Катарина Арс – Обреченная душа. Лед и пламя (страница 4)

Повернувшись спиной к выходу, я услышала за собой шаги и шуршание листьев. Коул лёг позади меня, максимально сокращая дистанцию. В нос ударил аромат грозового облака с примесью морского ветра и нотками цитрусовых долек. Проскользнуло ощущение, что я нахожусь дома. Быстрее, чем поняла, я прогнала эти мысли. У меня не было дома, и быть не могло. Коул просунул одну руку под мою голову, другой обхватил за талию и крепко прижал к себе. Я напряглась и хотела его пнуть за такую наглость, но тут же почувствовала блаженное тепло и резко передумала, поглощая исходящий от него жар.

– Спи, Айла. Ты в безопасности, – нежно прошептал он возле моего уха, щекоча своим дыханием его острый кончик.

 Я ничего не сказала в ответ. Слишком устала. Мне безумно хотелось домой, но умом я понимала – мне там не место. Но в то же время на душе скребли кошки, и я переживала за каждого, кто оказался в эпицентре этой осады. За размышлениями сердце перешло на размеренный ритм и успокоилось, тело получило волну теплоты, а зубы перестали стучать. Почему он так добр и в то же время ведёт себя как нахал? Разве я заслуживаю этой доброты? Он поцеловал меня в макушку, что стало для меня совершенно шокирующим поступком, и, не успев того заметить, провалилась в сон.

 Когда я проснулась, было ещё темно. Моргнув пару раз, осознала, что Коул всё ещё крепко держит меня в своих объятиях. Я попыталась осторожно выбраться из этих пут, не разбудив его, и села рядом. Осмотрев пещеру на наличие угрозы и ничего не обнаружив, перевела взгляд на него. Прядь чёрных волос, небрежной волной упала ему на лоб, и во мне проснулось непреодолимое желание убрать её. Не удержавшись, я всё-таки отвела прядь в сторону.

Его обычно напряжённое лицо сейчас было расслаблено, дыхание ровное, казалось, он действительно отдыхает, будто спит в роскошных покоях, а не где-то посреди леса, полного жутких тварей. Покрутив руками в разные стороны, желая сбросить напряжение, поняла, что мои мышцы за такие подвиги благодарить явно не будут. Размяв шею, взглянула на Коула и обнаружила, что он смотрит на меня, уставившись без зазрения совести. В его взгляде читалось некое подобие преданности, как часто смотрят дети на своих родителей. Не понимая, почему, моё сердце ёкнуло, я прочистила горло, в надежде сбросить с себя это наваждение.

– Когда выдвигаемся? – я попыталась увести свои мысли в другом направлении.

 Он продолжал смотреть на меня молча, не реагируя ни на одно движение. Спустя, казалось, целую вечность всё же соизволил ответить.

– Спешишь избавиться от меня?

 Я в удивлении вытаращила на него глаза. Краска моментально прилипла к моим щекам, и мне показалось, что на этот раз я покраснела с головы до ног. Я резко встала и направилась к сумкам, делая вид, что проверяю провизию. Но пока совершала данный манёвр, успела заметить краем глаза, его высоко поднятые брови от удивления и ямочку от полуулыбки на щеке.

 Коул тут же подошёл ко мне сзади, немного изменив позу, что впоследствии он прикасался ко мне почти всем телом, и потянулся за флягой. Простое прикосновение заставило меня забыть о воде. Но он будто не придал значение этому поступку и спокойно отстранился, откручивая крышку для того, чтобы показательно утолить жажду. Его глаза нарочно избегали столкновения со мной.

– Нам следует поторопиться, быстро перекусим и отправляемся в путь, – уточнил он.

– К чему такая спешка? Ещё не показалось ни одного луча на горизонте.

Мои мышцы всё ещё ныли, и мне хотелось передохнуть пару лишних минут.

– Если нас нагонят, произойдёт не самая приятная встреча, в которой ты можешь пострадать. Я этого не хочу.

 Я разозлилась и бросила флягу обратно в сумку. Меня дико раздражало незнание, что от меня прячут тайны, которые, особенно, касаются меня. Что мне приходится молчать и ждать, пока решат, о чём я должна знать, а о чём нет. Резко повернувшись к нему лицом, я выпалила на одном дыхании:

– Я не понимаю, действительно не понимаю! Кому я нужна? Что я сделала? И не надо мне повторять этот бред, что достаточно того, что я родилась! Я не имею ценности, будучи наследницей Двора Льда. Кто угодно, но не я… – слова лились из меня, словно река разгоняла свои воды бурным потоком. На мгновение я замолчала, но продолжила с ещё большей пылкостью. – Они ворвались в мой дом! Устроили побоище и пожары. А мы просто взяли и сбежали! Хочешь сказать, после такого я заслуживаю своего титула? Погоди, есть вопрос ещё лучше, – я уставилась на него, сощурив глаза, и не желала отступать. Мне нужны были ответы, и он обязан мне их дать! – Кто ты? Ты был мне другом, единственным, кому я доверяла, а теперь укрываешь меня в лесу, пряча в самой его глуши, и явно знаешь намного больше, чем пытаешься показать! Зачем ты поступил на службу моей матери? Зачем возился со мной? В какую игру ты играешь, чёрт возьми?!

