Катэр Вэй – Ворн. Книга третья. (страница 35)

— А чего его искать? — скривился Ангус, выдирая свою несчастную конечность из цепких рук Ворна. Ощущения от его хватки были сравнимы с пастью зубатки. Словно и не пальцы то вовсе. Точно синяки останутся. Ну и силища… — Если не помер, то он завсегда у таверны «Охотник» ошивается, и в ней же очередные байки свои рассказывает, за угощение. Местные его не обижают, и пришлым не дают обижать. Так что чего бы ты там не задумал, хорошенько подумай трижды, прежде чем делать. Говорят, он настолько стар, что даже сам отец хозяина таверны, будучи пацаном, слушал байки этого деда. И тогда он уже был дедом.

— Сколько же ему лет? — волнение Ворна так и не отпустило. Он поднялся, продолжая размышлять о чем-то своем, прошел пару шагов в одну сторону, потом в другую. Кивнул сам себе и сел обратно. Все это время за ним наблюдал Ангус, слегка ошарашенный такой реакцией на свои байки. Нет, ему, конечно, льстило, что ему верят, но уж больно сильно этот Ворн все за чистую монету принял. Если честно, в половину сказанного Ангус и сам не верил.

— Вот в том-то и дело, — воздел он указательный палец вверх. — Не знаю. И никто не знает. Вот он и есть тот самый Легендарный Гражданин, — заявил он торжественно, решив умолчать о еще более странных слухах, которые ходят про того старика, хотя на языке так и вертелось рассказать Ворну одну из своих личных тайн, связанных с Дедом, но пока так и не решился. Продолжил говорить о том, что и так все знают: — У него даже медальон имеется, где так и написано, и герб города на обратной стороне. Сам правитель выдал ему. Да не тот, что сейчас, а какой-то другой, кто ранее был. Дед этот вроде как талисман города. Еще я слышал, но опять же, все это слухи, байки… Но многие поговаривают, что если дед помрет, то и городу кранты наступят. И многие в это верят. Вот потому его никто и не обижает. Кормят, поят, денежку дают, одежу дарят. А он знай себе бездельничает, болтается по городу, улыбается всем. Блаженный, одним словом. А живет он в одном из древних домов. Говорит, что он там всегда жил, и его оттуда только вперед ногами вынесут, и никак иначе.

— А может, он это… проклятый? — пошутил Ворн, усмехнувшись.

— Ты вот только в городе этого не ляпни, — возмутился Ангус. — За такой поклеп тебе быстро шею свернут. Святой он. Вот. А не проклятый. Блаженный — то да. Ну или Легендарный Гражданин. Но это длинно очень. Поэтому просто — Блаженный или Дед. — Поразмыслив чуть, он добавил, — Это у вас, в империи, всех кто не такие как все проклятыми зовут. И избавляются от них. А есть земли, где о Кардиналах ваших и не слышали даже. Вот к примеру мой дом. Если родился иной, то его не убивают. Раньше убивали. А потом перестали. Но сейчас и не так часто рождаются иные. У меня брат иной родился, но он и года не прожил, сам помер. Мама сказала что такие как он обычно долго не живут.

Повисла пауза. Каждый думал о своем. Ангус кусал губы и с опаской бросал настороженные взгляды то на Ворна, то на обстановку вокруг в целом. Морякам было не до пары малолеток, что устроились в сторонке ото всех и вместо работы сидят и чешут лясы. Наконец, Ангус решился.

— Я тебе сейчас расскажу еще кое-чего, только сразу прошу, не смейся. Хорошо?

Ворн кивнул. Он и не думал смеяться над словами Ангуса. Уж точно не над теми, что услышал сегодня.

— Вообще, я там раз пять бывал, в городе том. Мы еще с отцом там были. У меня там тетка живет, сестра отца. Раз даже гостил у нее, долго, почти всю зиму. Болел я тогда, вот отец и повез меня к лекарям дорогим, да только не приняли лекари нас, дорого очень запросили.

— И что, в итоге сам поправился?

— Не совсем. Вот только о том я даже отцу не говорил. Он же меня оставил тогда у тетки, а сам уехал. Все думали, что я и до весны не дотяну. Задыхался постоянно и кашлял так, что птицы шугались с соседних улиц. Однажды ночью слышу, в окно шкребет кто-то. Испугался поначалу. А оно стук да стук, шкряб да шкряб. Ну я и подполз поглядеть. Ходить толком не мог уже, сил не было. Гляжу, а там Дед этот, стоит, улыбается и машет мне, игрушку деревянную показывает, странную такую, как коробочка, но с колесами. Ну и я ему помахал. Улыбнулся, да так и закашлялся до рвоты. Как он в окно пролез, я не помню. Помню только, что меня подняли, в кровать уложили, да в рот влили горечь какую-то. И все, ничего не помню больше. Утром проснулся, а жара нет, кашля нет, и в груди больше не болит. Тетка, когда зашла, аж рот раскрыла. Отец вернулся, тоже не верил глазам своим. Он-то думал, что все, помру я. А я живой да здоровый. И кстати, с тех пор я ни разу ничем не заболел. Даже соплей нет, как бы не вымок. А игрушка та… я ее потом в кровати нашел. Странная коробочка-повозка. С дверками. Колесики крутятся. Очень я ее в детстве любил. Из рук не выпускал. Пока не потерял в один день, — Ангус заметно погрустнел. Было видно, как горька ему эта утрата.

