Карина Иноземцева – Дама с ребенком (страница 46)

Он едва успел закрыть рот, чтобы не выпалить: "Пытать всех и убить каждую крысу!"

Едва... Не забыл, что находиться на службе у Императора и не должен следовать собственным желаниям.

Он дрожал. Дрожал не от порывистого ветра или снежной вьюги, а из-за всепоглощающего гнева. Ему хотелось растерзать того, кто избил девушку. Кто посмел поднять кулак на ту, на кого он, Сперанский, не смел повысить голос.

— Анастасия! — Кинулся мужчина к припорошенной снегом фигуре в голубом, изорванном платье. — Настя! Настенька!

Михаил осторожно откопал её, чувствуя, как холод пробирает до костей. Он накинул на неё свое пальто, прижимая к себе, чтобы согреть. Её дыхание было слабым, перебиваемым каждым вдохом, резью боли. Она тихонько поскуливала.

— Всё будет хорошо, — прошептал он, голос его срывался от переполнявших его эмоций. Он чувствовал сильную вину, за то, что позволил ей попасть в такую ситуацию.

В этот момент к нему подошли остальные. Зязин приблизился, осторожно осмотрел Анастасию Павловну, а затем взглянул на Михаила, взгляд его был серьёзен и лишен всякой жестокости.

— Хорошо, что она жива, — тихо сказал Зязин, — Теперь нам нужно посадить людей, которые в этом участвовали. И узнать, кто все-таки стоит за этим.

— Они дадут чистосердечное признание, — уверенно произнес Михаил, поднимая Анастасию на руки. — Настя — любопытная дама. Уверен, она все про них узнала, перед тем как... — Он поджал губы, дрожащими руками усаживая девушку перед собой на коня.

— Вы ей верите? — Удивился Зязин.

— Соберите показания у мужчин, а я к доктору, — эмоционально вскрикнул дознаватель, прижимая к себе стонущее тело девушки.

— Не думал, что такой, как она можно доверять. Она ведь...

— Свидетель! — Грозно рыкнул Михаил, не позволяя порочить имя Анастасии Павловны.

Лошадь, послушно подчиняясь Сперанскому, тронулась с места, пробираясь сквозь сугробы. Михаил, крепко держал Анастасию на руках, чувствовал её хрупкость, её слабость, и это усиливало его ярость. Он не мог простить тех, кто посмел причинить ей боль. Вьюга завывала, как голодная зверюга, заглушая звуки города, оставляя только стук копыт и глухой ритм сердца, бьющегося где-то в груди.

В кабинете доктора царил полумрак. Свет от единственной лампы падал на бледное лицо Анастасии, высвечивая синяки и царапины. Доктор, строгий и сосредоточенный, осторожно осматривал её раны. Михаил стоял рядом, не отрывая взгляда от девушки. Его сердце сжималось от каждой стонущей ноты, вырывающейся из её губ.

— Перелом ключицы, несколько сильных ушибов, сотрясение мозга, — сухо констатировал доктор, завершая осмотр. — Повезло, что осталась жива. Нуждается в покое и наблюдении.

Михаил кивнул, ничего не говоря. Слова были лишними. Он просто смотрел на Анастасию, на её измученное лицо, и внутренний огонь гнева вновь вспыхивал в его глазах. Он знал, что это только начало. Наказание тех, кто причинил ей страдания, было лишь первым шагом. Теперь надо было понять, кто стоял за этим, кто организовал эту жестокую расправу. Не мог обычный житель с чужой фамилией Чернов, сделать крупную работу: подменить документы, найти последнюю любовницу свергнутого императора, придумать план по применению внебрачного сына императора. Слишком масштабно для обычного исполнителя.

Выйдя из кабинета, Михаил встретил Зязина. Лицо его было серьезным, намекая на неожиданные развернувшиеся события.

— Вы детей обнаружили? — коротко и грозно спросил Сперанский.

— Детей — да, но Ивана...

Повисла долгая, пугающая пауза.

— ...Ивана нет, — Зязин сглотнул, словно ком в горле застрял. — Только его вещи и записка.

Михаил резко остановился. Весь его гнев, вся его ярость, казалось, сосредоточились в одной точке. Записка… Что за записка? Его сердце болезненно сжалось, предчувствуя неладное.

— Что в записке? — прошипел он, голос, низкий и угрожающий, едва слышно прорезал тишину.

Зязин протянул ему смятый клочок бумаги. Михаил развернул его дрожащими руками. Почерк был корявый, неровный, но буквы складывались, в ужасающе ясное послание: "Птичка улетела. Ты проиграл".

Холод пробежал по спине Сперанского. Не просто угроза, а четкий, расчетливый план. Они играли с ним, манипулируя, используя Анастасию как приманку. Так же, как и он, хотел использовать девушку ради приманки.

— Проверить все возможные места, — отдал он короткий приказ, голос твердый, несмотря на бушующие внутри эмоции. — Найти его. Живым или мертвым.

