Катерина Кант – Свет и тьма Хэсэма: раскол миров (страница 3)

Я не смогла пошевелиться. Не смогла издать ни звука. Я лишь смотрела на друга широко раскрытыми глазами, в которых стояли слёзы – от боли, от страха, и от этого внезапного, оглушительного чувства, что долгий кошмар наконец-то кончился.

Он рухнул передо мной на колени, не обращая внимания на грязь, покрывающую его дорогие лакированные доспехи. Его большие руки – сильные, с тонкими, острыми когтями на концах пальцев – бережно, с невероятной осторожностью, коснулись моего лица, приподняли его.

– Боги всех миров, Эсме… что они с тобой сделали? – его голос, обычно такой уверенный и насмешливый, теперь дрожал, а по лицу пробежала судорога чистой боли, когда он увидел все мои ссадины, царапины, растрёпанные волосы, пустой, обезумевший от ужаса взгляд. Его пальцы, тёплые и сильные, провели по моей щеке, смахивая грязь и слёзы. – Ты ранена? Где? Где у тебя болит? – вопросы сыпались из него, быстрые, панические, обнажая всю глубину его страха.

Я попыталась заговорить, объяснить, выдохнуть хоть слово, но из моего пересохшего, сжатого страхом горла вырвался лишь сдавленный, хриплый, ничего не значащий звук. Я могла лишь слабо покачать головой, ощущая, как по щекам катятся предательские слёзы бессилия.

– Тш-ш-ш, молчи, не говори, ни слова, – он тут же засуетился, его лисьи уши нервно подрагивали, а пушистый хвост беспокойно взметнулся за спиной. Одним ловким движением он скинул с плеч свой плащ из плотной, тёмной ткани, расшитой тонкими серебряными нитями, и укутал меня в него с головой, словно маленького, испуганного ребёнка. Ткань пахла дымом, кожей и чем-то неуловимо диким, тёплым и знакомым – его собственным ароматом, который я вдруг с удивлением осознала, что помню. – Всё уже хорошо. Всё кончено. Я здесь. Я нашёл тебя, – его голос, ещё недавно такой властный, снова стал тихим и успокаивающим, предназначенным только для меня.

Ван-Аро обернулся к своим воинам, и его поза, его голос мгновенно преобразились, в них появилась стальная властность, не терпящая возражений.

– Воду! Целебный бальзам! Немедленно! Окружите поляну, соблюдая тишину. Никаких огней, – его зелёные глаза, всего мгновение назад такие мягкие, теперь метали искры приказа.

Демон-исполин, что стоял рядом, с лицом, похожим на высеченное из камня, немедленно шагнул вперёд и подал ему походную флягу, вырезанную из тёмного дерева. Ван-Аро снова повернулся ко мне, и его черты вновь смягчились, наполнились той бесконечной нежностью, что заставляла сердце сжиматься у меня внутри.

– Вот, пей, малышка. Только маленькими глотками, – он бережно поднёс флягу к моим потрескавшимся, окровавленным губам, уверенно поддерживая мою голову своей большой ладонью. Вода оказалась на удивление прохладной, чистой и самой вкусной, что я пила в жизни. Я пила жадно, захлёбываясь, давясь живительной влагой, а он тихо уговаривал меня, его голос был спокойным якорем в моём бушующем море: – Тихо-тихо, родная. Всё хорошо. Я здесь.

Когда я немного утолила жажду, он бережно отставил флягу и принялся с невероятной осторожностью обрабатывать мои ссадины пахучим, жгущим бальзамом. Его движения были точными и аккуратными, будто он боялся причинить малейшую боль. Каждое прикосновение его пальцев, несмотря на острые когти, было нежным и уверенным.

– Как ты… как ты нашёл меня? – наконец прошептала я, и мой голос прозвучал чужим, хриплым и невероятно слабым.

Он усмехнулся, но в его зелёных глазах не было и тени веселья – лишь глубокий отпечаток недавнего ужаса, который ещё не совсем отпустил его.

– Я не искал тебя в этом лесу, Эсме. Мы шли к замку Владыки. Я вёл отряд, чтобы вырвать тебя из его когтей любой ценой, – голос Ван-Аро стал тише, а пальцы сжали мои чуть сильнее. – Мы уже были на подходах, когда Руин внезапно замер и сказал, что чувствует твой след, ведущий от крепости. – Он кивнул в сторону высокого демона с чёрными волосами и кошачьими ушами, который бесшумно отдавал распоряжения другим воинам. Тот, почувствовав наш взгляд, слегка склонил голову в почтительном приветствии, его голубые глаза на мгновение встретились с моими, оценивающие и пронзительные. – У него нюх, как у лучшей ищейки. Он и повёл нас по твоему следу. Но я… я и без него чувствовал тебя. Здесь, – он прижал руку в кожаной перчатке к своей груди, прямо над сердцем. – Всё время, пока шёл сюда, ощущал твой страх, твою боль. Это сводило меня с ума. А когда мы почувствовали тот странный всплеск магии… такую смесь света и тьмы… я просто понял. Понял, что это ты и что ты в беде. Мы бросились бежать, уже не скрываясь.

Он замолчал, его пальцы снова коснулись моей щеки, смахивая очередную непрошеную слезу.