— И ты не рассказал никому о госте ночном? Почему?

— Не знаю, — пожал он плечами. — Просто знаю, что не надо было рассказывать, и все. Вот и молчал.

— А сейчас чего?

Ангус вновь пожал плечами.

— Просто. Захотелось. Вот и рассказал, — он немного помолчал, потом добавил, глядя в никуда перед собой:

— Просто… мне никогда никто не верил. А ты вот веришь. И знаешь, я ведь не вру, — Ангус как-то поник весь, сгорбился, вздохнул тяжко, с надрывом. — Мне почти пятнадцать лет, я уже взрослый, я глава семьи, а меня все за мальца держат… Понимаешь… обидно. И злит это. Ты не представляешь себе, как это злит! Я докажу! Я все равно им всем докажу, на что я способен.

Идиллию повествования прервал резкий окрик, приправленный увесистым подзатыльником, прилетевшим в голову Ангуса.

— Кому ты там чего доказывать собрался, сопля?! — заржал здоровенный детина почти в самое ухо парню, при этом ухватив его за шкирку и пару раз тряхнул.

— Ха! Червяк в ботах! — ржал он.

Глава 22

Марку нравилось пугать этого мелкого засранца. Ему вообще нравилось подшучивать над людьми, но чаще всего его шутки переходили в славную драку. Поэтому во время похода Марк старался не шутить, ибо за дебош можно и плетью огрести. А кому этого хочется? Марку точно не хотелось. Вот именно по этой причине во время плаванья Ангус становился его «любимчиком». Он-то точно в зубы не даст, а значит, и проблем не будет. А еще Марк таким образом прощупывал пришлого мальчишку. Наблюдал за его реакцией. Поговаривают, он может стать одним из их команды. Многим эта новость не нравилась. Одни говорили, что не желают подтирать сопли еще одному сосунку и следить за сохранностью его шкуры. А другие, наоборот, говорили, что с этим отпрыском они горя хлебнут, ибо странный он, не понятный, да еще и чужак. Но Капитан почему-то буквально зубами вцепился в этого парня. Народ роптал, но в открытую пока никто не высказывался. Вот Марк и прощупывал тихонько.

— Ты красотку Свена кормил сегодня? Истощает девка за время похода, так он с тебя потом спросит, смертник малоумный! — довольно скалился Марк, похлопывая дружески парня по спине.

Ангус поперхнулся воздухом и закашлялся.

Матросы, ставшие свидетелями этого балагана, весело заржали. Им было очень смешно наблюдать как побледнело и вытянулось лицо пацана, глаза резко округлились, рот открылся, потом резко закрылся. Мальчишка засуетился, занервничал…

— Ха! Точно, забыл, килька безмозглая! — заржал мужик.

— Свен сушёную воблу не любит, — заржал еще один моряк. — Ему подавай рыбеху посочнее!

— Хах! Чтоб было за что подержать, а не биться о ребра! — добавил другой.

— Ну да! — скаля щербатый род, кивнул третий. — Что бы все на месте было, и грудь и попа! — изобразил он руками как щупает женские прелести.

Мужики потешались от души, только Ангусу было не до смеха. Оголодать девка за пол дня, конечно, не сильно оголодает, но вот если дойдут до Свена слухи о его забывчивости, то трепки точно не избежать. Или выпорет, или монетой накажет, или еще чего придумает на потеху остальным. Ангусу реально поплохело.

— Так это, я мигом! — заметался он, подбирая и складывая намотанные бухты веревок.

Ворн кисло скривился от такой реакции парня, подумав, что ему еще очень далеко до исполнения своих грез. Он поднялся, с ленцой потягиваясь, как бы невзначай окинул взглядом пространство вокруг себя, подметил несколько хмурых рож и пару заинтересованных прищуров, направленных в его сторону. Хмыкнул своим мыслям.

— Чет разморило меня на солнышке… — ни к кому не обращаясь, протянул Ворн сонным расслабленным тоном. — Жарко сегодня. Прям подпекает.

— И клети почистить не забудь, — добавил Марк напоследок, уже разворачиваясь в обратном направлении.

— Угу, — послушно кивнул Ангус и добавил уже тихо, так, чтобы никто не слышал: — Ненавижу… Как же достало меня все это…

Достало, но терпишь. Терпишь и позволяешь над собой потешаться… Вроде и парень ты неплохой, только вот слабохарактерный, что ли… Или на то есть свои причины? А может, это нормальная реакция для них? — Ворн с прищуром наблюдал за Ангусом и остальными. — Будь я таким как он, меня давно сожрали бы, — хмыкнул он и спросил вполне дружелюбным тоном:

— Тебе помочь? Чего они так с тобой? Или заслужил чем такое отношение?

Парень цыкнул, раздраженно отмахнувшись.