Карина Китова – Музей волшебств. Том 1 (страница 11)

— Ползи ко мне, — прошептал незнакомец, когда барсорог распробовал подарок. — Медленно.

Я снова легла на живот, схватила больной рукой лопату, но заметила наискосок от себя характерную дырочку в снегу. Опираясь больше на правое предплечье, которое тянула дурацкая верёвка, я подобралась к провалу и разметала верхний слой снега. Один из жёлтых камней перехода нашёлся. Сунула его под нижнее платье, давая провалиться. Пояс затянут так, что дальше него камень не упадёт, пусть пока болтается на теле. Только сейчас я сообразила, насколько сплоховала. Нельзя было оставлять аметист у незнакомца. Если мне удастся быстро найти пару, два фиолетовых камня выведут меня в Толло, и чёрного человека можно не откапывать — он и так последует за мной. Я начала извиваться, выискивая около себя другие камни.

— Что ты делаешь? — зло шипел незнакомец.

— Ищу камни.

— Брось мне лопату.

Идея была неплоха, я даже переложила лопату из левой руки в правую, и всё-таки не бросила. Увидела недалеко от левой ноги маленький бугорок на нетронутой снежной поверхности. Камень должен быть там.

— Погоди, — прошептала я. Сместилась, аккуратно разгребла снег носком ноги. — Вот он! — шёпотом ликовала я.

Снова пришлось перекладывать лопату в левую руку. Сильно сжав больное плечо правой кистью, я использовала повреждённую руку, как бесчувственную стрелу крана. Краем лопаты гнала к себе снег, надеясь, что камень не потеряется по дороге. Барсорог, усердно отрывающий от кости говяжью плоть, следил за мной исподлобья. Радовало, что готовое блюдо пока интересовало его больше, чем неготовое.

Облепленный снегом камень оказался не тем, что я искала. Снова жёлтая яшма, ведущая в Безымянный мир.

— Поспеши, — подгонял меня незнакомец.

Пришлось признать, что он прав, камни можно поискать и потом. Сунув холодную находку через ворот под нательное платье, я подползла к краю каменистого плато и, ногами ощупывая снег ниже по склону, сползла вниз. Подходить вплотную к незнакомцу не решилась: мягкий снег мог поглотить и меня. Раскидывала сугроб, сидя на корточках на самом краю каменистого предгорья. Незнакомец просил освободить обездвиженную руку. Как только мне удалось снять приличную часть снежного намёта, чёрный человек выдернул руку, размял её несколькими быстрыми движениями и вместе с правой запустил обратно. Что он делал внизу, я не поняла. Снег перед незнакомцем стал бугриться, будто его расталкивал подземный трактор, при этом напряжённо опущенная вперёд голова и прерывающееся дыхание говорили, что создавать это движение нелегко. Вскоре у левого плеча незнакомца выросла небольшая гора, образовавшаяся из смятого внутренним течением снега. Верхний слой сугроба, в который угодил незнакомец, провалился, почти освободив пленника: утопленными остались колени.

— Помоги, — незнакомец тянул ко мне руку.

Я смотрела на потревоженный снег. В перемешавшихся слоях у ног чёрного человека что-то темнело.

— Камень! — указала я.

Незнакомец очень осторожно присел, боясь побеспокоить неустойчивую снежную массу вокруг себя. Снег опасно пополз в образовавшуюся пустоту, как в воронку. Незнакомец поднял камень и распрямился, уплотняя собой сугроб.

— Давай их оба сюда, — протянула я лопату, используя её, как удлинитель руки.

— Вытащи меня.

Я разозлилась. В полушаге от спасения мы опять начинаем играть в игру «ты мне — я тебе».

— Если я не удержу тебя, мы оба свалимся в снег, — начала вразумлять я. — У меня болит плечо, к тому же зацепиться здесь не за что, поэтому свалимся мы как пить дать. Но если ты отдашь мне камни, я пройду по переходу, и ты попадёшь в Толло автоматически, так же, как попал сюда.

Незнакомец взвешивал мои слова и не торопился принимать решение. Моё терпение иссякало с каждой секундой.

