Катрин Малниш – Доктор Ланской: Тайна кондитерской фабрики Елисеевых (1 часть) (страница 20)
Феликс демонстративно подался вперед и клацнул зубами, но тут же ойкнул, так как неудачно прикусил язык, и Эдгар, дернувшись назад, расхохотался в голос.
И вдруг Феликс, увидев на туалетной полке пузатый флакон с пульверизатором, схватил пузырек, принюхался и, услышав аромат дешевого мужского одеколона, поднес диффузор к Эдгару и прыснул ему прямо в рот парфюма со вкусом спирта и персика.
Цербех тут же закашлялся, сплевывая противные нотки одеколона в сторону, а Феликс, усмехнувшись, вдруг почувствовал зуд н правом запястье. Сразу приподняв рубашку, доктор увидел знакомую сыпь.
– Эд…
– Что… что ты… хочешь… тьфу, гадость какая…
– Смотри.
Феликс показал ему покрасневшую кожу и появившиеся прыщи.
И Эдгар, хоть и был зол, сразу подвел Феликса под свет люстры, вывернул ему запястье так, чтобы удобнее было вести осмотр, и тут же ужаснулся. Он дернулся в сторону так, словно Феликс был заражён чумой.
– Ты чего?
– Феликс… ты в курсе… что это?
– Рад бы узнать, если честно.
– Сними рубашку…
– Ты издеваешься?! Я только ее застегнул!
– Снимай, идиот!
Эдгар чуть ли не силком расстегнул на Феликсе жилетку, после чего они вместе сняли рубашку и, швырнув ее в корзину для белья, увидели, что предплечья, ключица и спина доктора уже покраснели, но новая порция прыщей еще не появилась.
– Черт, что это! – испугался Феликс, ощущая, как кожа горит, словно он долго был на солнце, и чешется, как при лишае.
– Аква тофана…
– Чего?!
– Ты не знаешь?! – изумился Эдгар.
– О чем?!
– Лезь в душ! Я расскажу. Быстро только! Быстро!
Феликс подумал, что Эдгар издевается, но нет. Чуть ли не силком Эдгар затолкал Феликса в чугунную ванну, позвал двух слуг с кипятком и приказал:
– Несите все травяные растворы от кожных инфекций! Живо!
Два молодых паренька тут же рванули прочь из покоев, а Эдгар, притащив из комнаты свой ридикюль и заперев дверь, стал копошиться в пузырьках и мазях, подбирая нужное. Феликс же, стоя под горячим душем и ощущая, как ему жжет лопатки и кисти рук, чуть прошипел:
– Что это за дрянь?!
– Не чеши, идиот! – Эдгар ударил Феликса по рукам. – Вытирайся и выходи. Будем спасать Лидию от участи поплакать на твоих похоронах.
– А ты можешь объяснить тупому врачу, с четырьмя высшими образованиями, чего ты так испугался?! А то у меня ощущение, что я готовлюсь для чего – то более уединенного…
Феликс завернулся в полотенца и тут же получил от Эдгара по голове еще одним, которое вампир успел схватить, скрутить и как следует взболтать мозги в черепной коробке Ланского.
– Ты же знаешь, что есть «Аква Тофана»?
– Разумеется. Погоди, а почему сыпь тогда на…
– Потому что это последствия уже модифицированного яда, – Эдгар смешал в небольшом тазике содержимое двух флаконов, после чего налил немного горячей воды из душа и, перемешав, смочил в получившемся растворе толстый ком ваты, обернутый бинтом. – Приготовься, будет жечь.
Феликс уселся на бортик ванной, после чего почувствовал весь спектр обещанных ощущений. Кожу прожгло так, словно он сначала посыпал ее содой, а затем добавил уксусом.
Но на шипение Феликса и его рефлекторные подергивания руками, Эдгар лишь зло цокнул и, вцепившись в запястья доктора, продолжал стирать яд с кожи.
– Откуда? – выдохнул Феликс, привыкнув через какое – то время к жжению.
