Кеннет Дун – Что случилось с Дейзи Уайльд? (страница 1)
Кеннет Дун
Что случилось с Дейзи Уайльд?
Глава 1
– Смотри, этот парень вылитый Реймонд Берр2. Я даже на секунду подумала, что это он сам и есть, но теперь поняла, что просто похож. Эх, кажется, мне нужны очки посильнее. Все говорят, что с возрастом близорукость снижается, потому что появляется дальнозоркость, но я что-то этого пока не замечаю. Кажется, наоборот я стала хуже видеть и вблизи и вдали. Недавно в коридоре «Метро»3 я едва не приняла одного из бухгалтеров за Джона Форда4. Конечно, мистер Форд и сам выглядит, как бухгалтер, но я бросилась к нему с объятиями, а мистер Перкинс, то есть настоящий бухгалтер, он совсем такого не ожидал, понимаешь…
Аманда продолжала болтать, рассеянно наполнив свой бокал новой порцией шампанского так быстро, что я не успел перехватить у нее бутылку. Я повернул голову, всмотрелся в прокуренный зал ресторана зоны вылета аэропорта, нашел того парня, на которого Аманда показывала глазами, и быстро отвернулся.
– Это не Реймонд Берр. Более того я его знаю.
– Старый приятель?
– Очень старый. Мы вместе служили на флоте. Потом поддерживали связь какое-то время, но в последние годы не виделись.
– О. Ты нас представишь?
Я смутился. Два месяца назад Аманда приняла мое предложение и даже надела кольцо, которое я купил по случаю в ломбарде. Правда, практически тут же его сняла и убрала в шкатулку. Проблема заключалась в том, что моя невеста все еще была замужем за другим – сэром Грегори Хэйром, английским баронетом и отцом ее взрослых сыновей-близнецов. Именно к нему в Англию она сейчас и летела, а я отвез ее в аэропорт провожать на рейс до Лондона.
Аманда заявила, что собирается лично обсудить с мужем развод, поскольку такие переговоры не стоит доверять международным телефонным линиям. По ее словам, все должно было пройти гладко. Супруги уже почти год не жили вместе, Грег был счастлив, что вернулся из Калифорнии в свой родной Оксфорд, дети выросли и не особо интересовались жизнью родителей. Кроме того сэр Грегори был англиканцем и не слишком религиозным, у него не было предубеждения против разводов, зато как раз его семья всегда относилась к Аманде со снобистским предубеждением, так что они должны по идее быть счастливы наконец избавиться от сомнительной американки, наполовину еврейке, к тому же работавшей в Голливуде.
Но все же я видел, что в преддверии полета и объяснения с мужем Аманда все больше нервничала. Я встречал сэра Грегори всего пару раз в жизни, мне он представлялся типичным рассеянным кабинетным ученым, немного похожим на полусонную мышь, но именно такие персонажи как раз и могут в последний момент выкинуть какой-нибудь фортель.
А еще меня сверлило подозрение, что и сама Аманда не слишком хочет разводиться. Проходить всю волокиту с бумагами, с мировым судьей, делить имущество. И, конечно, терять свой статус в голливудском светском обществе. Хоть сама она и не была потомственной британской аристократкой, но все же величалась леди Амандой Хэйр, и это придавало ей какой-то вес в глазах дельцов кинобизнеса, которые по неясной причине благоговели перед титулами. Разведясь с Грегом и выйдя за меня, она скатилась бы до никому неизвестной миссис Аманды Стин, жены частного сыщика с нерегулярным доходом. Если бы мы продали ее дом в Пэрисе на северо-востоке от Лос-Анджелеса и купили бы квартиру в Западном Голливуде, Вествуде или Брентвуде, то это была бы квартира Аманды, и я бы фактически жил за ее счет.
В последние два месяца меня неоднократно посещала мысль, что с предложением руки и сердца я слегка переборщил. Моя возлюбленная была из тех женщин, которые могли легко плюнуть на условности и жить во грехе. Особенно имея столь индифферентного супруга по другую сторону Атлантики. Но она расчувствовалась, приняла мое кольцо, а теперь закусила удила, считая, что я жду от нее ответных шагов. Именно поэтому я провожал ее на вечерний рейс в Лондон, хотя мы могли бы прекрасно провести вечер в теплой ванне или просто валяясь на диване у нее в гостиной.
Безусловно Аманда считала, что нужно поставить точку в ее браке хотя бы ради того, чтобы не возникало таких неловких ситуаций, как сейчас. Могу ли я представить ее старому армейскому приятелю? И как? Назвав просто подругой или невестой? Не окажется ли он из тех, кто знаком с ее деловыми партнерами, которые разнесут сплетни по Голливуду, а потом каким-то образом они достигнут ушей сэра Грегори, который, кажется, до сих пор пребывал в уверенности, что его жене просто нужно время, чтобы завершить все контракты, закрыть свой продюсерский бизнес и воссоединиться с ним в благопристойном «городе дремлющих шпилей».
