Кай Вэрди – Колдун 3 (страница 43)

— Мам, мамочка, здравствуй! — раздался в трубке Мишкин голос. — Как вы там?

— Ох, Мишенька! Здравствуй, сыночек, — обрадовалась Наталья Петровна. — Да ничего, Бог миловал. Ты там как?

— Нормально, мамуль, не переживай. Работаю, — коротко ответил сын. — Как сама? Все у тебя есть? Может, нужно чего? Как отец? Не болеет? На пенсию так и не собрался? — засыпал он мать вопросами.

— Я хорошо, все у меня есть, ничего не надо, сынок. Отец служит, сейчас в части пока. Тоже хорошо все, не болеет, слава Богу. А на пенсию… Да разве ж его выгонишь? — погрустнела мать. — А может, Мишенька, оно и к лучшему. Занят он. Нужным себя чувствует. Так что пока силы есть — пускай. И ты не ворчи на него за это, Мишенька. Пусть. Счастлив он с солдатиками своими. Молодым себя чувствует. Нужно ему это… А чегой-то ты посередь дня-то звонишь? Завсегда ж вечером звонил…

— Да просто… Соскучился, мам. Услышать тебя захотел. Хоть поговорим немножко, а то отец вечно трубку у тебя отбирает, — в голосе сына послышались нежность и улыбка. — Мамочка, ты хоть скажи, может, купить тебе чего надо? Денег посылать боюсь — опять отец обратно перешлет, еще и ругаться станет. Так хоть сама скажи, чего тебе хочется? Я, может, через месяц-два домой приеду, чего вам с отцом привезти?

— Жену свою привези, — вспомнив недавние размышления, попросила вдруг Наталья Петровна. — Пора уж, Мишенька… Не дело всю жизнь бобылем ходить. Да и деток ты когда рожать думаешь? А их же еще вырастить нужно. Года-то летят… Да и нам с отцом с внучатками понянчиться хочется…

— Двоих вам мало? — рассмеялся Мишка. — Не весь дом еще разнесли?

— Мало, сынок, мало! То Иринкины детки, а нам с отцом и ваших с Андрейкой понянькать охота! — не сдавалась Наталья Петровна. — А вы, два оболтуса…

— Мамочка, не ругайся! Понянчитесь еще, — в голосе сына явственно звучала улыбка. — Как привезем мы с Андрейкой вам десяток, за голову хвататься будете!

— Не схватимся, не волнуйся, справимся! — разулыбалась и мать. — Вы только привезите!

— Как там Сашка с Машкой, кстати? И Иринка? Андрейка всё летает? — сменил скользкую тему Мишка. — Да, у Сашки же день рождения сегодня! А я и позабыл совсем… Хорош дядька! — расстроился Мишка.

— Андрейка летает… И к нам залетает регулярно, — начала рассказывать Наталья Петровна. — Как рейс сюда, так обязательно хоть на часок заскочит. Иринка хорошо, с Сережей у них все ладится, его вот недавно заведующим хирургическим отделением поставили, а Ирочка в машбюро все так же, нравится ей. У Сашеньки да, сегодня день рождения, Иринка с Машуней ему подарок там особенный какой-то готовят. Мы с отцом тоже поедем, вот гостинцев наготовили. Отец в шесть за мной заедет и свезет к ребятам. Ты не переживай, сыночек, я скажу Сашеньке, что ты звонил, поздравлял его, — поторопилась успокоить его мать.

— Спасибо, мам! Да я сейчас и сам позвоню. Иринкин номер у меня есть, а Сашка уже наверняка со школы вернулся, — отозвался Мишка. — А подарок привезу ему, как приеду. Ладно, мам, мне пора уже. Ты извини, что так мало поговорили с тобой, но мне бежать нужно. Я скоро приеду. Не скучайте!

— Ты береги себя, Мишенька! Одевайся теплее, холодно уже! А то я тебя знаю — будешь ходить в летних туфлях до самого снега, — как ни старалась Наталья Петровна скрыть беспокойство и тоску, все равно те прорвались в голос, проклятые! Соскучилась она уже по Мишеньке… Да давит сердце уж сколько дней тревога непонятная…

— Конечно, мам! Вы тоже с отцом берегите себя! Ребятам там привет от меня передавай, а отцу особенно! — поторопился закончить разговор Мишка. — До встречи, мам! Я скоро приеду, не скучай!

Едва Наталья Петровна отошла от телефона, как тот зазвонил снова.

— Мам, ты Машку из садика не забирала? — с ходу поинтересовалась дочь, услышав в трубке голос матери.

— Нет… — растерялась Наталья Петровна. — Я из дому еще и не выходила… Мы к вам вечером с отцом собирались.

— А отец ее забирать не собирался, не знаешь? — в голосе Иринки проскочили встревоженные нотки.

— Да нет… — еще больше растерялась мать. — Зачем ему? Мы все равно к вам вечером едем… Чего девчонку-то тягать туда-сюда?

— А Андрейка не заезжал? — помолчав, спросила Ира.

— Нет, дочь, ты что? Он же вот неделю назад говорил, что у него долгий полет будет, аж в Петропавловск-Камчатский полетит… Думаешь, уже вернулся? — спросила мать, чувствуя, как в душе вновь поднимается тревога. — А ты чего это? Случилось что ль чего? Или Машеньку забрать надо? Так я сейчас быстренько соберусь!

