Карина Ли – После развода. Люби меня вопреки изменам (страница 54)
Но он, как обычно, проглотил.
Потому что, видимо, даже сейчас понимал: ему это невыгодно.
— Ты пожалеешь, — сказал он наконец.
И вот тут я рассмеялась второй раз за ночь. Уже тише. Устало.
— Господи, Дим. Это у тебя всё про одно и то же. Последствия, угрозы, пожалеешь, будет хуже. А ты хоть раз в жизни можешь не пугать, а просто уйти?
Он не ответил.
Развернулся и пошёл к двери. У самого порога обернулся.
— Ты думаешь, после этого я с тобой нормально разговаривать буду? — спросил он.
Я пожала плечами.
— А мы с тобой разве ещё разговариваем нормально?
Он вышел. Дверь захлопнулась сильнее, чем нужно.
Я сразу подошла и заперла замок.
Потом только поняла, что у меня дрожат руки. Не чуть-чуть. Сильно. Так, что пояс халата пришлось перехватывать дважды.
Я прислонилась лбом к двери и несколько секунд стояла так. Дышала. Считала про себя. Не чтобы успокоиться. Чтобы не сорваться в ту пустую истерику, которую потом самой же и мерзко вспоминать.
Потом пошла в ванную, включила свет и посмотрела на себя в зеркало.
Лицо бледное. Волосы растрёпаны. Глаза злые, бессонные, взрослые. Не жертва. Просто я.
И почему-то именно сейчас, в этом дурацком ночном свете, мне стало окончательно ясно: я не просто хочу развестись.
Потому что после такого назад не возвращаются даже мысленно. Не потому что гордость. Потому что брезгливость. Слишком сильная.
Я умылась холодной водой, вернулась в комнату, села на кровать и взяла телефон.
Смотрела на экран.
Мужчины очень любят считать больной ту женщину, которая впервые перестала быть удобной.
Я не стала никому писать. Не потому что было не о чем. А потому что некоторые вещи нужно сначала пережить внутри, чтобы потом вообще суметь рассказать без дрожи.
Я легла обратно, укрылась, но сон, конечно, уже не пришёл.
Лежала в темноте и слушала дом.
Где-то хлопнула дверь. Потом тишина. Потом вода в трубах. Потом вообще ничего.
И в этой тишине я вдруг поймала очень простую мысль.
Если бы это произошло месяц назад — я бы плакала. Если бы полгода назад — искала, в чём сама виновата. Если бы год назад — пыталась понять, как «вернуть мужа».
А сейчас я только хотела одного: чтобы скорее утро. Чтобы сказать Куликову всё. Чтобы ещё быстрее выйти из этого брака. Чтобы окончательно перестать жить с человеком, который сначала убил во мне любовь, а потом удивился, почему я не хочу с ним спать.
Вот и всё.
Никакой драмы. Никакого высокого финала. Просто очень взрослая, очень холодная ясность.
И, наверное, именно она и была самым страшным для него поражением. Не мой удар коленом. А то, что после него я даже не плакала.
ДОРОГИЕ, НЕ ПРОПУСТИТЕ, МОЯ НОВИНКА И СРАЗУ ВЕСЬ ТЕКСТ РОМАНА ОПУБЛИКОВАН + ОГРОМНАЯ СКИДКА
"В разводе. Дай шанс излечить твоё сердце"
— Так кто такая Марина? — спрашиваю дрожащим голосом.
— Коллега моя, я не раз говорил уже, -— муж отвечает максимально нейтрально.
— Коллега пишет тебе: «Скажи своей, что задержишься ещё на сутки»?
— Ты в мой телефон залезла ?
— Карлагин, ты мне изменяешь?
— Не ори.
— Тогда отвечай. Простой вопрос и я хочу получить ответ на него, Артём.
— А если да? Что ты сделаешь?
— Господи…
— Вот только не надо этого всего, тошнит уже. У нас давно всё плохо.
— У нас? Или у тебя?
— У меня хотя бы хватило смелости жить как хочу.
Я держала в руке телефон, а у самой было чувство, будто вся моя жизнь вспыхнула и сгорела за одну секунду.
Но тогда я ещё не знала, что это сообщение было далеко не самым страшным. И я не уверена сможем ли мы пережить это...
❗️ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ❗️
ГЛАВА 23
ГЛАВА 23
Оля
Время летело так быстро, что временами я буквально не успевала ничего.
Развод, как ни странно, оказался не громким.
Не как в фильмах, где кто-то орёт в суде, швыряет кольцо, уходит под дождь и обязательно потом красиво рыдает в такси. Нет. У нас всё было гораздо хуже — буднично. Хотя я вот как раз и не ожидала от Воронова чего-то такого вообще.
Сначала Куликов прислал мне длинный, сухой, очень умный список того, что нужно собрать, поднять, вспомнить и не подписать сдуру. Потом были звонки. Потом встречи. Потом бумаги. Потом ещё бумаги. Потом ещё немного унижения в деловом стиле, потому что когда брак заканчивается у людей вроде нас, любовь там уже никого не интересует — всех интересуют только доли, право пользования, активы, соглашения, счета, сроки и формулировки, после которых тебя не разденут до костей.
И вот в какой-то момент Дима внезапно решил стать благоразумным. Может он все же после того моего удара между его ног, вдруг осознал все, тут уж не могу ответить, но факт остался фактом. Его как подменили.
Не хорошим он не стал конечно же, нет. На это я бы уже даже не купилась. Именно благоразумным. То есть включил лицо человека, который всё понял, очень устал, не хочет больше грязи и собирается поступить “по совести”. Почти до слёз благородно.
Если бы я не знала его столько лет, может, даже бы дрогнула.