Кения Райт – Сладкое господство (страница 122)
Все его тело было натянуто, как пружина, готовая разжаться. Каждая мышца в нем дрожала от ярости, но под этим я видела, как работает его голова, как он просчитывает, что делать дальше.
Он был в ярости, да, но тупым Лэй точно не был.
Возможно, на всей территории нас было больше, внизу «Четыре Туза» и банда Роу-стрит.
Но здесь, наверху, люди Лео явно держали преимущество.
Монахи в синих одеждах, их было, может, с дюжину, стояли молча и следили за нами.
И пусть их оружие теперь снова висело в кобурах, я прекрасно понимала, что они и без стволов могли бы размазать меня по стенке.
Никогда больше я не хочу оказаться в такой ситуации, особенно теперь, когда мои сестры здесь, на Востоке.
Мы шли в сторону новой спальни Тин-Тин, проходя мимо монахов, и в их глазах не было ни капли страха.
Ни секунды колебаний.
Они просто ждали следующего приказа, и этот приказ мог отдать только один человек.
Лео.
Я чувствовала, как рядом со мной бурлит ярость Лэя, готовая вырваться наружу в любой момент.
Лэй держал себя в руках из последних сил, и для того чтобы все вышло из-под контроля, хватило бы одного неверного движения, одного не того слова.
Мы приближались все ближе и ближе.
Джо выбрала комнату прямо рядом с библиотекой из-за того, что из окна было видно уголок сада, где мама сделала то самое фото.
Хлоя выбрала комнату дальше по коридору, на противоположной стороне, потому что там была самая большая ванная, с огромной джакузи, большим туалетным столиком и крутым душем рядом.
Но Тин-Тин выбрала спальню в самом конце коридора, потому что только там помещался ее огромный стол для пазлов. В этой комнате была самая маленькая ванная, только душ, раковина и унитаз, зато на потолке были нарисованы потрясающие золотые и синие драконы.
Снова раздался невинный, звонкий смех Тин-Тин.
И именно этот звук, как маяк в полной неизвестности, не давал мне сорваться, заставляя двигаться вперед спокойно и уверенно.
Лэй наклонился ко мне и заговорил вполголоса:
— Сделаешь для меня одолжение?
— Ладно.
— Только не смотри на потолок.
Я плотно сжала губы.
Почему он вообще так сказал?
Я вообще не собиралась смотреть вверх, честное слово, но теперь… теперь все, чего мне хотелось, это поднять взгляд.
Что там, блять, наверху? Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо.
Я изо всех сил старалась не смотреть.
Честно старалась.
Каждой клеткой тела я чувствовала, что мне нужно держать глаза прямо перед собой, цепляться за смех Тин-Тин, за единственную вещь, которая сейчас казалась настоящей.
Но любопытство, или, может быть, страх, начали точить меня изнутри, и я все-таки подняла голову, раньше чем успела остановить себя.
И тогда я это увидела.
Дыхание перехватило, и я споткнулась, едва не потеряв равновесие.
Тела.
Мертвые люди.
Прибитые.
Подвешенные, как жуткие марионетки, болтающиеся под самым потолком.
Я прижала ладонь ко рту, пытаясь сдержать рвоту, которая подступила к горлу.
Эта картина была настоящим шедевром жестокости и безумия.
Там наверху висело семь мертвых тел, распятых, растянутых и прибитых к деревянным балкам.
У некоторых веревки были туго обмотаны вокруг торсов, фиксируя их в одном положении.
Кровь медленно стекала из ран, оставляя темные потеки на потолке, капая мелкими каплями прямо на пол под ними.
Веревки впивались им в кожу, на некоторых местах так туго, что руки и ноги казались вывернутыми, перекрученными, будто последние минуты жизни они провели в жуткой агонии.
Меня замутило.
И это были не просто случайные люди. Это были те, кого тетушка Сьюзи поставила следить за Тин-Тин.
Я узнала некоторые лица, хоть сейчас они уже были бледными, измазанными кровью, с широко раскрытыми пустыми глазами.
И это не было метафорой.
Лео вырвал у них глаза из орбит.
Меня охватил озноб.
— З-зачем?..
— Он повесил их там, чтобы Тин-Тин их не увидела.
— Он мог... мог просто положить их в... в комнате.
— Твои сестры могли бы подняться и зайти в эту комнату.
Это все равно было безумием, но у меня просто не осталось слов. Лэй знал своего отца, и он говорил все это так спокойно, потому что был привычен к тому ужасу, который мог устроить Лео.
Я сжала его руку крепче, вцепилась в него так, будто от этого зависела моя жизнь.
И, может быть, так оно и было.
Потому что прямо сейчас, в этом доме, окруженные монстрами в монашеских одеждах, все ощущалось так, будто мы стояли на краю пропасти, и одного неверного шага было бы достаточно, чтобы оказаться там же, где висят эти мертвые люди над нашими головами.