Кения Райт – Прекрасная месть (страница 23)

Я была голодна, так что тоже взяла одну.

Ладно, Боже. Пожалуйста, пусть в этом не будет ничего безумного.

Я откусила. Мягкое, солоноватое тесто, а внутри — сочная начинка из тянущейся свинины в пикантном соусе. Я застонала не хуже Лео.

Монахи усмехнулись.

Мне было плевать, я слизала сок, стекавший по пальцу, и снова вгрызлась в булочку:

— Это... просто невероятно.

Две женщины в белом поклонились мне.

Я кивнула в ответ.

Потом они исчезли.

Знаешь что? Пожалуй, хватит с меня ненавидеть азиатов. Лучше я оставлю всю эту злость на отца. Азиаты мне ничего плохого не делали.

Лео указал на другую корзину:

— Эти булочки с овощной начинкой.

Внутренний двор пересек высокий мужчина с длинным деревянным подносом. Он аккуратно поставил его на стол.

— О да. Это настоящий деликатес, — Лео потер руки. — Утка по-пекински, запеченная до хруста на древесине зизифуса.

— На чем?

Лео взял палочки — розовые с золотыми узорами:

— Утку нужно жарить не меньше шестидесяти пяти минут на древесине зизифуса, которому не меньше сорока лет.

— Почему?

— Эта древесина придает утке особенно хрустящую корочку. Моя жена прекрасно это понимала, — он ловко подхватил палочками ломтик утки. — Но зизифус важен не только тем, как влияет на вкус.

Я взяла в руки свои розово-золотые палочки и внимательно их рассмотрела. Никогда не видела таких красивых. Постаралась повторить, как Лео держал их пальцами.

Он взял еще кусочек утки:

— Историки и археологи выяснили, что терновый венец Иисуса был сделан из ветвей дерева зизифуса.

— Я этого не знала.

— Кресты моих людей сделаны из древесины зизифуса, — Лео кивнул в сторону монахов. — Четки тоже вырезаны из этого древнего дерева.

— Это очень интересно, — ответила я. Почувствовав себя немного увереннее, я потянулась палочками за кусочком. Он выскользнул и снова упал на поднос. Я подцепила его еще раз, но, когда почти поднесла ко рту, он плюхнулся на стол.

Из тени вышла женщина.

Откуда она взялась?

Она быстро подняла мясо, вытерла его тканью и положила рядом со мной вилку. Меня накрыла волна смущения. Я никогда раньше не пользовалась палочками, но была уверена — с небольшой практикой я точно справлюсь.

Лео отложил палочки и уставился на меня. Его лицо стало серьезным, почти жестким.

Монахи тоже внимательно меня разглядывали.

Что вообще происходит?

Я снова сосредоточилась на этой восхитительной утке. Решила, что пока не буду сдаваться и брать вилку. Снова потянулась палочками, аккуратно подцепила кусочек. Когда почувствовала, что держу его уверенно, без труда отправила в рот.

Лео слегка улыбнулся:

— Вот так. Мы не сдаемся. И не выбираем легкий путь.

Утка оказалась идеальной. Хрустящая корочка, сочная, насыщенная — вкус буквально взрывался на языке.

Опасно вкусно. Я б к такому смогла бы быстро привыкнуть.

Лео вернулся к булочкам со свининой:

— А ты вообще любишь утку?

— Ела всего один раз, — я взяла еще кусочек. — Мама готовила на День благодарения. Было нормально, но без восторгов. По-моему, даже суховато вышло.

— А эта как тебе?

— Похоже, буду охотиться у озера в Лесу Серенити, — усмехнулась я и потянулась за уткой.

Две женщины вернулись, неся еще деревянные подносы, и расставили их на столе.

Лео посмотрел на новую еду:

— Я попросил шефа Яу приготовить все мои любимые блюда. Сегодня праздник.

— Что вы празднуете?

Его взгляд потемнел.

— Свою смерть.

— Мне очень жаль, — я опустила палочки. — Вы… больны?

— Кто-то сказал бы — да.

— Как давно вы об этом знаете?

— С тех пор, как умерла моя жена, — ответил он и перевел взгляд на зелено-красных птиц, порхающих у дерева.

Я тоже посмотрела вверх, на самой верхней ветке сидели два ворона.

Наверное, залетели откуда-то снаружи.

Лео тоже перевел взгляд на ворон:

— Смерть уже близко. И когда она придет — пощады не будет.

Я положила руки на колени:

— Мне правда жаль.

— Все в порядке. Я давно это принял. И я этого заслуживаю, — он отодвинул корзину с горячими булочками и освободил место для новых блюд. — Попробуй этот рис.

Я уставилась на тарелку: смесь белого, синего, красного и фиолетового.

Хм… даже не знаю.

— Его красят лепестками горных цветов, — объяснил Лео, взял деревянную ложку, набрал немного и аккуратно положил на мою тарелку. — Вкус не цветочный. Окраска — только ради красоты.

Я вдохнула аромат пара:

— Пахнет так, будто у меня на тарелке вареные цветы.

— Вот почему я его люблю. Когда ешь, аромат так же важен, как и вкус.

Я попробовала.