Катерина Снежная – Мой шейх 4 (страница 1)
Катерина Снежная
Мой шейх 4
Глава 1
Кадим стоял перед Каримом, склонив голову, но его острый взгляд скользил по комнате, впитывая каждую деталь. После смерти принца отношения между ними стали натянутыми, словно тетива лука перед выстрелом. Карим много работал, но видеть Кадима не желал — это было плохим знаком.
В Магрибе всегда хватало тайн, и Кадим за годы службы научился читать между строк. Сейчас его интуиция кричала об опасности.
— Я отправляюсь к Амину Мактуму по вашему поручению, — произнёс он, будто разглядывая узор на полу, но на самом деле наблюдая за малейшим движением Карима.
Тот сидел за столом, некогда принадлежавшим его покойному отцу. Перед ним в рамке застыла фотография — Карим и его брат, неразлучные когда-то. Сейчас же между ними лежала пропасть времени и потерь.
— Я передам ваши пожелания, — продолжил Кадим, тщательно подбирая слова. — Надеюсь, новый союз между вашими величествами укрепится. И поскольку имамы в исламском центре пока не желают поддержать ваш развод…
Он сделал паузу, позволяя словам повиснуть в воздухе. В комнате запахло пряной горечью восточных благовоний, смешиваясь с металлическим привкусом напряжения.
— До родов осталось недолго, — наконец, произнёс Кадим, глядя прямо в глаза Кариму.
Тот поднял голову, и его взгляд тяжёлым камнем опустился на посланника. Да, он объявил Сафири о разводе, но одно дело сказать, другое — сделать. Особенно когда на кону стояла не только честь, но и будущее целого рода.
— Что касается Галии… — Кадим осторожно подбирал слова. — Если вы уверены, что она не ваша дочь, возможно, стоит повременить с аннулированием брака до тех пор, пока вопрос с Амином Мактумом не будет решён. Вы же понимаете, как важна связь топширов с вашим родом для сохранения мира?
В воздухе повисла невысказанная угроза.
— Нет, — Карим посмотрел на него тяжелым, немигающим взглядом. Игра закончилась. — Я хочу, чтобы вы возобновили помолвку между Амином и двухлетней Галией. Если она его дочь, он откажется. Этот грех… он будет вынужден признать, и поражение тоже.
Его голос звучал глухо, словно доносился из подземелья. ДНК-тест говорил однозначно: Галия не его дочь. Но чья же тогда? Эта мысль разъедала его изнутри, как кислота.
Сафири… Глупая, амбициозная Сафири, мечтавшая любой ценой стать шейхиней. Её поступки граничили с безумием. Кулаки Карима непроизвольно сжались, костяшки побелели от напряжения.
Видеозапись не подтвердила худших опасений — она не толкала его сына в бассейн. Но и не помогла, не спасла! Стояла в стороне, делая вид, что находится в шоке от новостей о разводе и отлучении Галии.
Карим чувствовал, как внутри него бушует ураган эмоций. Гнев и ярость разрывали его на части — на неё, на себя, на судьбу, которая сыграла с ним злую шутку. Если бы не беременность, если бы роды не были так близки, если бы всё сложилось иначе…
— Как скажете, — Кадим склонил голову в почтительном поклоне, скрывая за ним свои истинные чувства.
— Да, и захватите Рода Страквира. После чего он отправится дальше, — Карим едва сдержался, чтобы не добавить «подальше». Главное, чтобы он держался подальше от Арии. Иначе неизвестно, у кого и от кого будет больше проблем…
Кариму начало казаться, что его предают все, кто ему дорог. Все до единого. Эта мысль отравляла его разум, словно тихий действующий яд, разъедая доверие и веру в людей, которые когда-то были ему ближе всех.
Мысли Карима крутились в голове, словно ядовитые змеи, обвивая сознание своими кольцами. Но сейчас его разум занимали не только боль и предательство. Он думал об Арии — о запутанных отношениях, полных противоречий. Гнев и собственнические чувства переплетались в его душе, создавая сложный узор эмоций.
Как распутать этот клубок? Без Адама всё изменилось. Скоро в их семье появится новый наследник — или наследница. Карим был уверен: ребёнок Сафири не от него. А Ария… Она обязательно попытается уехать. Это было очевидно.
Разум подсказывал ему решение: отпустить её. Забыть. Предать забвению всё, что между ними было. Простить. Это было бы выгоднее и безопаснее для всех.
Но сердце… Сердце отказывалось принимать такую логику. Оно жаждало иного — того, что противоречило голосу разума.
— Вы свободны, — произнёс Карим с ледяным спокойствием, отворачиваясь от министра финансов. Его взгляд устремился в окно, где за стеклом простирался город, хранящий свои тайны.
Внутри он уже готовился к встрече — самой важной и желанной за последние недели. Той, что могла изменить всё. Той, что могла либо исцелить его раны, либо сделать их ещё глубже.
Время шло, а он всё стоял, погружённый в свои мысли, ожидая момента, который мог стать поворотным в его судьбе.
