объятия. Мои длинные светлые кудри рассыпались по плечам, а идеально подстриженная борода отца царапнула щеку, пока он целовал меня, заставляя смеяться до колик.

Я была счастлива.

Папа повесил пальто на вешалку в прихожей. Поцеловал маму в щеку в знак приветствия и с теплой улыбкой поздоровался с остальными гостями, пока я теребила его темные кудри. Как же они мне нравились. Затем папа поставил меня на пол и повел к столу. Лишь тогда я разрешила принести торт – конечно, с фисташковым кремом.

Я набрала побольше воздуха и изо всех сил дунула. И, закрыв глаза, пожелала: пусть все останется так, как есть.

На следующий день мама полдня гуляла со мной, отвлекая парком аттракционов, сладостями и играми на свежем воздухе. Стоял теплый апрельский день.

Вернувшись домой, я увидела папу. Он взял меня на руки и сказал, что у него есть сюрприз. Я закричала от радости и засыпала его вопросами. Как же он смеялся. Его веселило мое любопытство. Как и всегда, мама недовольно поглядывала на нас. Мы с папой поднялись по лестнице – по его словам, сюрприз поджидал в моей комнате. Он остановился перед закрытой дверью и опустил меня на пол. Было заметно, как он дрожал, а глаза блестели.

Тогда я смахнула слезинку с его лица и успокоила, как папа всегда делал сам, когда мне было грустно. После этого он поцеловал меня в лоб и предложил сосчитать до трех.

Один…

Два…

Три…

Я распахнула дверь и замерла как вкопанная.

Я словно оказалась во сне.

Я вошла и покрутила головой, решив, что это, должно быть, чужая комната.

Моя комната всегда была пустой. Голые окна, кровать из кованого железа и шкаф, купленный с рук. Стены потрескались. Игрушки хранились в корзинах для белья. Но эта комната словно вышла со страниц журнала: нежно-сиреневые стены, белые плинтусы, кровать с балдахином, заваленная мягкими игрушками. А у стены напротив двери – огромный книжный шкаф.

Я почувствовала себя самой счастливой принцессой в собственном замке и расплакалась.

Получив повышение на работе, папа сделал ремонт, превратив комнату в произведение искусства.

Он опустился на колени, чтобы посмотреть в глаза, и спросил, понравился ли мне сюрприз. Я кивнула и крепко обняла его. В тот вечер, поужинав и поиграв с другими подарками, которые принесли гости накануне, я бросилась к окну – своему любимому месту – и отодвинула новую штору, любуясь звездным небом.

Мне нравилось наблюдать, что происходит на улице. Я бежала к окну вечером, когда папа возвращался с работы, и утром, когда он уходил. Смотрела на его машину, припаркованную на улице. И папа знал, что я буду высматривать его. Каждый раз он поднимал голову и улыбался. Это стало нашей традицией.

Традицией, которая должна была длиться вечно.

Но спустя восемь лет я смотрела, как он навсегда покидает нашу улицу с двумя тяжелыми чемоданами. Он посмотрел на меня, но не улыбнулся.

В тот день он решил бросить нас.

Бросить маму.

Бросить дом.

И бросить меня.

Он ушел.

Навсегда.

Часть 1

Глава 1

Я стояла со слезами на глазах и сухими листьями на подошвах обуви, все еще смотря на то место, где несколько минут назад был Томас.

Он ушел.

Не в силах осмыслить произошедшее, я вышла на веранду дома, бросила сумку на первую ступеньку лестницы и села рядом. На секунду зажмурилась, но перед моими глазами по-прежнему был только он. И взгляд, полный разочарования, возмущения и осознания вины. Моей вины. В том, что я не прислушалась. Не доверилась его словам. Вела себя слишком наивно и всегда чересчур правильно.

Влажный ветер растрепал волосы, черные непослушные пряди упали на лицо. Я решила собрать их в хвост, но поняла, что на запястье больше нет резинки. Отлично. Наверное, потеряла где-то.

Боже, какая я идиотка.

Как я умудрилась оказаться в такой ситуации? Как позволила этому произойти?

Я помассировала виски, чувствуя, как накатывает мигрень, и пытаясь сложить воедино события последних часов.

Все казалось запутанным и бессмысленным. Я вспомнила, как призналась Логану в своих чувствах к Томасу, как, возмущенная, направилась к двери, когда он грубо высказался о Томасе. Потом Логан все же убедил меня не уходить. Сказал, что не хотел оставаться в одиночестве. И я поверила его жалостливому тону. Мы сели смотреть телевизор, а потом… абсолютная пустота.

Фонарь освещал темное небо, разрезая его пополам. Деревянные перила веранды задрожали от внезапного раската грома. Я подняла голову, подставив лицо под капли ливня.

Куда он мог пойти?

Меня пугал тот факт, что в глубине души я знала ответ на этот вопрос.