Катарина Андрè – Отчаяние нас душит. (страница 18)

Я смотрел на него и думал только о том, как хочу размазать его смазливую рожу о тротуар.

– Дорогой, не стоит, пойдём. – обратилась к нему женщина.

Я развернулся и уже был готов уйти, как он потянул меня за рукав и ударил. Господи, он и правда это сделал.

Толпа, что прежде глядела на последствие аварии, обратила всё своё внимание на нас.

"Это плохо, это очень плохо. Почему у меня сегодня такой сложный день?"

Я вытер кровь с губ и, поправив пиджак, вновь обратил взгляд на этого выродка.

– Я тебя предупреждал. Извинись перед моей женой, ублюдок.

"Я еще и ублюдок. Меня так еще никто не называл…"

Усмехнувшись, я подошел к его жене и присел на корточки. Я надавил на рану и спросил: "Вам очень больно?"

Ужас, который она испытала при моем прикосновении, был великолепен. По ее телу прошлась дрожь, что от меня не скрылось. Я улыбнулся, посмотрев на ее мужа, и, оторвав кусок ткани от своей дорогой, на минуточку, рубашки, перевязал ей рану.

– Простите, это было бестактно с моей стороны и очень неуважительно.

– Что вы, встаньте, не нужно было.

Ей было до невозможности неловко. То, с каким выражением лица на нас смотрел ее муж, было бесценно. Казалось, он хотел стереть меня в порошок и развеять по ветру.

Честно говоря, я не знаю, что она нашла в нем. Красивая, прелестная женщина с милым личиком, а он лысый олень. Правда, это, наверное, самое точное описание этого назойливого мужчины.

Я еще раз провел рукой по ляжке женщины, прежде чем подняться на ноги, и это, конечно, не укрылось от его глаз.

– Ах ты, сукин сын! – замахнулся на меня этот пучеглазый олень.

Я ловко перехватил его кулак, который, по всей видимости, вновь решительно летел изуродовать мой нос, и спросил: "На что вы так разозлились? Я ведь извинился перед вашей женой, и к тому же мне пришлось пожертвовать своей рубашкой".

Я показал на ногу женщины с грустной гримассой на лице.

Но мужчина еще сильнее впал в бешенство и замахнулся на меня другой рукой.

Я перехватил и второй удар. Вывихнув его руки за спину, я оттолкнул этого оленя на асфальт, а после сел сверху и стал избивать так сильно, что он потерял сознание.

Толпа взревела от увиденного, а жена этого раздолбая просто стояла и пялилась на нас. Может, она его и вовсе не любила? Раз даже не заступилась за этого оленя. Но это и к лучшему, ведь если б она это сделала, боюсь, мне бы пришлось избить и ее тоже.

В этот момент раздался свисток полицейского. К нам подошли двое молодых людей в форме.

Я встал и, отряхнувшись, обратился к полицейским: "Простите, что вам пришлось лицезреть что-то настолько омерзительное. Но этот мужчина нарушил один из кодексов конституции. Нормы об ответственности за нарушения неприкосновенности личности, совершаемые умышленно".

Я достал из внутреннего кармана пиджака значок ФБР и показал им, спрятав обратно.

"Не могли бы Вы сказать мне, что к ним относится?"

Молодые люди переглянулись между собой и, видно, стушевались. В принципе, это то, что мне и нужно было.

"К ним относятся деяния с жестокостью, применением пыток, угроз и иного насилия разной категории тяжести". – ответил один из них, потёр затылок.

– Правильно. Этот мужчина применил ко мне насилие, за что и был наказан. Хоть и не самым подобающим образом, за что еще раз прошу прощения. Но я очень тороплюсь. Не могли бы Вы провести меня на место ДТП?

Настойчиво попросил я. Парни несколько минут мялись, оглядываясь назад, видимо, убедившись, что шеф не наблюдает за ними, и подняли ленту, чтобы я мог пройти.

– Но вам нужно поторопиться.

Я кивнул им в знак признательности и быстро направился к машине Тии.

Их неопытность дала мне фору.

Ее машина выглядела не слишком потрепанной, не считая разбитого лобового стекла.

Я подошел поближе, но никого внутри не было.

Я огляделся и увидел следы крови. Видно, она куда-то пошла.

