Карина Пьянкова – Не было бы счастья (страница 42)

Доктор Монтегю глядел на меня с умилением и, кажется, готов был молиться на меня до конца жизни уже за то, что к его пациенту вернулся аппетит. Хоть для кого-то я стала положительной героиней в этой истории. Девушка, прислуживающая за столом, тоже прониклась картиной того, как ест граф Грейсток, и даже принялась подкладывать ему куски вне очереди.

Джаред тяжело вздыхал, но не возмущался, хотя все же не стал скрывать, насколько для него это внеплановое переедание мучительно.

Разговор за столом не особенно клеился: Ланс пытался проявлять остроумие, правда, его шутки были совершенно не того толка, который могли бы оценить в замке Корбин. Джаред был не в той форме, чтобы вести себя в своей обычной предельно вежливой манере — наш милорд сражался с рагу и бой давался ему нелегко.

Когда же обед уже близился к завершению, в столовую вошел Лэмптон и с невозмутимым видом сообщил, что в Корбин прибыл мистер Томпсон.

Надо сказать, что мы с Уолшем воззрились друг на друга с совершенно идентичным шоком, из чего я сделала вывод, что это не Ланселот высказал такую «гениальную идею» начальству, и оно само решило пожаловать на место действия с ревизией.

— Но ведь дороги все еще заметены! — поразился Уолш такой целеустремленности со стороны Мирддина Томпсона. — Как он только добрался? Метель не прекращается уже который день!

Мне вот тоже было ужасно любопытно, как и зачем этот уже совершенно седой, пусть и чрезвычайно бодрый старикан проделал нелегкий путь из самой столицы в здешнюю глушь, а под конец еще и…

— Но сюда уже не могут проехать междугородние автобусы! — воскликнула я, отчаянно не желая верить собственным ушам. — Да если бы даже проехал — еще через пустошь идти по сугробам! Там и без снега пройти можно только на силе воли!

Дворецкий со своим обычным невозмутимым видом пожал плечами и пояснил:

— Мистер Томпсон взял в аренду снегоход, милорд. И, кажется, он надеется, что в Корбине ему позволят остаться, милорд.

Джаред мгновенно воспользовался своим шансом отодвинуть тарелку подальше от себя. Вид при этом Лоуэлл принял воистину графский, гордый и непреклонный.

— И чего ради я должен оказывать такую милость этому человеку, который без приглашения явился вот так запросто в мой собственный дом? — произнес холодно Джаред, давая понять, насколько ему неприятны такие незваные гости. — Я не позволю ему остаться в Корбине.

Лично я была целиком и полностью за такое решение. Зачем бы ни явился Мирддин Томпсон, вряд ли его задумка пойдет на благо хоть кому-то, помимо самого Мирддина Томпсона.

Дворецкий кивнул, принимая к сведению приказ хозяина.

— А что насчет встречи с вами, милорд? — уточнил Лэмптон.

Джаред посмотрел на него с видимым удивлением.

— Так я же тяжело болен, ни с кем не встречаюсь и спальни не покидаю. Выдворите мистера Томпсона и поскорей, будьте так любезны.

Глава 15

Джаред-то нашел вескую и убедительную причину для того, чтобы не встречаться лично с заявившимся в удивительно наглой манере Томпсоном. Хотя, на самом-то деле, Грейстоку вообще не нужны были какие бы то ни было причины для того, чтобы не снисходить до бессовестного старика — достаточно было уже того, что тот явился без приглашения в чужой дом. А вот относительно меня и Ланса… Если Томпсон велит прыгать, нам останется только уточнить, насколько высоко: все-таки именно старый хрыч платит нам с Уолшем деньги за тяжелую, местами опасную и подчас совершенно бестолковую работу.

— Что сказать, если он спросит о мисс Лэйк и мистере Уолше? — уточнил прозорливый и многомудрый дворецкий, который ни капли не сомневался в том, что неприятный визитер несомненно не станет покидать замка, не попытавшись побеседовать хотя бы со своими работниками, если уж граф решил забаррикадироваться.

Тут до меня дошла такая совершенно простая и очевидная вещь: не только Лоуэлл с самого начала знал, кто мы с Лансом такие, но, очевидно, его прислуга тоже была в курсе с самого начала, кто мы такие.

Джаред на пару мгновений замер, видимо просчитывая про себя возможные последствия такого разговора. Его брови сошлись на переносице в недовольной гримасе, но почти сразу же лицо вновь разгладилось, приобретая привычную безмятежность. Указывать или же подсказывать как быть, граф не собирался, оставляя все на откуп нашей доброй воле.

— Очевидно, я не могу силой вынуждать мистера Уолша или же мисс Лэйк воздержаться от разговора с их непосредственным начальником, — нейтрально произнес граф, усиленно не глядя ни на меня саму, ни на моего куратора, чтоб ему пусто было.