— Да нет, мам, все нормально, я сама, не переживай. Вы с папой лучше вечером обязательно приезжайте! — как-то отстранённо прозвучал в трубке голос Ирины. — Вас Сашка очень ждет. А Маша вообще до потолка прыгать будет! Мам, вечером увидимся, хорошо? А то я с телеграфа, тут очередь.

Повесив трубку, Ирина задумалась. В душе поднималась тревога. Она была почти уверена, что Машку забрала мать или Андрейка… Так, спокойно. Кто мог забрать дочь? Андрей с мамой отпадают. Остаются Сережа, свекровь, отец и Сашка. Сереже, отцу и Сашке можно позвонить… Снова вернувшись к таксофону, Ирина начала набирать номера.

Муж был на операции, но в отделении ей сказали, что Машу он не приводил, вообще из отделения не отлучался, только в операционную. Отец внучку тоже не забирал. Счастливый сын рассказал, что звонил дядя Миша, поздравил его с днем рождения, обещал привезти подарок, как приедет. И нет, за Машкой он не бегал, мама же сама ее забирает, да и зачем ему?

С каждым звонком Ирина нервничала все больше. Куда могла деться дочь? С кем она ушла? Оставалась свекровь. У нее телефона не было, ей не позвонить. Придется бежать на другой конец города. Подхватив сумки, Ирина помчалась к свекрови.

У той Маши тоже не оказалось. Кое-как успокоив встревоженную женщину, Ирина выскочила из подъезда. Замерев на перекрестке, она пыталась сообразить, куда ей бежать, где искать дочь. Выстроив в голове список тех, кого Маша знала и любила, Ирина помчалась по домам.

Спустя три часа запыхавшаяся и отчаявшаяся женщина снова звонила мужу.

— Батурин, — раздалось краткое в трубке.

— Сереж… Сереж, ты Машу из садика не забирал? — сквозь слезы прокричала Ирина.

— Нет. А что случилось? — в голосе мужа сквозило недоумение.

— Маша пропала… Ее кто-то забрал из сада, — разрыдалась в голос Ирина.

— Подожди… Ира, прекрати истерику! Может, кто-то из бабушек забрал? — в голосе мужа появилась тревога.

— Нет ее нигде! Я весь день ее ищу, — рыдала Ира. — Ее никто не видел! Ни у знакомых, ни у кого из ее подружек ее тоже нет. Сережа… Где наша девочка?

— Так… Так… Подожди… А дома? Может, ее Сашка забрал? — в голосе мужа проскользнула тревога.

— Нету ее дома! — выкрикнула Ира в трубку. — Ты меня не слышишь? Она пропала!

— Ира… Ирочка, подожди… не плачь… — голос мужа стал растерянным. — Ну куда она могла деться? Где-то заигралась… Проголодается и придет домой…

— Да где заигралась? Сережа, ты что несешь? У нас дочь пропала! — закричала Ира в истерике.

— А ты в саду спрашивала? Может, кто знает, куда она ушла? — цеплялся за соломинку Сергей.

— Она сказала воспитательнице до свидания и ушла! — сквозь рыдания выдавила Ирина.

— А воспитательница видела, с кем? Кто ее забрал? — расспрашивал муж.

— Нет!

— А дети? — спросил Сергей.

— Дети? — Ирина замерла, судорожно соображая.

— Да, дети. В саду. У них ты спрашивала? Они же вместе играли, и кто-то наверняка что-то знает, — торопливо заговорил Сергей.

— Я в сад, — резко проговорила Ирина, мигом прекращая рыдать.

— И жди меня там. Я сейчас кого-нибудь попрошу отдежурить вместо меня, и приеду. Жди меня в саду, слышишь, Ира? — резким, приказным тоном сказал Сергей. Так он разговаривал только в критические моменты, когда было важно, чтобы все беспрекословно слушались.

— Слышу. Все, я жду тебя в саду, — Ирина, бросив трубку и не попав на рычаги, развернулась и бросилась бежать к садику. Трубка так и осталась висеть на проводе, издавая жалобные короткие гудки.

У воспитательницы брови полезли на лоб, когда встрепанная, в распахнутом пальто, с выбившимися из прически разлохмаченными волосами заплаканная мама Маши Батуриной влетела на территорию площадки, где они гуляли с детьми, и, рухнув на колени перед Катюшкой, ухватила ту за руки, что-то у нее спрашивая. Оставив ведерко с собранными в него детьми шишками для поделок, она встала и поспешила к женщине.

— Вспомни, пожалуйста! Ну постарайся! — слегка встряхивая испуганную девочку, сквозь слезы твердила Ирина Павловна.

— Здравствуйте, — подошла к ней воспитательница. Во время дневного сна они менялись, и Мария Петровна ей что-то говорила, что Машу кто-то забрал, а потом вроде за ней приходила мама. Но сказала как-то вскользь, вот Надежда Степановна и не придала значения. Ну не предупредили родственники маму, забрали ребенка. Бывает. Разберутся. Но сейчас, глядя на всегда такую спокойную, уравновешенную женщину и видя ее буквально в истерике, она вмиг вспомнила историю с Машей. — Ирина Павловна, что-то случилось? — спросила она у женщины.

— Маша пропала, — всхлипнула та, выпуская девочку и, усевшись на свои ноги, закрыла лицо руками и разрыдалась. Катюшка поспешно отошла от Ирины Павловны и испуганно прижалась к воспитательнице.