***
Ария ждала аудиенции, чувствуя, как внутри нарастает нервная дрожь. Когда секретарь Карима, Рамиль Маджахимов, пригласил её, она испытала облегчение — ей выделили отдельную комнату, где не было других гостей. Казалось, Рамиль не держал на неё зла после их последней встречи, и это немного успокаивало.
Мысли путались, водили хоровод. Она увидит Карима впервые после похорон, впервые после их потери… Теперь та последняя встреча казалась такой далёкой, словно принадлежала другой жизни. Если бы не настойчивая просьба Хатама Яффе и Двадабра, её бы здесь не было. Она бы продолжала прятаться в Бултаме — от мира, от себя, от Карима. Тяжёлый вздох вырвался из груди, наполняя комнату горьким эхом.
Внезапно дверь приоткрылась, но вместо секретаря в проёме появился Кадим Джабраилов. Его брови удивлённо взлетели вверх, когда он увидел её. Он замер, словно столкнулся с фантомом — с тем, чего, по его мнению, здесь быть не должно.
Да, она всё ещё носила траурные одежды. Да, её золотистые волосы свободно струились по плечам, не скрытые никаким покрывалом. Да, она всё ещё была здесь — живая, настоящая, вопреки всем ожиданиям.
— Хабиби Ариэль, рад вас видеть, — произнёс он, слегка склонив голову. На мгновение показалось, что он собирается протянуть руку, но передумал. — Что вы здесь делаете?
Его голос звучал настороженно, будто он не мог до конца поверить в реальность происходящего. В его глазах читался немой вопрос: что привело её сюда, в этот дворец, наполненный призраками прошлого и отголосками боли?
Внутри Арии поднялась волна горького смеха. Как странно… Какое ему дело? Кто он вообще такой? Теперь она знала о его тёмных делах — как он грабил её родину, как обманывал Карима. Такое высокомерие и напыщенность мог позволить себе только человек, абсолютно уверенный в своей власти и безнаказанности.
— У меня встреча с Каримом, — произнесла она, стараясь разгадать его намерения и не дать ему того, чего он хотел.
— Каримом? — он сдвинул брови, выражая явное неодобрение. — Разве так обращаются к своему правителю и к тому же шейху? Сколько неуважения.
Он опустил глаза и покачал головой, всем своим видом демонстрируя презрение. Ария не могла не заметить, насколько неприятен ей этот человек. Он словно излучал негатив, хотя ничего конкретного не делал.
— И о чём вам остаётся ещё говорить? Вы, кажется, разрушили всё, что могли, — бросил он с едва сдерживаемым пиететом уходя, оставив её стоять с открытым ртом и изумлённым видом.
В его глазах она видела себя как испорченный товар, битую карту, проклятую Аллахом. Но она не выбирала эту судьбу, не стремилась в Магриб, не искала Карима. Всё произошло само собой…
— Пройдёмте, — раздался голос Рамиля, который появился в дверном проёме, поймав её взгляд. — Шейх вас ожидает.
Ария кивнула, собираясь с духом. Сжимая и разжимая кулаки, она последовала за ним. В голове крутились обрывки мыслей, чувства теснились, смешиваясь с нервным ожиданием. Горло пересохло, в груди что-то скребло.
Ей было о чём поговорить с Каримом… О своём пребывании в стране, о муже, которого он отсылал, о них двоих — точнее, о том, чего больше не было и что никогда не повторится. Ведь, как гласит народная мудрость, нельзя войти в одну и ту же реку дважды… Или всё-таки можно?
Глава 2
Ария шла по длинному коридору, чувствуя, как каждый шаг отдаётся в висках тяжёлым молотом. Её мысли путались, сплетаясь в тугой клубок тревоги и неуверенности. Она не знала, чего ожидать от встречи с Каримом, но предчувствие тяжёлого разговора не покидало её.
Рамиль шёл впереди, его уверенная походка контрастировала с её внутренней дрожью. Он не оборачивался, но Ария чувствовала, что он осознаёт её состояние. В этом молчании было что-то почти осязаемое — напряжение, которое, казалось, можно было потрогать руками.
Когда они подошли к массивным дверям кабинета шейха, Рамиль остановился и слегка поклонился:
— Шейх ждёт вас.
Ария глубоко вздохнула, собираясь с силами. Она знала, что этот разговор может изменить всё. То, как она себя поведёт, какие слова скажет — всё это имело значение.
Двери неумолимо распахнулись перед ней, открывая вид на просторный кабинет, где за массивным столом сидел Карим. Его взгляд был спокойным, но в нём читалась сталь. Ария замерла на пороге, чувствуя, как колотится сердце.
— Проходи, — голос прозвучал неожиданно мягко, но в этой мягкости было что-то пугающее, словно говорящее: нам действительно есть о чём поговорить.
Ария сделала шаг вперёд, понимая, что этот разговор станет поворотным моментом в её жизни. И хотя она не знала, чем он закончится, она была готова встретить его лицом к лицу.