Катя Мечтательная – Сердце Дикой Луны (страница 5)

– Под городом. Есть катакомбы, старые туннели. Там их святилище. Но попасть туда сложно. Входы охраняются.

– Я найду способ.

Встаю, отряхиваю колени. Эйра тоже поднимается.

– Ты безумна, Китса. Но, может, именно поэтому у тебя есть шанс.

– Шанс на что?

– На то, чтобы изменить всё.

Она уходит, растворяется в толпе. Я остаюсь у статуи, смотрю на свою кровь в чаше. Она медленно растворяется в серебряной воде, исчезает.

Жертвы Луне. Древний обряд. Убийство ночных.

Это больше, чем просто Выбор. Это война. Война, которую мы проигрываем, даже не осознавая этого.

Но теперь я знаю. И если они хотят крови, то получат её. Только не нашу.

Разворачиваюсь и иду обратно в барак. Нужно готовиться. Нужно становиться сильнее. Потому что впереди не просто бои на арене.

Впереди битва за выживание. И я не собираюсь проигрывать.

Глава 3. Испытание камня

Первое испытание начинается на рассвете.

Нас выводят из барака до восхода солнца, когда город ещё спит, а улицы пусты и холодны. Стража молчит, только звон их доспехов нарушает тишину. Я иду в середине группы, считаю. Двадцать три участника. Все ночные или полукровки. Ни одного чистокровного человека среди нас.

Конечно. Людям не нужно доказывать своё право на существование.

Нас ведут к центру города, мимо белых башен, мимо спящих особняков. Здесь пахнет иначе, чище, без запаха пота и страха. Здесь живут те, кто правит, кто решает судьбы.

Останавливаемся у массивных каменных ворот, вросших в землю. Над ними высечен символ луны, расколотой надвое. Вход в подземелья.

Командир стражи, тот самый, что едва не получил серебряный флакон в лицо в лесу, выходит вперёд. Его взгляд скользит по нам с нескрываемым презрением.

– Первое испытание Великого Выбора, – его голос звучит формально, как будто он зачитывает приговор. – Каменные подземелья. Вы войдёте парами. Внутри вас ждут ловушки, твари, порождённые магией, и лабиринт, из которого нет выхода без сотрудничества. Задача проста. Найти камень луны и вернуться живыми. Время ограничено. Восход солнца до заката. Кто не вернётся до темноты, останется там навсегда.

Он делает паузу, и в этой паузе слышу, как кто-то за моей спиной сглатывает.

– Пары будут сформированы жребием. Никаких возражений. Никаких замен.

Из мешка достают костяные жетоны с символами. Каждому участнику по одному. Я получаю свой последней. На нём выжжена руна пантеры.

– Найдите того, у кого такой же символ, – командует страж. – У вас минута.

Хаос. Все начинают сравнивать жетоны, искать пару. Я стою и смотрю на свою руну. Пантера. Редкий знак. Не из тех, что раздают часто.

– Покажи.

Голос за спиной, низкий и резкий. Оборачиваюсь.

Передо мной стоит мужчина. Высокий, широкоплечий, в тёмной кожаной куртке, подпоясанной ремнями с ножами. Тёмные волосы небрежно откинуты назад, на скуле шрам, который тянется до виска. Глаза серые, холодные, как лёд после долгой зимы. В руке у него жетон с такой же руной пантеры.

Моя пара.

Мы смотрим друг на друга. Молчим. В воздухе между нами сгущается что-то тяжёлое, почти физическое. Он изучает меня с видом человека, который оценивает добычу перед убийством. Я держу взгляд, не отступаю.

– Ты, значит, эта кошка, – говорит он наконец. – Та самая последняя из королевских.

– А ты, значит, тот самый полукровка, – отвечаю я. – Который думает, что шрам делает его страшнее.

Его глаза сужаются. На мгновение я вижу вспышку ярости, но он гасит её так же быстро, как она появилась.

– Меня зовут Тарек. Постарайся не умереть слишком быстро. Не хочу таскать твой труп обратно.

– Китса. И не волнуйся, я не собираюсь давать тебе такой шанс.

Командир хлопает в ладоши, привлекая внимание.

– Время вышло. Пары сформированы. Входите. И помните, только один камень луны на пару. Если найдёте два, убьёте друг друга за право принести его. Или убьёте других. Выбор за вами.

Ворота открываются с глухим скрежетом. За ними темнота, влажный воздух, запах плесени и чего-то древнего. Пары начинают входить одна за другой. Тарек движется первым, не оглядываясь, будто уверен, что я последую.

Я иду за ним. Не потому что он ведёт, а потому что у меня нет выбора.

Темнота поглощает нас.

Первое, что чувствую, – холод. Он пробирается сквозь одежду, впивается в кожу. Второе – тишину. Здесь не слышно города, не слышно дыхания ветра. Только наши шаги по каменному полу и редкие капли воды где-то вдали.

Тарек достаёт из кармана маленький светящийся камень, бросает его вперёд. Он зависает в воздухе, освещая туннель бледным голубым светом. Магия. У него есть артефакты.

Я полагаюсь на зрение. Ночное зрение кошки острее любого света. Вижу стены, покрытые рунами, пол, изрезанный трещинами, потолок, с которого свисают сталактиты.

Идём молча. Туннель разветвляется, и Тарек останавливается, изучая развилку. Три пути. Левый уходит вниз, средний прямо, правый вверх.

– Куда? – спрашивает он, не оборачиваясь.

– А ты спрашиваешь моё мнение? – не могу удержаться от сарказма.

– Нет. Просто проверяю, есть ли у тебя хоть какие-то мозги, кроме инстинктов.

Ярость вспыхивает, но я глушу её. Не время. Изучаю развилку. Нюхаю воздух. Слева пахнет гнилью и смертью. Справа сухо и пусто. Прямо – ветер, лёгкий поток воздуха, значит, там проход дальше.

– Прямо, – говорю я. – Там движется воздух. Если есть воздух, есть выход или пространство.

Тарек смотрит на меня через плечо, и в его взгляде мелькает что-то похожее на удивление. Но он ничего не говорит, просто кивает и идёт вперёд.

Туннель расширяется, выводит в зал. Огромный, с высоким потолком, который теряется во тьме. Пол здесь ровный, отполированный до блеска. По стенам горят факелы, зажигаясь сами по себе, когда мы входим.

В центре зала стоит статуя. Каменный воин с мечом в руках, лицо скрыто под шлемом. Перед ним алтарь, на котором лежит что-то круглое, светящееся изнутри бледным светом.

– Камень луны, – говорит Тарек.

– Слишком просто, – отвечаю я.

– Думаешь, ловушка?

– Знаю, что ловушка.

Он усмехается.

– Ну и что предлагаешь, кошка? Сидеть здесь и ждать, пока другие заберут все камни?

– Предлагаю не быть идиотом и подумать.

Тарек разворачивается ко мне, делает шаг ближе. Он выше меня, шире, его присутствие давит, пытается заставить отступить. Но я не двигаюсь. Смотрю ему в глаза, вижу в них холодную ярость.

– Слушай меня внимательно, зверь. Я не пришёл сюда, чтобы нянчиться с тобой. Если ты боишься, иди назад. Я справлюсь один.

– Справишься? – я усмехаюсь. – И как ты собираешься обойти магическую ловушку? Силой воли?

– У меня есть способы.

– Тогда используй. Я посмотрю.

Он молчит. Челюсти сжаты так сильно, что желваки играют на скулах. Потом разворачивается и идёт к статуе. Я остаюсь на месте, наблюдаю.