Катинка Энгель – Полюби меня. Навсегда (страница 41)

Джордж в ярости выходит из такси, Одри плачет и смотрит на кольцо, которое он хотел ей отдать, пока вдруг не понимает, что он ей нужен, что она не хочет быть одна и не хочет бояться. Бегство остается в прошлом.

В конце они воссоединяются: Одри, Джордж, кот и мелодия Moon River на фоне. А я спрашиваю себя, с одной стороны, как поцелуи под дождем могут быть такими романтичными, а с другой – почему герои в кино после пары секунд под дождем выглядят промокшими до нитки.

Глава 31

Эми

– Как тебе мультфильм? – спрашиваю я у Джинни за завтраком в воскресенье утром.

– Хороший, – откликается она и делает глоток слишком сладкого какао, которое ей разрешается пить каждое воскресенье. Рецепт: какао-порошок и немного молока. Не наоборот.

– И все?

– То, что это твой любимый мультик, не означает, что он должен быть любимым и у меня, разве нет?

– Какая муха тебя укусила? – Ни разу не видела, чтобы она пила какао в таком плохом настроении.

– Хм, – отвечает она, копаясь в кукурузных хлопьях.

– Окей, давай не будем разговаривать. Ладно.

Встаю и наполняю лейку, чтобы полить растения. До этого у меня в последнее время тоже не доходили руки, из-за чего некоторые листья уже стали коричневыми по краям.

– Все равно это только мультфильм, – неожиданно выпаливает Джинни.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну что в конце все хорошо. Так только в кино бывает.

– С чего ты так решила? – продолжаю тему я, параллельно отрывая несколько засохших листочков с фикуса Бенджамина.

– Бродяга спасает ребенка, и все друг друга любят. Такое происходит только в фильмах. В настоящей жизни Леди останется одна. Так что он может как угодно изворачиваться.

– Детка, – окликаю я Джинни, потому что начинаю догадываться, в чем проблема, – о чем мы сейчас говорим? О том, что диснеевские фильмы формируют у тебя нереалистичный взгляд на вещи? Или на самом деле ты обижена на меня? Ты разговаривала с Сэмом?

Когда я произношу его имя, внизу живота возникает какое-то странное чувство, и я случайно срываю здоровый зеленый листок с фикуса.

– Нет, да и да, – отвечает Джинни, и мне приходится сперва еще раз воспроизвести в уме свои вопросы, чтобы сообразить, на что она сказала «нет», а на что – «да».

– Тебе нравится Сэм, да? – И опять это непонятное ощущение.

– Да. И тебе тоже. Но тебе все равно. Ты всегда только работаешь.

Удар точно в цель. Но такова уж моя жизнь.

– Помнишь, как мы с тобой разговаривали о том, что у меня слишком мало времени на новых друзей? Теперь ты понимаешь, что я имела в виду. У меня важная профессия. Если бы не она, Рису и Малику было бы гораздо сложнее снова встать на ноги. И я ведь помогаю не только Рису и Малику, но и другим, потому что я им нужна. – А что нужно мне, роли не играет.

– Но мне ты тоже нужна.

Почувствовав резкий укол боли, я подхожу к ней и обнимаю.

– Я знаю, детка. В последнее время мы слишком мало времени проводим вместе. Как только София переедет в комнату Риса, дела пойдут лучше. Обещаю! И прости, что сейчас уделяю тебе недостаточно внимания. Такого и правда не должно случаться.

– Все нормально, – отзывается она, отчего мне вновь становится больно, – но Сэму ты тоже должна это сказать.

Я сглатываю. Всякий раз при мысли о Сэме у меня внутри растекается тепло, которого я прежде никогда не чувствовала. С моим телом творится нечто совершенно непонятное. Я не глупая – знаю, что впервые в жизни влюбилась. Но все же глупо думать, что стать одним целым с Сэмом – хорошая идея.

– О’кей, я ему скажу. – Я глажу Джинни по спине. – Но как другу. Не как Леди и Бродяга.

Вздохнув, она кивает.

– Так, а теперь собирайся, Тамсин и Рис вот-вот приедут со всеми вещами. И им потребуется наша помощь.

– Сначала схожу в ванную, – заявляет малышка и убегает из кухни.

Похоже, сахар подействовал, потому что к ней вернулось хорошее настроение. А я с облегчением принимаюсь убирать со стола.

Вскоре после этого мы слышим Тамсин и Риса. Джинни тут же бросается на лестничную клетку.

