Кения Райт – Прекрасная месть (страница 22)

— И сейчас таким остался.

— Наверное, да, — усмехнулся он. — Мы с женой работали на двух, а то и трех работах. Все, чтобы оплатить счета.

Я кивнула:

— Мне это знакомо.

— Потом она забеременела… и вся моя жизнь превратилась в один сплошной страх. Мне было по-настоящему страшно.

— Знакомо.

— Работы были полным дерьмом. Еле-еле хватало на еду. Иногда приходилось охотиться.

— В Лес Серенити ходил?

— Да, — усмехнулся он. — Лис там было полно, и оленей.

— Мне олени ни разу не попадались, зато кроликов и птиц — сколько угодно.

— А белка?

— Белку оставляю на случай совсем безысходной жопы.

— Понимаю.

Почувствовав, что напряжение немного спало, я наконец сделала глоток чая.

Лео засиял:

— Мы с женой вырастили здесь двух малышей — девочку и мальчика.

Меня все больше затягивал его рассказ, и я снова пригубила чай. Горячая жидкость чуть обожгла язык, но вкус был сладким. Я довольно выдохнула и отпила еще.

Я и забыла, как хочу пить и есть. Все утро я носилась, бегала, взлетала по лестницам, кричала, звала отца… Даже не остановилась, чтобы хоть немного перекусить или просто перевести дух.

Лео заговорил:

— Каждый вечер я возвращался домой — в грязь, с тараканами, мышами, которые бегали под кроваткой моего ребенка… — Он посмотрел на меня с грустной улыбкой. — Все, что я мог тогда делать, — это держаться за одну цель: выбраться оттуда.

— Я знаю, каково это.

— Я вижу этот огонь в тебе. Жажду выжить, — он поднял чашку и легко чокнулся с моей. — За выживание.

— За выживание.

Мы одновременно отпили чай.

— Вкусно, — сказала я, сделала еще глоток и поставила чашку на стол.

Звуки сада постепенно отпускали меня — щебет птиц, шелест веток на ветру, мягкое журчание воды, стекающей по стенам. Все это словно укачивало, успокаивало нервы.

— Почему твой отец украл деньги? — Лео сделал еще глоток чая. — Это была та же самая отчаянная попытка выжить, что и у нас?

Я покачала головой:

— Я не знаю, зачем он это сделал. Проснулась утром — в квартиру вломились двое: Датч и Сноу. Требовали вернуть деньги, которые, по их словам, украл мой отец.

— Хмм, — Лео обхватил чашку двумя руками и откинулся на спинку стула. — Расскажи подробнее.

— У меня три сестры — двадцать, семнадцать и одиннадцать лет. Я о них забочусь...

— Одна? — на его лице мелькнуло искреннее удивление.

— Да.

— Почему?

— Мама умерла от рака. А отец... он просто исчез.

Лео нахмурился и допил чай.

— Как я уже сказала, сумма — семьдесят пять тысяч долларов. Разумеется, у меня таких денег нет. Тогда Датч и Сноу заявили, что мои сестры и я должны будем отрабатывать этот долг… проституцией.

Лео с грохотом поставил пустую чашку на стол.

Я вздрогнула.

Он сцепил пальцы, и я подумала, что он сейчас что-то спросит, но вместо этого взглянул на Сонга:

— Датч? Сноу? Кто это такие?

Сонг пожал плечами:

— Сыновья Кенни.

— Того самого Кенни? Из прежних времен?

— Да. Наш старый начальник. Его парни выросли — теперь мелкие бандиты.

Ты считаешь их мелкими? Тогда кто же эти ребята?..

— Любопытно, — сказал Лео, снова переведя взгляд на меня. — Ты боишься этих людей?

— Да.

— Тогда я рад, что Бог привел тебя ко мне, — он поднял чайник и снова наполнил чашки. — Я знаю, как все решить.

— Правда?

— Абсолютно.

Две новые женщины в белом внесли круглые деревянные корзины с плоскими крышками. Бока были плетеные, красиво, с узором. Они поставили корзины на стол и сняли крышки — в воздух поднялся теплый, пряный пар.

У меня заурчало в животе.

Я заглянула внутрь. В корзинах лежали розовые булочки, сформованные в виде маленьких поросят. Вместо глаз — два кунжутных зернышка. Из теста аккуратно вылеплены пятачки и ушки.

Так… мы это едим или как?

Я посмотрела на Лео.

Он сложил руки в молитве.

Я, следуя примеру этого странного, но харизматичного человека, тоже сложила ладони и закрыла глаза. Лео не произнес ни слова, что означало — молитва была про себя.

Ну, значит, я тоже сказала свою.

Боже милосердный. Я не понимаю, к чему ты ведешь меня. Не знаю, что должна делать. Я проснулась посреди хаоса. Все в жизни пошло кувырком, и я прошу лишь об одном — о помощи. О том, чтобы ты показал путь. Пожалуйста.

Я открыла глаза.

Улыбаясь, Лео засунул руки в одну из корзин и вытащил маленького поросенка.

— Ты любишь булочки, приготовленные на пару?

— Никогда не пробовала.

— О, с сегодняшнего дня ты должна. Их можно есть в любое время суток, но завтрак — мое любимое. — Он откусил кусок, застонал от удовольствия и пробормотал с набитым ртом: — Восхитительно.