"Боже....Что за женщина. Разве нельзя сидеть на одном месте и ждать, когда прибудет помощь?"

Хотя, возможно, медики уже ей помогли, и мне осталось только забрать ее, если они еще не увезли Тию в больницу.

Я направился в сторону скорой помощи, но увидел, как какая-то женщина пытается кого-то вытащить из машины Камиля…

Это была Тия. Ее одежда была вся в грязи и даже порвана в некоторых местах. А с висков стекала кровь. Но она все равно решительно направилась кого-то спасать. Хоть я знал, что в живых не должно никого было остаться.

Если честно, это зрелище меня повергло в шок.

Я подбежал к ней и сделал взволнованный вид.

– Тия! Как ты здесь оказалась? Тебя срочно нужно отвезти в больницу.

Я хотел взять ее на руки, но она решительно меня оттолкнула. Ее взгляд был полон безумия. Тия смотрела на меня, не понимая, как я здесь оказался, и, казалось, она даже была этому рада, но в то же время это пугало. Я не сдвинулся с места.

– Нет. Нет. Там… Нам нужно…

У нее был шок, я старался не обращать внимания и снова приобнял ее, чтобы взять на руки.

– Нет! Амелия, мы должны спасти ее.

"Амелия…"

Я заглянул внутрь. Девочка, чье тело будто бы безжизненно лежало на задней панели… двигалось. Ее грудь медленно и почти незаметно поднималась и опускалась то вверх, то вниз.

Я был удивлен, как Тия в таком серьезном состоянии шока смогла заметить подобное.

– Я отвезу тебя в больницу. – решительно заявил я и наконец поднял ее на руки.

– Вернись за ней! Отес! Нет! Вернись!

Она кричала как обезумевшая и била меня по груди своими окровавленными кулаками.

"Как же я устал…"

– Тия, успокойся, я позову медиков, они окажут ей первую помощь. Все будет в порядке, тебе не о чем беспокоиться.

Она смотрела на меня глазами, полными боли и сострадания. Я видел ее такой впервые. И то, что случилось с ней, было полностью моей виной. Я выполнил свою работу отвратительно и не доглядел многие моменты, за что меня ждет наказание.

– Спаси ее… Отес… – мое имя она выдавила из последних сил своим хриплым голосом. Тия положила свою голову мне на грудь и уснула.

Я выдохнул. Конечно, я не позвал медиков к Амелии, но они сами по прибытию подбежали к машине. Пока я возился с Тией, они искали выживших, и вот их очередь дошла и до нее. Я не знал, смогут ли они спасти эту маленькую девочку, но как бы то ни было, именно она не даст мне покоя всю мою оставшуюся жизнь.

Я поднял глаза к небу. К этой бескрайней синей мгле, чтобы хоть немного восстановить свой бушующий поток эмоций. Голова гудела, и не от звука сирены и гула людей, а от того, как же все меня уже достало. Вдруг на соседнем из домов мелькнула тень. Я прищурился и не до конца понял, что сейчас произошло. Или это мои галлюцинации, или за мной кто-то следит. Но это уже всякие выдумки моего мозга, так что больше всего я склоняюсь к первой версии. Это все из-за усталости.

Я открыл машину и аккуратно усадил Тию на заднее сиденье. Когда я закрыл дверь, достал из кармана брюк пачку сигарет Marlboro Gold. Вытащил одну, зажёг с первой попытки и закурил.

Мозг постепенно прояснялся, а усталость отступала на задний план. После третьей затяжки я чувствовал себя намного лучше и собраннее.

Я обратил взгляд на очень красивую женщину, которая кричала и пыталась пробиться через полицейскую ограду. Видимо, она приходилась родственницей кому-то из пострадавших.

Затянувшись четвертый раз, я выбросил окурок и раздавил его.

Тот день принес за собой кучу последствий, за которые мне пришлось расплачиваться.

Глава 7.Амелия. Я рада вернуться домой.

Сегодня важный день. Тётушка должна привезти меня домой. Я наконец-то увижу родителей. По крайней мере, я так думаю. Больничная палата мне уже изрядно так поднадоела. Здесь скучно и вообще нечем заняться. Не считая того, что медсестра иногда приносит мне мелки и листы бумаги для рисования.