Аманда снова потянулась к бутылке, но теперь я успел первым и сам наполнил наши бокалы.
– Не бери в голову, – сказала она. – Кажется, он тебя не заметил. О, вроде он уже уходит. Ну, вылитый Реймонд. Кстати, а как его зовут на самом деле? Вдруг мы летим вместе в Лондон.
– Артур Хилл. Насколько я помню, он юрист.
– Ну, я же говорю, точно Берр в роли Перри Мейсона! Ты смотрел?
– Что?
– Этот сериал?
– Вроде бы видел пару серий лет пять назад. У меня нет телевизора, ты знаешь. Смотрел в гостях. Честно говоря, там же полная чушь. Так в жизни не бывает. Адвокат врет полицейским, допрашивает свидетеля прямо в зале суда, обвиняя его в убийстве, а тот во всем сознается на свидетельской трибуне.
– Ну, это же условность, Дуг. Публике очень нравится. Если бы Реймонд так не растолстел… Я смотрела почти все серии, потому что мы хотели запустить что-то похожее. Только с прокурором в главной роли.
– Ты серьезно? Сериал про прокурора?
– Да. Я считаю, что за телевидением будущее. Голливуд сейчас переживает кризис.
– Вполне возможно. Но прокурор?!
– А что тут такого? Уилли Толлман играет Гамильтона Бергера в «Перри Мейсоне» полнейшим идиотом, но у его персонажа есть нравственные принципы. Ты же должен понимать, ты сам был копом. Не понимаю, почему зрители верят, что высокооплачиваемый адвокат стоит на страже интересов простого человека, в то время как окружной прокурор, обычный госслужащий с мизерным доходом, только и мечтает, как прижучить этого самого простого человека. Тут явно попахивает какой-то крысой.
Я давно подозревал, что Аманда придерживалась социалистических, если не коммунистических убеждений.
– Он же тоже обычный человек, – продолжала она убеждать меня. – У него есть скромный дом и семья… и подержанный автомобиль. Когда он начинает готовить дело, то просто хочет восстановить справедливость. Ради таких же, как он сам. Почему бы это не показать зрителю.
– Милая, но… прокурор. Ты же читаешь газеты. Они возбуждают дела по совершенно надуманным поводам. Никто не считает, что они радеют за интересы простых американцев. Может, очень маленькой группы избранных простых американцев.
– Согласна, – кивнула Аманда, взмахнув ресницами в сторону бутылки в ведерке, и я снова освежил ее бокал. – Поэтому проект так и не пошел. Мы отвергли десятки сценариев. Хотя я не думаю, что проблема была в главном герое. Просто там были скучные сюжеты, чего не скажешь о «Перри Мейсоне». Меня всегда забавляло, что в этом сериале рассказывается о сотнях способах совершить безнаказанное убийство. Изменить температуру тела, подделать отпечатки, сфабриковать алиби, отравить кого-то так, чтобы не осталось следов…
– И его смотрят домохозяйки! – подхватил я. – Интересно, сколько они почерпнули из «Перри Мейсона». Я помню там рекламу во время титров. Все время какой-то отбеливатель. Как будто намек на то, как уничтожить следы крови после того, как зарезали мужа.
– А это работает? – Аманда взглянула на меня с интересом.
– Что?
– Отбеливатель?
– Вообще-то нет, но требуется особая экспертиза. Под воздействием люминала остатки гемоглобина в крови вступают в реакцию, так что сколько ни выливай отбеливателя, все равно присутствие крови можно обнаружить под специальной лампой. Но без реагента и лампы кровь не видно, все можно убрать так, что никто и не догадается. К тому же, если я не ошибаюсь, после отбеливателя нельзя определить группу крови. И другие следы он убирает безукоризненно.
Объявили посадку на рейс «Пан-Ам» до Лондона. Аманда слегка покачивалась, выпив в одиночку почти всю бутылку, поэтому я подставил ей локоть и подхватил ее дорожный саквояж, а потом деликатно повел на летное поле. Наверное, окружающие решили, что я ее шофер. На мне был обычный костюм из отдела готовой одежды универмага и мятый плащ, в то время как Аманда щеголяла в собольей шубке и элегантной шляпке, закрепленной на аккуратной прическе.
Меня всегда забавляло, как люди наряжаются перед длительными перелетами. Видимо, трястись несколько часов в закрытой алюминиевой капсуле на высоте в тысячи миль в компании незнакомых людей все равно, что посетить светскую вечеринку. В обычной жизни Аманда никогда не уделяла особого внимания гардеробу, предпочитая практичные костюмы, удобные платья, а то и вовсе джемпера и брюки. Волосы она подкалывала кое-как и практически не расставалась с очками, потому что очень дорожила своей фотографической памятью, столь необходимой в кинобизнесе.