– Рубаха, – сразу сказал Эдгар, – вот уж не думал, что его сиятельство так поступит. А ведь просто… до боли и глупости просто…
– Но ведь, насколько я помню, «Аква Тофана» – это смесь воды, диоксида мышьяка, свинцовых опилок, сурьмы и сока, извлечённого из ягод белладонны… Ай! Ай…
– Какая – то дура сказала другой, что «Аква Тофана» хорошо отбеливает рубахи, – пояснил Эдгар, и Феликс подавился собственным смехом. – Ты смеешься, а у меня каждую неделю в больнице какой – то бедолага валяется под капельницей. А всего – то женушка постирала рубаху до бела с этой заразой.
– Но это даже не отбеливатель…
– Объясни это домашним курицам, – зло сказал Эдгар, вновь обмакнув новый компресс в растворе и начав обрабатывать ключицу Феликса. – Что в газете уже журналисты писали об опасности «Аква Тофана», что консилиум собирали, чтобы запретить свободную продажу мышьяка – толку от битья головой больше будет! «А чем мышей травить!», – спародировал кого – то Эдгар. – Нечего крошки плодить, глядишь, и мыши с тараканами сбегут!
– А власти? Они не знают, что творят женщины?!
– Да знают они прекрасно, – удрученно протянул Эдгар. – А что сделают? Производство мышьяка и сурьмы сейчас очень мощное. Монополисты душат всех, в том числе и руки Парламенту выкручивают, как могут.
– Но как яд попал на рубашку, я все равно не пойму, – Феликс посмотрел на лежавшую в корзинке ткань. – Нужно узнать, когда ее постирали и самое главное – кто. Иначе могут быть новые жертвы. Погоди, – Феликс остановил Эдгара, когда тот уже собрался обработать шею раствором. – А что, если на одежде почившей Марины тоже была «Аква Тофана»?
– Ты хочешь сказать…
– Вдруг смерть девочки не связана с общей вспышкой?
– Прикрытие? – удивился Эдгар, сев рядом с Эдгаром на бортик ванной. – Но тогда получается, что искать надо априори тут, в доме Штильца.
– Верно. Но нужно как – то не скрыть факт, что мы узнали о яде.
– В целом, это можно устроить.
– Но как? Мои вещи…
– Встань.
– Чего?
– Какой у тебя рост, плюс – минус?
– Метр восемьдесят.
– У меня почти также, – Эдгар стянул свой жилет и начал расстегивать рубашку. – Оденешь мою. Хельга уж точно не будет травить собственного мужа. Да и некогда ей.
– Погоди, а ты…
– Вампиры не восприимчивы к этой заразе. Максимум – посижу в клозете пару дней.
– Эд! Нет, я не могу так…
– Сдохнуть лучше? – уточнил строго Эдгар, швырнув Феликсу стянутую рубашку. – Надевай. И пошли. А то скоро слухи поползут. Да и с Владимиром ссориться мне нет охоты.
Феликс, закусив губу и пообещав хоть чем – то отплатить Эдгару, надел его рубашку и, удивившись ее свободному крою и удобству, спокойно вновь оделся и помог Эдгару застегнуть манжеты на рукавах отравленной блузы.
– Не трясись, – вдруг сказал строго Эдгар. – Мне правда ничего не сделается.
– Если начнет накрывать, сразу говори, – предупредил Феликс.
– Фи, сами справимся. Первый раз, что ли? И не забывай, кто сдал полгода назад на токсиколога!
Феликс лишь закатил глаза и, выдохнув, вышел вместе с Эдгаром из ванной комнаты. Слуги так и не явились, что насторожило обоих докторов, но все – таки они рискнули и покинули покои, быстро пройдя длинный коридор и отыскав нужную лестницу, ведущую в холл особняка.
Владимир их уже ждал, но Эдгар и Феликс удивились, что заместитель пи князе Разуминине, чиновник в высшем ранге, полковник во время Седьмой войны, позволил себе фривольно расположиться на диване с бокалом вина и блюдцем конфет, которое слуги оставили на чайном столике.
И стоило только Феликсу увидеть знакомый узор на шоколадных кругляшах, как его словно что – то ударило в живот. Эдгар его поддержал, а Владимир, сразу встав с кресла и оставив бокал на столике, подошел к Феликсу и спросил:
– Она тут?!