 Я кипела. Кровь бурлила по венам, посылая новые разряды ярости. Я уже чувствовала, как у меня нагреваются руки, открывая доступ на свободу бушующему огню.

 Одним резким движением я оказалась зажата между ним и стеной. Он перехватил мои руки и расположил их над моей головой. Я чувствовала телом, твёрдость его упругих мышц, и мне казалось, ему было глубоко плевать, на мои вопросы. Пару секунд мы так и стояли, не смея пошевелиться, я всё ещё учащённо дышала от клокочущей ярости, но он оставался совершенно спокойным, изучая моё лицо. Его взгляд остановился на губах, и он тяжело сглотнул, прежде чем ответить.

– Я тебе не враг. Прошу, просто поверь. Я действительно пытаюсь помочь тебе. И хочу напомнить, что расскажу всё, но только не здесь. У тебя нет выбора, кроме как довериться. Спасая тебя таким, как ты подчеркнула, бесстыжим бегством, я подвергаю свою жизнь не меньшей опасности, в коей уже оказалась твоя, – очередная ложь. Все вокруг лгали мне, и он, я уверена, не исключение.

 Коул отпустил мои руки, но не разорвал телесный контакт. Я пыталась разглядеть в нём хоть что-то, что подсказало бы мне ответ, но не смогла. Словно он был толстым слоем стены в замковом ограждении. Не подойти, не перелезть. Мы так и смотрели друг на друга в немом противостоянии. Когда моё дыхание немного успокоилось и гнев отошёл на второй план, он нежно сжал мои пальцы и отступил на шаг назад. Аромат грозовой тучи тут же покинул меня, и ощущение дома развеялось. Я не понимала, откуда это чувство взялось, или не хотела понимать, но стоило ему приблизиться, меня снова притягивало к нему как магнитом.

– Поешь, тебе ещё пригодятся силы, – с необычайной нежностью сказал Коул, отступая в этой словесной борьбе.

 Меня дико раздражала эта резкая перемена в его поведении. Сначала он ведёт себя как наглец, через секунду он уже нежен и обходителен со мной. Я заметила в чертах его лица какую-то мимолётную тоску, но он очень быстро вернул своё бесстрастное выражение, желая скрыть её от меня. Порывшись в сумке, он достал ломоть хлеба, сыр, вяленое мясо и протянул мне. Я не стала долго раздумывать и приняла это подношение временного перемирия, не дожидаясь, пока заурчит живот и мне придётся сгорать со стыда.

– Скажи хотя бы, куда мы идём. – Взмолилась я, рассчитывая на правду.

– В место, где всё совершенно по-другому. Где есть жизнь, и нет насилия. Где нет рабов и унижения.

 В голосе Коула просквозила грусть, но в то же время превзошла нотка гордости, отчего мне стало жаль его на одно мимолётное мгновение.

– Опять загадки, – я откусила хлеб и горько усмехнулась.

– Я не могу сказать тебе большего, но скоро ты сама увидишь. Нам стоит поторопиться. За ближайший день надо выйти из леса и не попасть в неприятности. Но там, где мы пойдём, можем столкнуться не с головорезами, а с чем-то похуже, – предупредил он меня.

– Ты говоришь о демонах?

– О демонах, обитающих в этих лесах, и тех, что искусственно созданы.

– Подожди, что значит, искусственно созданы? – шокировано спросила я, перестав жевать.

– Люди и фейри, чьи души осквернены настолько сильным чувством ненависти и мести, что оно превратилось в чёрную бездну отравы, были насильно порабощены заклинанием, которое убивает их и делает исключительно монстрами, – пояснил Коул.

– Но… – Я была не в силах собраться с мыслями от такой информации, – но кому это надо?

– Ты и сама знаешь ответ на этот вопрос.

Злоба, вероятно, копившаяся годами, скрывалась в его тоне. Но она была направлена не на меня, а на того, кто в этом замешан. И да, я действительно знала, кто за этим стоит, Верховный правитель и его Двор бесконечных мучений. Двор Тьмы – единственный, кто мог быть втянут в подобное и быть безнаказанным.

 Тут меня осенила мысль.

– Подожди, хочешь сказать, что за моим несостоявшимся похищением, стоит этот чокнутый бессмертный, помешанный на крови и муках?

– Я не хотел этого говорить, по крайней мере, сейчас, но ты меня вынуждаешь. – Коул, тяжело вздохнув, уставил на меня утомлённый взгляд, сдвинув брови к переносице. – Ты ведь не отстанешь, пока я не дам тебе честный ответ?

 Я отрицательно покачала головой, отвечая на его вопрос. В его глазах резко появилась мутная пелена, словно в душе поселился огромный комок тоски и сожаления. Он смотрел то на меня, то на выход из пещеры, будто искал пути отступления или рассчитывал мои шансы на побег. Холодные мокрые стены, казалось, душили и давили его, обрушив на него свой груз. Коул тяжело сглотнул, пару раз, челюсть сжалась в напряжении, заставляя острые кончики его ушей подрагивать. Когда он начал говорить, то я не узнала его голос. Он был настолько хриплым и подавленным, что на секунду я подумала о том, насколько же хреновое прошлое хранится за его плечами. В пещере раздался его низкий, завораживающий тембр в приглушённом шёпоте: