Катерина Загускина – Зонтик (страница 3)

– Кто с тобой из-за него расстался? – вытаращил глаза Сережа. – Я даже следующую девушку нашел с горбинкой на носу, чтобы тебя напоминала.

– Мы все его любили, – подтвердил Гриша. – Это твоя изюминка.

– Ну мне он не очень нравился, – нахмурился Петя, – Но у меня и задача другая была. Мы еще до воплощения с тобой договорились, что я тебе помогу развить чувство собственного достоинства вопреки моему поведению.

– Так это я не из-за носа одна? – прошептала Настя и закрыла лицо руками.

– Конечно, нет, дурында, – ласково ответил Петин голос. – Просто накручиваешь себя на тему внешности и притягиваешь этим всяких идиотов, которые тебя так же не ценят, как ты сама.

От этих слов Настя зарыдала в голос. Она всхлипывала, терла глаза руками и шмыгала носом, пока вдруг не ощутила, что кто-то теребит ее за предплечье. Открыв глаза, девушка увидела над собой белый потолок и обеспокоенные лица людей в медицинских масках и шапочках.

– Анастасия, слава Богу, вы проснулись!

– Он еще со мной? Он здесь? – проговорила Настя, пытаясь ощупать лицо руками.

– Кто?

– Нос, конечно.

– Да. Мы не смогли провести операцию. От анестезии у вас был сбой сердечного ритма, это редкий побочный эффект.

– Слава Богу, – Настя слабо улыбнулась и устало растеклась по кушетке.

Этот день, как она и планировала, обещал стать началом ее совершенно новой жизни.

Пост

– Мариша, что случилось? – голос мужа привёл меня в чувство, и я застыла на месте, пытаясь понять, как здесь оказалась.

Кажется, все началось вчера вечером.

Днем я провела семинар по психологии в институте. Мы со студентами три часа разбирали теорию транзактного анализа на схемах и примерах из жизни, а после праведных трудов меня ждало занятие по йоге в любимой студии. На вечер была назначена встреча с подругой. Точнее, однокурсницей – в последнее время мы лишь изредка перекидывались сообщениями в соц сетях. По переписке было ясно – мы стали очень разными, но в тот день она предложила увидеться, и я все же решила дать нашей дружбе шанс.

Я приехала чуть раньше и расположилась на уютном диванчике, попивая мятный чай и разглядывая интерьер кафе. Светлые стены, высокие растения в кадках, много зеркал. С противоположной стены на меня смотрело знакомое отражение миловидной женщины средних лет. Кремовое кашемировое пончо красиво оттеняло благородную седину. Я улыбнулась себе в зеркале, и в зелёных глазах заблестели искорки, а мелкие морщинки разошлись лучиками к вискам.

– Вот ты где, Марина! Я ищу тебя по всем залам, а ты здесь сидишь. Соседний, вроде, приятнее, там свет приглушённый. Тут слишком… ярко, – заключила Алка и, окинув кафе осуждающим взглядом, приземлилась на противоположный диван.

Моя однокурсница выглядела уставшей, но в ее глазах горел лихорадочный блеск, который меня встревожил.

– Привет, Алл. Как ты, что-то случилось?

Подруга тяжело вздохнула. Ее выдающихся размеров грудь, обтянутая красной кофточкой, заметно поднялась и опустилась.

– Да этот козел, представляешь… После всего, что я для него сделала. Две подтяжки, грудь эта, – Алла многозначительно обвела зону бюста ладонями. – На диетах сидела всю жизнь, двух детей родила и не поправилась ни на грамм. А он…

В этом месте ее речь начали прерывать всхлипы, грозившие перерасти в полноценную истерику. Я протянула руку через стол и успокаивающе опустила ладонь на ее предплечье. Отдышавшись, Алла продолжила.

– Ушёл. Вчера сказал, что ему нужно подумать, и с чемоданом уехал. О чем думать? Мы столько лет вместе прожили. Кому я теперь такая нужна? А он, сволочь, нашёл себе, небось, молодую, начнёт жизнь заново. А для меня всё закончилось…

– Алла, ну не всё так плохо, – осторожно начала я, вспоминая, что даже двадцать пять лет назад на своей свадьбе подруга не выглядела действительно влюблённой. – Возможно, ты сейчас увидишь что-то новое, чего раньше не замечала. Дети выросли, ты свободна, можешь путешествовать…

– Да нет, погоди, – растерев тушь по щеке, Алла не улыбнулась, а скорее оскалилась. – Я уже всё решила.

– Решила, что будешь дальше делать? – растерялась я.

– Решила свою проблему. Он скоро вернётся, приползёт ко мне, – подруга горделиво подняла точеный подбородок. – И телке его не поздоровится…

– И как ты это сделала? – ослабшим голосом я задала вопрос, на который уже почему-то поняла ответ.

Алла быстро огляделась по сторонам, припала бюстом к столу и прошептала.

– Ходила к цыганке сегодня. Она приворот с него сняла, новый поставила, иголки, вуду, все как надо, – откинувшись на спинку дивана, она расправила плечи и хрустнула шеей как боец на ринге. – Короче, вернётся с поджатым хвостом. Или отвалится хвост-то.