То есть отдал все на откуп совести, и если моя уже проснулась и даже начала диктовать условия, ситуация с Лансовой совестью оставалась тревожной и неясной. То, что визит Томпсона не к добру и может навредить в том числе и Грейстоку — тут и вариантов быть не может. Как — я совершенно не понимала, однако не просто же так Джаред пошел наперекор всем правилам вежливости и предпочел скорее сказаться больным, чем выйти к незваному гостю.

Лэмптон удалился, чтобы спустя несколько минут вернуться с известием, что вредный старик действительно не пожелал вот так легко убраться и настаивает на встрече хотя бы с двумя своими не самыми лучшими и ответственными работниками.

Джаред от греха подальше отправился к себе, правда, в его планы точно не входило мирное пребывание в постели и изображение из себя умирающего. Однако если даже каким-то чудом Мирддин Томпсон пройдет в замке дальше, чем того хочет его владелец, добраться до Грейстока ему в любом случае не грозит.

— Если попробуешь выболтать что-то сверх меры… — прошипела я, идя подле Ланса, словно бы и не было между нами ссоры. Не хотелось бы, чтобы начальник дознался и начал давить на это слабое место.

— …то ты меня убьешь, — насмешливо протянул Уолш и скривился. — Честно говоря, вообще не представляю, что именно здесь будет «сверх меры», но постараюсь держать язык за зубами. Мне тоже не по душе, что старый сыч явился лично. Неспроста это.

Мирддина Томпсона не пустили дальше холла, причем я готова была поспорить на что угодно, включая душу, что Лэмптон с огромным удовольствием сообщал незваному и откровенно неприятному всем обитателям замка гостю, что дальше холла он не пройдет. Камин в просторной комнате не горел, и было видно, что потушили его совсем недавно, причем в спешке. А вот окна точно приоткрыли — от них ощутимо дуло.

Что же, вот она — партизанская война в исполнении прислуги замка Корбин во всей своей красе. Только бы не расхвораться по второму кругу из-за того, что местные решили выкурить привычным способом зловредного чужака. Хотя магия Джареда вроде бы подстегивала иммунитет.

Томпсону, разумеется, предусмотрительно предложили снять верхнюю одежду, в итоге старик при нашем появлении зябко ежился и с надеждой косился на закрытую дверь. Я предположила, что именно туда и унесли куртку моего начальника, о чем он сейчас чрезвычайно сильно грустит.

Ну, добро пожаловать в Корбин! Вкусите здешнее фирменное гостеприимство и не сдохните от переизбытка впечатлений.

— Уолш, Лэйк, давненько не виделись, — поприветствовал нас не так чтобы особенно ласково и радостно мистер Томпсон и вперился тяжелым взглядом почему-тот именно в меня, Ланс удостоился куда меньшего внимания.

Сразу подумалось, что все это неспроста и расслабляться не стоит ни под каким видом, впрочем, как и доверять начальству.

— Добрый день, мистер Томпсон, — лучезарно улыбнулась я старом хрычу. Обычно эту гримасу я приберегала для самых выгодных потенциальных женихов, но, как говорится, отчаянные времена — отчаянные меры. — Как же вы в таком почтенном возрасте рискнули поехать в здешнюю глушь? Это ведь наверняка было чудовищно утомительно, да еще и в метель!

Что ж ты не увяз намертво в сугробах, старый ты змей? Почему у тебя мотор не заглох по дороге? Да и вообще, когда из тебя сыплется песок при резких движениях, лучше всего сидеть дома и играть в преферанс с соседями.

Ланс побормотал что-то подходящее случаю, но совершенно невнятно, уловить удавалось разве что общие подобострастные интонации.

— Ну, когда дело требует того… — проскрипел Томпсон то ли польщенно, то ли недовольно. С ним никогда и ничего понять не удавалось, так что я на всякий случай приготовилась к худшему. — И вот после того, как потратил столько времени и сил в дороге, здешний дворецкий уверяет меня, будто бы во всем Корбине для меня не найдется комнаты!

Вышло бы, наверное, жалобно, но я ни капли не верила в искренность Мирддина Томпсона, как и в то, что начальник непременно загнется, если не предоставить ему ночлег в замке. Выживет, и сам выживет, и других выживет.

— Какая жалость, сэр, — пропела я нежно и с видом услужливым и самую малость придурковатым. Никогда меня не обвиняли в нашем детективном агентстве в великом уме, ну так и нечего нарушать традицию.

Томпсон повздыхал в окладистую бороду.

— Но, быть может, можно как-то повлиять на графа? Не могли бы вы замолвить за меня словечко?

К кому конкретно старый хрыч обращался, было непонятно, но вероятно, что на поддержку он рассчитывал именно с моей стороны.

— Как можно, сэр? — захлопала я глазами. — Граф слег и к нему не пускают никого кроме целителя. Надо сказать, что тут и нас с Лансом-то едва терпят! Того и гляди — выставят посреди ночи! В сугроб!