– Я шёл за тобой, чтобы забрать тебя у него. А нашёл тебя здесь. Это была удача, чистейшей воды удача, Эсме. Я так боялся опоздать…

– Кантор… его воины… они уже близко, – выдохнула я, чувствуя, как холодная волна паники снова подкатывает к горлу. – Они ищут меня…

– Пусть только сунутся, – в голосе Ван-Аро зазвенел низкий, хищный рык. Его глаза, ярко-зелёные, с вертикальными зрачками, сузились до тонких щелочек. – У меня тридцать лучших бойцов. Мы устроим им такую охоту, что они пожалеют о дне своего рождения.

Он говорил это с такой непоколебимой уверенностью, что мне захотелось верить. Безумно, безоговорочно.

– Я не думала, что смогу дойти, – призналась, чувствуя, как дрожь постепенно покидает моё тело. – Подвернула ногу. Попыталась совместить свет и тьму, чтобы заглушить боль. Но светлый источник больше не служит мне. Это были лишь остатки магии. Моих былых сил.

– Это было гениально, – сказал он страстно. – Это спасло тебя. Ты невероятна.

Демон наклонился, и его лисьи уши мягко коснулись моих волос.

– Я так боялся потерять тебя снова. Когда те ублюдки увезли тебя… я поклялся вернуться за тобой.

– Ты вернулся, – прошептала я в ответ.

Мы сидели так несколько мгновений, забыв обо всём. Но слишком скоро реальность напомнила о себе.

Ван-Аро отстранился, и в его глазах появилась тень доселе скрываемой тревоги.

– Эсме… мне всё равно придётся идти к нему. К Элькантару.

Я замерла, не понимая.

– Я новый правитель Восточных земель, – его голос прозвучал непривычно официально. – По закону Хэсэма я обязан лично явиться ко двору Владыки и принести ему клятву верности. Только так я получу законную власть над своими людьми и землями. Иначе… иначе всё это – просто самозванство.

Он сжал кулаки, и его хвост нервно дёрнулся.

– Этот визит был моим пропуском в его замок. Моим шансом найти тебя. Но теперь… всё иначе. – Его зелёные глаза загорелись холодным огнём решимости. – Он будет искать тебя. Но он не должен даже заподозрить, что ты со мной. Никто не должен знать.

Ван-Аро наклонился ближе, и его голос стал тихим, но твёрдым, как сталь.

– Руин отведёт тебя на восточные земли. Ты будешь в безопасности – в моей резиденции, под защитой моих вернейших воинов. А я… – он сделал паузу, – я пойду к Элькантару один. Как новый правитель, исполняющий формальный долг. Я буду холоден, почтителен и абсолютно пуст. Он не увидит во мне ни страсти, ни тревоги. Ни намёка на то, что у меня есть что-то, что он хочет отнять.

Его пальцы мягко сжали мои.

– Пусть обыщет весь Хэсэм. Пусть шлёт шпионов и допрашивает моих людей. Они ничего не узнают. А если он посмеет войти на мои земли без приглашения… – на губах Ван-Аро промелькнула опасная улыбка, – это будет уже не поиск беглянки. Это будет акт войны против законного правителя. И тогда традиции будут на нашей стороне.

– Что? Нет-нет-нет! Ты не можешь! Ты не посмеешь! – Я ощутила, как паника сжимает горло холодным обручем, вызывая тошноту. Мои пальцы вцепились в его доспехи с такой силой, что костяшки побелели. – Ван-Аро, не оставляй меня, не уходи! Мы только встретились… И ты… Ты его не знаешь! Он тебя не отпустит! Он увидит всё на твоём лице, он почувствует!

Слезы снова выступили на глазах, на этот раз от яростного, детского отчаяния. Страх, который только начал отступать, накатил с новой, сокрушительной силой.

– Он не просто Владыка, Ван-Аро, он… он что-то другое. Что-то древнее и ужасное. Он видит слишком много! – мои слова срывались на шёпот, полный суеверного ужаса. – Он поймёт! Он всегда всё понимает! И тогда… тогда он сделает с тобой что-то ужасное, а я… я снова останусь одна. Пожалуйста…

Я прижалась лбом к его груди, сжимая складки его одежды, пытаясь вдохнуть его запах, запомнить его, как талисман. Казалось, если я сейчас его отпущу, я больше никогда его не увижу. Логика уступала место животному страху потери.

Ван-Аро посмотрел на меня, и в его взгляде была не мольба, а уверенность стратега, предлагающего единственно верный план.

– Доверься мне в этом, Эсме. Я спрячу тебя так, что вся мощь Владыки окажется бессильной.

Его слова повисли в воздухе, обретая форму твёрдого, продуманного решения. Но прежде чем я успела найти новые доводы для спора, я ощутила странное тепло. Оно исходило от его рук, лежащих на моих плечах, – мягкое, убаюкивающее, проникающее глубоко под кожу. Его зелёные глаза, такие яркие и живые, вдруг показались бездонными, как тёплое летнее море, а в их глубине заплясали золотые искорки.

– Отдохни, моя отважная, – его голос прозвучал как колыбельная, обволакивая сознание шёлковой пеленой. – Ты прошла через столько… Тебе нужны силы. Для новых битв.