– Вы приехали! Вы приехали! – кричит она, и, по-моему, Рис пытается ее чуть-чуть притормозить.

А когда я сама подхожу к двери, вижу почему. Он держит сразу две коробки, одну на другой, в то время как Тамсин возится с ключом, чтобы впустить его в квартиру.

– Если я поставлю эти коробки, то никогда уже их не подниму, – произносит он и прижимает их к стене, чтобы стало хоть немного полегче.

– У него со вчерашнего дня сводит мышцы. Слишком много коробок с напитками, – поясняет Тамсин.

Вчера – фестиваль Сэма. Угрызения совести, которые я до сих пор успешно подавляла, постепенно всплывают на поверхность.

– Значит, все получилось? – спрашиваю я.

– Получилось просто обалденно, – отвечает Тамсин. – Мы собрали столько денег, что хозяин кинотеатра сможет покрыть долги. Пока «Под напряжением» удалось спасти, но долгосрочного плана у нас по-прежнему нет.

Тогда мне в голову приходит идея.

– А этот кинотеатр получает какие-нибудь субсидии?

– Без понятия. Спроси у Сэма. – Она бросает на меня неуверенный взгляд. – Или мне у него спросить?

В этот момент дверь наконец-то открывается, и мое «Все в порядке» тонет в общем восторге. Тамсин в первый раз видит кухню и мебель, которую Рис установил в спальне.

– Вау! – то и дело ахает она. – Вау! Какая же красота!

Рис поставил коробки в прихожей и прислонился к двери в спальню.

– Тебе нравится? – спрашивает он со смущенной улыбкой.

– Шутишь, что ли? Это невероятно! – Девушка встает перед ним на мысочки и целует в губы. – Ты невероятный.

Я отвожу глаза. Потом интересуюсь:

– Итак, с чего начнем?

– С Моби Дика, – объявляет Тамсин и, поймав мой вопросительный взгляд, сквозь смех добавляет: – Это мой матрас. Белое чудовище, которое мы с Рисом вместе победили.

– Мы должны как-то это понять? – обращаюсь я к Джинни, а та хихикает и пожимает плечами.

– Я слышала, что здесь ищут еще помощников? – доносится до нас голос с лестничной клетки. Это Зельда, которая ведет за собой Малика. Они оба уже подняли наверх по одной коробке. – Разве безопасно оставлять машину незапертой?

– Э, это не наши коробки, – сообщает Тамсин. Но, заметив перепуганное выражение лица Зельды, хохочет. – Конечно, наши. И у нас все равно нет ничего ценного, что можно украсть. А если кому-то очень понадобится стащить какую-нибудь мою потрепанную книгу – ради бога. Значит, это настоящий фанат.

Поскольку у ребят не так много вещей, мы заканчиваем разгрузку фургона за четыре похода туда-обратно. Тем не менее все изрядно запыхались, и за неимением других мест, куда можно присесть, мы дружно устраиваемся на кровати.

– А где вы возьмете остальную мебель? – любопытствует Джинни.

– Будем обзаводиться ею постепенно. В кабинете поставим еще раскладной диван, чтобы ты могла у нас ночевать, – рассказывает Тамсин. – Но, наверное, придется немного подождать. Потом еще купим хотя бы стол и стулья для кухни, которые я нашла на eBay. – Она достает мобильник, чтобы показать Джинни фотографии. Однако в следующую секунду подпрыгивает, глядя в сторону выхода. – Ты уже здесь! – кричит Тамсин и бросается к двери, где… стоит Сэм. – Я решила, что тебе нужно хорошо выспаться после вчерашнего. Долго еще все продолжалось?

– Я пришел домой около трех, кажется. Но подумал, что вам наверняка захочется на чем-нибудь посидеть. Хотя, насколько я вижу, в этом не было необходимости. – Он улыбается, заметив всех нас, сгрудившихся на кровати. На мне его взгляд задерживается чуть дольше, и мое сердце пропускает удар. – Привет, – здоровается Сэм и поднимает руку в знак приветствия.

– Привет!

У меня внезапно охрип голос. Внутри появляется тянущее чувство, как будто что-то не так. Чертова влюбленность!

– Рис, давай разгрузим машину Сэма! – предлагает Малик и встает.

– Я с вами, – с энтузиазмом вызывается Джинни и исчезает за дверью.

– А я пока разберу посуду, – подключается Зельда, – с ней трудно ошибиться.

– Это ты так думаешь, – возражает Тамсин, – а мы хотим, чтобы у нас был разумный порядок!