Кения Райт – Сладкое господство (страница 92)
— Вот почему ты мне так дорога. — Он опустил взгляд на книги. — Вот почему я буду доставать Лэя, испытывать его, провоцировать, потому что мне нужно знать, что он
Я не знала, что ответить.
— Мне нужно быть уверенным, что он тебя достоин. И я не остановлюсь, пока он это не докажет. Пока не наденет тебе кольцо на палец и не женится на тебе.
К своему удивлению, я почувствовала, как задрожал мой голос.
— Тебе не нужно этого делать.
— Ты всегда была для всех защитницей, для всех — опорой. Но кто заботился о тебе?
— Лэй. И вы все. — Я прочистила горло. — Но... давай вернемся к тому, что ты все равно должен уважать Лэя.
— Да ну?
— Да. Каждый раз, когда вы приводили девушек, я, может, и не была самой дружелюбной…
— Ты смотрела на них, как будто готова сожрать.
— Я вела себя уважительно.
Он ухмыльнулся.
— Все знают, что к Джо и к тебе не стоит приводить женщину, если мы не настроены на нее по-серьезке.
— Мы вообще нормально относимся к девчонкам…
— Вы с Джо оцениваете их с ног до головы и, честно говоря, пугаете.
Я вытаращила глаза.
— Серьезно?
— Да, Мони.
— Ну… тогда будь добр с Лэем.
Он хмыкнул.
Я улыбнулась, тяжело выдохнула и вернулась мыслями к тому, что он сказал раньше.
— Так… почему ты вообще начал разделять, кто именно задает тебе вопрос, Хозяйка Горы или Мони?
— Потому что если ты теперь Хозяйка Горы, то у банды Роу-стрит может появиться сильная шахматная фигура на Востоке.
— Я не чья-то шахматная фигура, Эйнштейн.
— Но ты заняла позицию, которую я не могу игнорировать.
— Придется игнорировать, потому что мы семья.
— А если мы
— Ты хочешь, чтобы «Четыре Туза» делали что-то в интересах банды Роу-стрит? Это ты мне сейчас предлагаешь?
— А разве не так поступила бы семья?
— Я Хозяйка Горы Востока, а не Юга.
— Ты ведь даже не знаешь Восток, но ты знаешь Юг. Ты там выросла, наверняка ты считала его своим домом.
— Но Юг не дал мне власти. Более того, я вообще не знала, что вы управляете Югом, а вот Восток даже не колебался.
Он нахмурился.
— Значит, твоя преданность теперь Востоку?
— Когда речь идет о делах Синдиката «Алмаз», да. Но когда дело касается семьи, то я всегда буду за своих.
— Всех?
— Лэя, Бэнкса, моих сестер, тебя и всех остальных.
Он оторвался от книжной полки и подошел ко мне.
— Возможно, мне стоит выразиться яснее.
— Очень даже стоит.
Он остановился прямо передо мной.
— Я хочу получить от тебя пару одолжений. Одолжений от Хозяйки Горы.
— Эйнштейн, этого не будет.
— Всего два или три одолжения за твой первый год в роли Хозяйки Горы. Просто чтобы поднять банду Роу-стрит в иерархии Синдиката «Алмаз».
Я скрестила руки на груди.
— Ты просишь меня заставить Лэя делать поблажки, Эйнштейн.
— А ты просишь меня делать поблажки, не трогая Лэя.
Я покачала головой.
— Хуйня.
Он пристально посмотрел на меня.
— Ладно, давай так. Забудь про одолжения и послушай внимательно.
Он перестал улыбаться.
— Если ты снова подговоришь Марсело или Бэнкса устроить силовую выходку против Лэя без веской причины, то я приду за тобой, а не за ними.
На лице Эйнштейна не отразилось ни малейшей эмоции.
— Бэнкс сказал мне, что это Лео выбрал тебя для Лэя. Видимо, все было частью какой-то продуманной до мелочей схемы.
— Он действительно выбрал меня.
— Я всегда уважал то, как мыслит Лео. Он всегда на много шагов впереди. — С
— Какие планы?
Он взял с полки книгу.
— Нет смысла обсуждать это теперь, когда ты на Востоке.
— Почему?
— Потому что с твоим приходом Восток нам придется защищать.
Я моргнула.
— Вы что, собирались начать войну с Востоком?