Кения Райт – Жестокий трон (страница 43)
— Разумеется. Ты ведь не можешь просто войти в шатер и сказать привет. Тебе понадобится
— Почему мы вообще говорим о головах? — я вскинула руки. — Серьезно, Лео. Когда мы наконец успокоим эту ночь хоть немного?
Лео рассмеялся.
Я нет.
Лео пожал плечами.
— Ты отнесешь головы в шатер. Эти головы принадлежат людям, которых ты убила на мишенях. Эти мужчины были настоящими монстрами из армий Янь. Их друзьями.
— Господи Боже.
— Сейчас шатер полон лишь небольшой группой лидеров и в основном последователями. Так что ты войдешь туда с мешком голов монстров, вывалишь их в центр шатра и потом выкрикнешь что-нибудь остроумное.
Мое лицо застыло от ужаса.
Сонг закатил глаза.
— Ей не нужно говорить что-то остроумное. Самих голов будет достаточно.
Я стояла, сердце бешено колотилось, и пыталась осознать то, что только что услышала. Лео хотел, чтобы я вошла в шатер, полный убийц, с мешком отрезанных голов, как с каким-то чертовым трофеем, а потом… что?
— Сказать что-нибудь
Лео, однако, выглядел совершенно спокойным, словно мы обсуждали нечто столь же обыденное, как ужин в компании друзей.
— Все дело в театральности, — сказал он, жестикулируя руками. — Правильный момент. Правильные слова.
Сонг покачал головой, явно раздраженный.
— Ей не нужно ничего говорить. Головы сами за себя скажут.
— Но это скучно, — вздохнул Лео, как разочарованный ребенок. — Это ведь не только про убийство, Сонг. Это про то, чтобы произвести впечатление.
Я заморгала, с трудом пытаясь уследить за ходом его мыслей.
—
Лео повернулся ко мне.
— Именно. Ты должна показать им, что ты серьезна. Это как в «Крепком орешке». Брюс Уиллис всегда отпускал какие-нибудь реплики. Помнишь?
— «Крепкий орешек»? Какого блять хрена? — Я была близка к тому, чтобы потерять сознание.
Его улыбка стала шире.
— «Юпи-кай-е, ублюдок»4.
Я моргнула.
Сонг так закатил глаза, что я подумала, будто они у него там и застрянут.
— Это не боевик, Лео. Это реальная жизнь.
— В реальной жизни тоже нужна зрелищность, — пожал плечами Лео. — Как насчет чего-то вроде: «Надеюсь, вы не слишком скучали по своим друзьям. Они уже здесь».
Я уставилась на него, абсолютно ошеломленная.
— Ты хочешь, чтобы я вывалила на пол отрезанные головы… и сказала это?
Сонг разжал руки на груди.
— Это лишнее. Если она сделает свою работу, они подчинятся и без шуточек.
Лео отмахнулся, совершенно не смутившись.
— Это не шутка. Это заявление. Декларация. — Его голос снова зазвучал тем самым завораживающим тоном, который обвивался вокруг меня, как дым. — Что-то острое. Запоминающееся. Хм. Может, ты скажешь: «Головы вверх, мудилы!»
— Абсолютно нет. — Я отступила назад. — И можно вернуться к самому факту, что мне вообще придется тащить мешок с головами? Мне можно хоть сегодня немного передохнуть? Я уже и так должна рисковать жизнью, заходя туда…
—
— Больше никакой травы тебе сегодня, брат, — резко выдохнул Сонг через нос. — Сейчас не время играть в Брюса Уиллиса. И да, Моник… ты заслуживаешь передышки. Но пока… просто зайди туда, вывали головы из мешка и начинай стрелять сразу же.
Я была близка к тому, чтобы обоссаться от страха.
Сонг посмотрел на меня.
— Ты готова?
Нет. Я даже близко не готова.
Лео кивнул.
— И все же… начнем.
Глава 14
Подъем на гору
Мони
Мы шли пятнадцать долгих минут по крутому, извивающемуся горному пути.
Два заряженных пистолета лежали в кобурах у меня по бокам.
Я дышала коротко, хрипло, вырывая воздух из легких.
Так поздно ночью воздух был свежим и прохладным.
Луна висела высоко над нами, заливая неровную тропу бледным светом и превращая тени деревьев в длинные, мрачные пальцы, будто тянущиеся ко мне.
Горная тропа все вилась вперед. Каждый шаг давался тяжелее предыдущего, как будто за мной тянулись цепи.
Подошвы скрежетали о сыпучий гравий.
Сонг и Лео шли по обе стороны от меня.
Их присутствие было постоянным, гнетущим напоминанием о том, что это была вовсе не обычная прогулка.
Позади нас тянулась вереница мужчин, их тяжелые ботинки хрустели по камням, и этот ритмичный звук раздражал мои и без того натянутые нервы.
Один из них нес сумку, эту проклятую сумку с головами, которая воняла кровью и чем-то кислым. Каждый раз, когда она сдвигалась, приглушенный, тошнотворный плеск внутри выворачивал мне желудок.
Тяжесть этой сумки давила на мое сознание, даже если она еще не оказалась у меня в руках. Я знала, что ждало внутри, и почти ощущала, как зловонный смрад ползет по тропе ко мне навстречу.
И у меня скручивало желудок от одной только мысли.
Осознание протекало по моим венам — холодное и неумолимое — обвиваясь вокруг груди. Я пыталась оттолкнуть его, заменить страх на онемение, но оно цеплялось за меня упрямо и жестко.
Молчание между Лео, Сонгом и мной казалось обвинением.
Оно задавало вопросы, к которым я была не готова, вопросы, что эхом звучали в моей голове, пока я поднималась выше.
Зачем я собиралась это делать?
Разве только ради выживания?