— Да можешь ты мне довериться хоть раз?! — не выдержала я. — Я обещала, что мы выберемся отсюда, если перейдём в город? Как видишь, почти удалось. Просто не мешай мне. Хотела бы оставить тебя здесь — дала барсорогу тебя загрызть.

Чёрный человек закрыл глаза, выдохнул и полез за пазуху. Я крепче стиснула черенок, чтобы не допустить падения камней. Пока, барсорог, встретимся в другой раз. Совершить переход на твёрдой каменистой поверхности — дело двух секунд.

Глава 8. Кухня

Свеча догорела. В комнате было темно и тихо. Сколько прошло времени, часов пять? Я осела на пол и попала ровнёхонько на камень. Выдернула его из-под себя и затолкала в поясную сумку. Три камня перехода из четырёх — неплохо, но нужно собрать все, иначе домой не попадёшь. Как в ответ на мои мысли что-то твёрдое прокатилось по полу.

— Ты задел камень перехода? — спросила я, рассчитывая по голосу незнакомца определить направление, куда ползти. Попробую отыскать ощупью, не дожидаясь новой свечи.

— Я забрал его.

— Отдай.

В душе теплилась надежда, что на этот раз всё получится. Отказом мне послужило молчание.

— Пожалуйста, отдай. Как видишь, я не обманула тебя: мы оба снова в Толло. Камни лучше хранить в паре.

Я хотела немного приврать, но незнакомец не дал:

— Камни переходов действуют в паре, но существовать могут как угодно.

Что же, похоже, он действительно знал о камнях достаточно.

— Ну хорошо, так мне будет спокойнее. Отдай, — сменила я тактику.

— А мне спокойнее так.

Всё, говорить опять было не о чем. Я могла бы разозлиться и продолжить спор, но сил не осталось. Сидела на полу во влажной, пахнущей мясом одежде, продрогшая, измученная и голодная, плечо противно ныло, а ноги мелко дрожали от перенапряжения.

— Я хочу в туалет, — просто сказала я. В текущей ситуации было не до приличий. — Но здесь я этого делать не буду. Во дворе есть сосуд. Думаю, хозяева сливают в него горшки, а ночью выплёскивают вместе с грязной водой на улицу. И пока они этого не сделали, я пойду туда. Развяжи верёвку.

Ответа не последовало. Незнакомец, прежде стоявший тихо, сделал несколько шагов, с грохотом выбил полено и открыл дверь.

— Пойдём, — позвал он.

— Ты издеваешься, что ли? По нужде уже тоже нельзя без тебя сходить? Камень перехода у тебя, о чём переживать?

— У тебя их три. Я подожду вдали.

— Прекрасно!

Разозлённая до предела, я встала. Если он такой упрямый осёл, я тоже могу быть упрямой — ещё посмотрим кто кого. Без меня в музей ему не попасть, а с верёвкой и без полного набора камней я туда не вернусь.

⠀

Хозяйка сидела на кухне возле остывающей печи и штопала одежду. Свечи в колесообразной люстре уже были погашены, полуподвальное помещение освещали три жёлтых огонька: одна свеча возле хозяйки, одна возле меня на столе и одна на полу рядом с незнакомцем. Я домывала оставшуюся от позднего ужина постояльцев посуду. Левое плечо почти не участвовало, и боль постепенно успокаивалась. Незнакомец, подсунув под пояс полы своего одеяния и низко присев, оттирал щёткой давным-давно не мытый каменный пол. По мере продвижения чёрный человек подтаскивал к себе ведро и свечу на бронзовой подставке. Мытьё затоптанного обувью и залитого жиром пола добавилось после разговора о еде. Хозяйка уступила нам оставшийся пирог и травяной отвар, который, по её словам, поддерживал здоровье. По тому, как два старичка управлялись с постоялым двором, по части отвара она не преувеличивала.

Пока мы работали, хозяйка тихонько пела.

Как звезда взойдёт,

Ангел с неба в дом сойдёт.

Дом небогатый,

В нём хозяин бедноватый.

⠀

Пожалеет ту семью

Ангел милостив,

Поцелуем по челу

Беду выметет.

⠀

Он силён — могуч,

Светом посланный,

Светом посланный,

Богом любленный.

⠀

Ты проси его

В дом захаживать,

Со первой звездой

Счастье слаживать:

⠀