Кармен Луна – Беременна, но (не) от тебя дракон! (страница 10)

— Как?

— Как… — Он остановился, явно борясь с собой. — Как будто я должен что-то помнить.

— А должны? — осторожно спросила я.

— Не знаю, — ответил он с какой-то болезненной честностью. — Черт возьми, Мэри, я не знаю! Когда я смотрю на тебя, у меня такое чувство, словно… словно что-то важное ускользает от меня. Как будто в памяти есть пробел.

Мое сердце екнуло. Пробел в памяти? Неужели что-то действительно было?

— Какой пробел? — прошептала я.

— Не знаю! — Он провел рукой по лицу. — Последние месяцы перед моей свадьбой… там словно туман. А ты… ты почему-то связана с этим туманом.

Я смотрела на него, пытаясь понять. Если у него пробелы в памяти, а я беременна… Неужели он и есть отец? Но тогда почему не помнит?

В корзине что-то шевельнулось, и я вспомнила о Лаврентии. Еж, наверное, задыхался под салфетками! А главное — я боялась, что если останусь здесь еще хоть минуту, то наделаю глупостей.

— Мне пора, — сказала я, хватая корзину. — Заказ доставлен.

— Мэри, — окликнул он.

Я обернулась.

— Завтра тот же заказ, — сказал он официальным тоном. — В то же время.

— Хорошо, — кивнула я.

— И Мэри… — Он помолчал. — Береги себя.

Я выскочила из библиотеки как ошпаренная и только в коридоре позволила себе перевести дух.

— Ты как? — прошептал Лаврентий из корзины. — Живая?

— Едва, — честно ответила я. — Думала, он меня съест.

— А мне показалось, он готов был совсем другое сделать, — хмыкнул еж. — Такого напряжения в воздухе я еще не чувствовал!

— Заткнись, — буркнула я. — Идем домой.

По дороге к выходу меня перехватил Роб.

— Как прошла встреча? — осторожно спросил он.

— Нормально, — соврала я. — Он остался доволен.

— А почему тогда у вас такой вид, словно вы увидели привидение?

— Просто устала, — отмахнулась я.

Роб проводил меня до ворот, и только когда замок скрылся за поворотом, я позволила себе расслабиться.

— Ну что? — не выдержал Лаврентий. — Будем обсуждать или делать вид, что ничего не случилось?

— Ничего не случилось, — упрямо заявила я.

— Ага, конечно. А то я не слышал, как он сказал, что не может выбросить тебя из головы!

— Ты подслушивал?

— А что мне оставалось? Сидеть в корзине и медитировать?

— Он просто… сказал глупость, — пробормотала я.

— Глупость? — фыркнул Лаврентий. — Оля, я видел, как он на тебя смотрел! Это было не «глупость», это было «я готов сжечь весь мир ради тебя»!

— Не преувеличивай.

— Не преуменьшай! — возразил еж. — И вообще, план работает! Он клюнул на твою выпечку!

— Какой план? — удивилась я.

— План завоевания драконьего сердца через желудок! — торжествующе объявил Лаврентий. — Завтра снова заказ, значит, завтра снова встреча!

Я промолчала, но внутри все бурлило. Алессандро не может выбросить меня из головы. Заказывает мою выпечку. Читает кулинарные книги. Смотрит на меня так, словно…

— Лаврентий, — сказала я, когда мы отошли подальше от замка. — Какой же он мерзавец!

— Эмм… — еж осторожно высунул нос из корзины. — А что случилось? Ты же вроде в него влюблена была…

— Была⁈ — взорвалась я. — Когда это я была в него влюблена⁈

— Ну… когда он тебя выгонял, ты на него так смотрела…

— Я смотрела с ненавистью! — возмутилась я. — Он меня беременную на улицу выкинул! Какая к черту любовь⁈

— Но ты же волновалась перед встречей…

— Я волновалась, потому что боялась! — Я остановилась посреди дороги. — Лаврентий, этот человек разрушил мою жизнь! То есть жизнь Мэри! Выгнал родственницу, которая от него же и забеременела!

— Откуда ты знаешь, что от него? — удивился еж.

— А от кого еще? — фыркнула я. — Видела, как он себя ведет? Явно что-то было! А теперь строит из себя невинного барашка!

— Значит, никакой любви? — уточнил Лаврентий.

— Никакой! — отрезала я. — Только деловые отношения. Он платит — я пеку. И точка!

— Тогда завтра будет еще интереснее, — пробормотала я.

— Еще как! — согласился Лаврентий. — Главное — не сдавайся. Пеки медовики, своди его с ума, и рано или поздно он сдастся!

А где-то в глубине души я уже знала — завтра я снова приду в замок. И послезавтра. И каждый день, пока не выясню, что творится в голове у этого невозможного дракона.

Потому что сегодня я поняла — он меня не забыл. Не забыл и не может забыть.

И это меняет все.

Глава 6

Я влетела в свою пекарню, как фурия, как валькирия, как метеор, которому наступили на хвост. Дверь захлопнулась с таким грохотом, что Груня за окном испуганно встряхнула всеми своими тремястами годами, а Лаврентий, который мирно дремал в корзинке с травами, подскочил на месте и мгновенно принял боевую стойку.

— Враг у ворот⁈ — пискнул он. — Альбина прислала армию⁈ Дракон пришел за добавкой⁈

— Хуже! — выдохнула я, рухнув на стул и вцепившись в волосы. — Он… он…

Я не могла говорить. Я просто сидела и смотрела в одну точку, а в ушах все еще звучал его яростный, отчаянный рев. Губы горели. Горели от его поцелуя, который был похож не на нежность, а на объявление войны. Жестокий, требовательный, полный боли и желания. И самое ужасное, самое отвратительное было то, что я… я ответила. На одну долю секунды мое тело, моя душа, все мое существо предало меня и ответило на этот безумный порыв.

— Что он⁈ — в один голос взвыли еж и дерево, не выдержав моего молчания.

— Он сказал, что у него в памяти дыра, от которой пахнет мной! — прорыдала я, стукнув кулаком по столу так, что подпрыгнула солонка. — Мной и медом! Вы представляете всю степень его наглости⁈ Он вышвырнул меня, беременную, на улицу, а теперь жалуется на амнезию и целует меня так, будто имеет на это право! Ах ты ж ящер бесчестный! Мерзавец! Тиран! Абьюзер!

Я вскочила и принялась мерить шагами свою крошечную кухню. Эмоции били через край, превращая меня в шаровую молнию. Сначала — унижение изгнания. Потом — страх неизвестности. Потом — робкая надежда. А теперь — ярость. Чистая, незамутненная, праведная ярость! И под этой яростью, где-то на самом дне души, копошилось липкое, мерзкое чувство… стыда. Стыда за то, что на миг я поддалась.

— Так, без паники! — скомандовал Лаврентий, вскарабкавшись на стол и приняв вид фельдмаршала. Он ткнул лапкой в сторону чайника. — Сначала успокоительный чай. Потом — военный совет. Паника — оружие врага! Включаем холодный расчет!

— Какой еще холодный расчет⁈ — взвыла я. — Я хочу взять самую большую скалку, вернуться в этот проклятый замок и отходить его по наглой драконьей морде! Чтобы память у него моментально прорезалась! Может, сотрясение мозга поможет ему вспомнить о чести и совести!

— Неконструктивно, — строго заметил еж. — И опасно. Он тебя одним щелчком испепелит. Насилие — не наш метод. Наш метод — хитрость, коварство и умопомрачительно вкусная выпечка. Объявляю военный совет открытым!