Потом Алла пыталась поинтересоваться, как мои дела, но до этой встречи они были гораздо лучше. Расслабленное после йоги тело сжалось в болезненный комок, и, сославшись на мигрень, я быстро уехала домой, ещё раз посочувствовав подруге и размыто пообещав потом повидаться.

Стоя в пробке, я крепко задумалась. Аллиного мужа Диму я знала с университетских времён – мы общались в одной компании. Он был сильно влюблён в неё, а она поначалу не замечала его ухаживаний, потом постепенно сообразила – вариант достойный, и плавно подвела всё к свадьбе. Ее пластические операции точно были вопросом собственной самооценки. Дима бы любил Аллу и с лишними килограммами и потяжелевшей после родов грудью, а сейчас, видимо, ушёл, устав от одиночества и непонимания. Мою голову бороздил один вопрос: что же делать с этим приворотом и проклятьями? Как психотерапевт я верила, что подобные вещи не работают, но Диму все же хотелось предупредить.

Вернувшись домой, я открыла соцсеть на смартфоне. Поиски странички Аллиного мужа быстро увенчались успехом, и я отправила ему сообщение с просьбой перезвонить. Через пять минут телефон завибрировал.

– Марина, привет. Не ожидал от тебя весточку получить. Как дела?

– У меня хорошо, – выдохнула я. – А вот у тебя, боюсь не очень.

После недолгой паузы голос в трубке из дружелюбного стал металлическим.

– Тебя Алла попросила позвонить? И что, угрожать мне будешь? Ты заодно с этой сумасшедшей стервой?

– Да нет, Дим, ты неправильно понял, – попыталась я перебить его. – Я хотела тебя предупредить…

– Вот я и говорю, опять эти угрозы! Она мне голову морочила этим столько лет. И что с собой она покончит, я слышал. И что наймёт киллера за мной охотиться. И что имущество отсудит и детей против меня настроит. Чуть что не по ее, сразу заклинания какие-то бормочет. Отрезанную куриную голову мне в шкаф к рубашкам засунула. Один раз, пока я спал, засыпала всю кровать сушеными травами, а у меня аллергия оказалась, я чуть не умер! Не могу я больше с ней! Ты же знаешь, как я ее любил, но сил моих больше нет.

– Поняла, Дим, – прошептала я. – Мне очень жаль.

– Передай подружке своей чокнутой, чтобы не искала меня, я уехал за границу. Не ожидал я от тебя, что будешь с ней заодно, – внутренним взором я видела, как Дима за тысячи километров отсюда осуждающе покачал своей лысой головой.

Повесив трубку, я опустилась на диван. После двух таких странных разговоров за вечер я ощущала дикую усталость и единственное, чего мне хотелось – это спать.

– Маришка, тебе вставать, наверное, пора. Я тебя будить вчера не стал, ты устала сильно? – муж ласково провёл рукой по моим волосам.

Я прищурилась и вынырнула из-под пледа на свет. После ночи, проведённой в неудобной позе на диване, ломило все тело. Потянувшись, я обняла мужа и чуть не подпрыгнула, взглянув на настенные часы. Я опаздывала на консультацию! Сегодня был клиент на девять утра, а я вчера уснула, не поставив будильник.

Впопыхах одевшись в первое, что подвернулось под руку, я выскочила из квартиры без душа и завтрака. Отъехав на несколько километров от дома, поняла, что забыла телефон, но возвращаться, конечно, не стала. Застряв в утренних пробках, на консультацию в свой кабинет я опоздала на целых полчаса, и клиент уже ушёл. Меня жутко терзало, что я не могу позвонить и извиниться, но домой ехать было некогда – до следующей записи оставалось сорок минут. Урчащий живот направил меня вниз в кафе позавтракать. Уже на кассе я вспомнила, что со мной нет телефона с привязанной банковской картой, и пришлось на глазах у всей очереди второпях собирать наличку по карманам. Наскоро перекусив, я поднялась в кабинет, чтобы привести себя в порядок, но выяснилось, что моя косметичка осталась дома.

На вторую консультацию клиент не пришел, и, не имея возможности с ним связаться, я напрасно прождала его почти полчаса. Пока я шла на парковку, меня обрызгала из лужи проезжавшая мимо машина, оставив грязные пятна на любимой куртке и джинсах.

День явно незадался, и я отправилась на занятие по йоге в надежде вернуться в баланс и размять по-прежнему нывшую с ночи спину. На ресепшн студии администратор сообщила мне, что инструктор заболела и тренировка отменена. Пришлось отправиться домой, еле сдерживая слезы и раздраженно осознавая: не стоило сегодня вообще покидать родные стены.

– Сглазила, точно Алка сглазила. Или того хуже, сходила к своей гадалке и наложила на меня какое-то заклятье за то, что я вчера не оправдала ее ожидания, отказавшись признавать Диму козлом. Что ж теперь делать-то? – руки сжимали руль, а в мыслях крутился образ подруги, протягивающей пальцами с длинными кроваво-красными ногтями цыганке мою фотографию.