Кения Райт – Прекрасная месть (страница 42)
— Что ты сейчас сказала?
— С… Супермен умеет летать. А Человек-паук — нет…
— Ты сейчас пытаешься пошутить, да?!
— Нет. Я просто… — Глаза у нее увлажнились. — Я не могу пойти с тобой, Лэй. Мне надо заботиться о сестрах.
— Я слышал, что ты сказала Даку, перед тем как сбежала. Не волнуйся. Я распоряжусь, чтобы мои люди в Парадайзе передали деньги твоим сестрам на Юг. Позже дашь адрес.
На ее лице отразилось недоумение:
— Как ты вообще слышал, что я говорила на балконе?
— Неважно.
— Но я все равно не могу остаться с тобой надолго. Мне нужно заботиться о сестрах.
— А кто сейчас с ними?
— Тетя Бетти и мой кузен Бэнкс. Но это временно.
Надеюсь, Чен этого не услышал. Он бы сорвался к черту. Когда мы украли тело Шанель, Чен настоял, чтобы мы надели зеленое — якобы это собьет «Воронов Убийц» с ее следа. Хотя бы на время. Пока я не пойму, нахрен мне вообще было нужно это тело.
На следующий день ее сестра, Кашмир, ворвалась в квартиру главы банды с Роу-стрит — Марсело, и наставила ему пушку в лоб. Марсело долго это будет помнить. До тех пор отношения Востока с Югом и Запада с Югом останутся, мягко говоря, напряженными.
Голова гудела. Я потер виски свободной рукой.
— Ты останешься со мной, пока я не убью своего отца.
Она застыла:
— Что?..
— Осталось недолго.
Моник посмотрела на залитый кровью ковер, потом на наручники:
— Я все это время буду прикована к тебе?
— Зависит от обстоятельств..
— От чего? — Она подняла взгляд.
— Ты закончила с попытками себя убить?
Она кивнула:
— Это был… темный момент. Я просто сорвалась на балконе. Просто хотела сдаться. Просто…
— А теперь?
— Теперь… вроде нормально.
— Посмотрим. — Я дернул ее за собой.
Глава 10
Мы спустились на лифте вниз.
Из-за наручников Лэй стоял вплотную ко мне.
Позади — Чен, Дак и еще несколько мужчин.
Должно быть, я выглядела как зомби. Мой рот был приоткрыт. У меня не было сил закрыть его. Мои веки медленно опустились. Я сутулилась, с разбитым сердцем весом в две тонны.
Что я скажу Джо, Хлое и Тин-Тин?
Я обвела взглядом пространство. И подумала, как сильно изменилась с того момента, как зашла в этот лифт.
Тогда я была той, прежней Мони. Теперь — другая. Сломанная. Раздавленная. Вся в крови.
Чен заговорил:
— Надо отвезти ее к родственникам, если такие есть в Глори.
Голос Лэя зазвучал с жесткими нотками:
— Отвезем. Когда она оклемается.
Эмоции накрыли меня с головой, все внутри будто онемело. Я стояла, будто охваченная туманом. Мои мысли блуждали между обрывками прошлых воспоминаний о моем отце. Перед глазами всплывали смутные, уже выцветшие моменты, о том как он заставлял меня улыбаться. Как мы вместе хохотали. Как плакали. Как я тогда была уверена, что без его любви, без его объятий, без уверенности, что он меня любит, я просто не смогу жить.
Чен прошептал:
— Лэй, ей нужно будет
Лэй зарычал:
— Значит, пусть будет так.
— Как твой заместитель, я обязан объяснить, что это займет у нее
Лэй снова зарычал:
— Думаешь, я этого не понимаю?
— Думаю, ты не до конца осознаешь, что это значит.
В разговор встрял Дак:
— Я бы не возражал, если бы она была прикована ко мне. Я возьму ответственность. Это я облажался. Я опозорил тебя, Главный.
Лэй сжал зубы:
— Заткнись, Дак.
В моей голове снова и снова прокручивался последний раз, когда я видела отца — день маминых похорон, когда я сказала ему, чтобы он больше никогда не появлялся в нашей жизни.
Но теперь... все, что я чувствую, — это вина, разъедающая душу, будто тьма затопила меня изнутри.
Горло сдавило, как будто меня душили. Что-то тяжелое навалилось на грудь, и стало трудно дышать.