Зязин кивнул, уже уходя, чтобы передать распоряжение. Михаил остался один, затерянный в тусклом свете лампады. Насмешка в записке – это лишь верхушка айсберга. За всем этим стоит нечто куда более масштабное, куда более опасное. Кто-то ведет игру и ставки в этой игре – человеческие жизни. Анастасия Павловна, дети, и теперь еще и Иван… все они пешки в чьей-то смертельной партии.

Потеря Ивана – это удар ниже пояса. Удар, который пробуждает в нем не только гнев, но и глубокий, опустошающий страх. Страх не за себя, а за тех, кого он должен защитить. Теперь он должен не только найти виновных, но и разобраться в сложной, запутанной интриге, которая тянется из глубины темного прошлого, грозя поглотить его и всех близких.

Теперь его ожидает не только охота, но и беспощадная борьба за правду, за справедливость, и, прежде всего, за жизни Ивана и Антонины. А это значит, что он должен быть гораздо осторожнее, чем раньше. Враг не виден, но он где-то рядом, в тени, готов нанести смертельный удар.

50. Когда спокойный Сперанский вышел из себя

Со стороны Михаила

Враг не виден, но он где-то рядом, в тени, готов нанести смертельный удар.

Неизвестность — главный фактор. Враг может быть как одним человеком, так и целой организацией, действующей скрытно и координированно. Его мотивы также остаются неизвестны. Это может быть месть, политический заговор, стремление к власти или что-то ещё, выходящее за рамки понимания.

Поскольку враг действует из тени, его методы, вероятно, будут изощрёнными и непрямыми. Это могут быть саботаж, распространение дезинформации, подкуп, шантаж, или даже более изощрённые методы, требующие глубокого анализа и расследования. Прямое столкновение маловероятно, так как это бы выявило врага.

"Смертельный удар" подразумевает серьёзную опасность. Это не просто неприятности, а угроза жизни, репутации, стабильности или чему-то очень важному для того, кто воспринимает эту угрозу. Необходимо оценить все возможные последствия "удара" и подготовиться к ним.

Ситуация требует бдительности, осторожности и тщательного анализа. Необходимо собрать информацию, изучить все возможные варианты развития событий, определить слабые места в защите и устранить их. Возможно, потребуется привлечь помощь союзников, разработать контрмеры и подготовиться к непредсказуемым действиям.

Мысленные рассуждения Михаила были прерваны простым но очень эффективным образом — надо было решать что делать с Астаховой. Девушке явно требовался отдых. Предоставить ей должный уход и спокойную атмосферу должен ее мужчина или родственник. Но никого рядом нет. Тем более, что в округе свободных квартир нет, потому что все свободные помещения сданы приезжим гостям. Даже хозяин его комнат сейчас ютиться вместе с семьей и слугами в пристройке дворника.

Михаил нахмурился, обводя взглядом скромно обставленную комнату. Решение требовало немедленных действий, а вариантов, как оказалось, было не так уж много. Отправить Астахову в больницу? Вряд ли там ей будет лучше, чем в его тесной комнатке. Да и кто будет поручителем? Оставалась еще одна, рискованная, но, возможно, единственная реальная возможность.

Оставить даму в своей комнате.

Михаил глубоко вздохнул. Вариант оставить Астахову в своей комнате был крайне рискованным, но, учитывая обстоятельства, возможно, наименее худшим. Он прекрасно понимал, что это может навредить репутации Анастасии Павловны, но, взвесив все "за" и "против", решил, что ответственность он готов взять на себя. По крайней мере, здесь, под его присмотром, она будет в безопасности.

Он начал расчищать место на диване, убирая всякие ненужные вещи. Затем, решил отдать ей свою кровать, а самому расположиться на неудобном диване. Лицо девушки было бледным, дыхание — слабым. Он накрыл ее теплым одеялом и, присев рядом, сжал маленькую ладошку в своей огромной руке, наблюдая за состоянием раненной. Мысли кружились в голове вихрем: как он объяснит все это соседям? Что скажут люди? Но сейчас эти вопросы отошли на второй план. Главное — помочь Астаховой, дать ей необходимый покой и уход. Он решил, что завтра же наймет сиделку. А пока, он будет рядом, готовый прийти на помощь в любую минуту. Несмотря на все трудности, чувство ответственности и странное, но всё более отчетливое чувство симпатии наполняли его сердце.

В этот момент его мысли крутились вокруг похищенного Ивана. Зная Зязина этот человек облезет все пути выхода из города и перекроет дорогу к границе. Возможно будут стоять посты, вестись досмотр документов, просмотрят каждого ребенка и поклажу: входит или выходит человек. Будет... Будет много шума, но мало дела.

Пока снега и вьюга никто ребенка не потащит через границу. Если похитители не хотят заморозить и потерять внебрачного сына бывшего императора. Им явно нужен живой принц. Не стали бы они так долго мучиться с планированием перевозки ребенка через всю страну, если бы их устроил...