Кения Райт – Прекрасная месть (страница 44)

Телефон снова завибрировал.

Лэй посмотрел на экран:

— Кто это?

— Моя сестра.

Звонок прекратился.

Через пару секунд пришло сообщение.

Я опустила взгляд и прочитала его.

Джо: Девочка, тетка Бетти уплыла в круиз с каким-то молоденьким бойфрендом. Настоящая пантера!

Когда я печатала ответ, на моем лице появился намек на улыбку.

Я: Ты взяла ключ из-под горшка и сама зашла?

Джо: Не пришлось. Бэнкс был дома.

Я с облегчением выдохнула.

Сразу посыпались новые сообщения:

Джо: Теперь Бэнкс готовит свои отвратительные макароны с сыром и тунцом.

Джо: Хлоя уговаривает его сделать курицу.

Джо: Но он сказал, что не может, у него сегодня охрана какой-то девицы.

Я набрала:

Я: Как там Тин-Тин?

Джо: Она в восторге, что так близко к Озеру Грез.

Джо: Думает, что на этой неделе мы будем искать сокровища.

Я чуть приподнялась духом, представив себе, как светятся ее глаза от надежды. Тин-Тин всегда была тем самым огоньком в самую темную пору.

Вздохнув, я набрала:

Я: Скажи Тин-Тин, что я лично отвезу ее к Озеру Грез, когда приеду.

Джо: А когда ты приедешь? Что там с Датчем и Сноу?

Перед глазами вспыхнуло воспоминание — их мертвые тела.

Я сглотнула тревогу и написала:

Я: Все решено. Все нормально. Не переживайте.

Джо: Тогда, может, нам уже возвращаться домой?

Одна только мысль… Вернуться в ту квартиру… С выбитой дверью после Сноу и Датча. С фотографиями родителей, улыбающихся со всех стен… Она разбила меня.

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы взять себя в руки, прежде чем я смогла напечатать:

Я: Нет.

Я уставилась на телефон, не зная, что еще можно ей сказать. Наверняка Джо сейчас в полном ахуе от моих сообщений.

Мне нужно держаться ради сестер. С какой стати я вообще подумала, что можно просто прыгнуть с балкона и все этим закончить?

Я отправила последнее сообщение:

Я: Утром поговорим. Люблю тебя.

Я убрала телефон. Он завибрировал несколько раз, но я не хотела смотреть. Джо захочет услышать ответы, а у меня их нет.

Я никогда не считала себя склонной к суициду… Но тогда, на балконе, я реально попыталась обогнать смерть.

Кто-то бы потом подошел к моему телу — разбитому, мертвому, растекшемуся по асфальту. Я бы оставила в головах людей такую рану, что она не зажила бы никогда.

Я чувствовала себя безумной. Слабой. Виноватой. И такой, блядь, грустной.

Этого больше не повторится.

Хоть боль и была невыносимой, я знала, что как-нибудь, но выкарабкаюсь. К тому же… все должно измениться.

Я не вернусь в ту квартиру. Ни за что. Не могу на все это даже смотреть. И уж тем более не пойду обратно в этот чертов стрип-клуб, натягивать уродский парик, карабкаться на каблуках и подносить дрочерам выпивку.

И с подработкой на птицефабрике тоже покончено. Больше никаких переломанных костей на бесконечном конвейере.

Боже, ты вообще существуешь? Поможешь мне выбраться из этого дерьма?

Тишину в машине нарушил хриплый голос Лэя:

— Деньги в чемодане — твои. Они сейчас у моих людей. Сегодня вечером тебе их доставят.

Может, Бог и правда есть.

Я выдохнула, сбрасывая ком в груди:

— Спасибо.

— Не мне, — Лэй потер виски. — Это от моего отца.

Я моргнула, услышав имя Лео:

— Он…

Лэй приподнял брови.

— Это правда, что твой отец устроил весь тот ад в пентхаусе?

— Большую часть да. Но, возможно, дядя Сонг повесил их на люстры.

Я моргнула:

— Почему ты так думаешь?

— Это его фишка. Когда-то давно, в Шанхае, он нашел их мать… после того как она повесилась. Тогда он был подростком. С тех пор почти не разговаривает. Может молчать месяцами, не произнеся ни слова.

Что? А сегодня он болтал без умолку.

Лэй продолжил:

— Когда он или мой отец убивают, они всегда подвешивают тела.

Я уцепилась за его слова, как за спасательный круг, лишь бы не думать о собственной реальности:

— А Сонг тебе кто?

Лэй кивнул:

— Он мой дядя. И отец Чена и Дака.