Карина Демина – Громов: Хозяин теней – 7 (страница 7)
– Ага… и что вы девиц в подвалах держите.
– Димка?! – Никита подпрыгнул и, ухватив приятеля за плечи, тряхнул. – У тебя тут, оказывается, девиц полные подвалы! А ты молчишь!
– Я не молчу! Нет у нас девиц в подвалах!
– А ты хорошо искал?
– Хорошо! Там бочки с вином есть. Или с капустой квашеной. Репой. Мукой. Мёдом… А девиц посторонних нет!
– Прячут, – знающим тоном произнёс Метелька и увернулся от тычка в бок. – А вообще, это свинство. В кои-то веки к некромантам всамделишним попал, а у них ни девиц заточённых, ни гробов… Позор! Даже людям рассказать нечего!
– Вот и я о том же! – поддержал Орлов. – Дим, ты бы приготовился, что ли?
– Если бы знал, что вы сюда заявитесь, – невозмутимо ответил Дмитрий, – я бы всенепременно озаботился. И гробов бы прикупил…
– И девиц запер! – Метелька подхватил направление мысли.
Серега хихикнул, явно представив, как нас тащат в подвалы девиц смотреть, а вот Елизар только головой покачал, этак, с укоризной: мол, взрослые почти люди, а ведут себя совершенно непотребно.
– А ты вообще что тут делаешь? – поинтересовался я у Орлова. – И все вы. Вы ж к вам ехали? Не доехали?
– Доехали. Только отца к государю вызвали, а матушка с малыми на воды собирается, ей не до меня сейчас. И так-то… батюшка к Шуваловым обратился…
Передал, стало быть, из рук в руки, что весьма разумно в нынешних обстоятельствах.
– А машину хоть видели?
– Ага! И машину, и не только! – Серега подпрыгнул. – Там… там такие лаборатории!
– Здесь не хуже, – тихо произнёс Елизар, – но направленность иная. Никогда бы не подумал, что тёмная сила может сочетаться с медициной.
– Почему нет? – Димка удивился. – Мы давно с Гильдией сотрудничаем. Обеззараживающие артефакты кто, по-твоему, изготавливает?
– Не знаю. Я как-то и не задумывался… там… хотя нет, не Шуваловы точно. Я бы вспомнил. У меня хорошая память. Но там… погоди… – Елизар наморщил лоб. – «Васильев и сыновья». Точно. Компания.
– Наша. Просто… скажем так, некромантов не любят. И порой это мешает делам. Вот когда-то ещё мой прадед придумал назвать компанию нейтрально. А Васильево – это наше родовое поместье. В честь него и назвали. Кстати, Гильдия поддержала. Им тоже выгодно делать вид, что мы ни при чём. Сейчас как-то всё более или менее, а раньше и вправду порой случались… инциденты.
– С вилами? – не удержался Орлов.
– И с вилами. И с факелами. Наш завод под Тверью дважды поджигали.
Ответ Дмитрия заставил Орлова смутиться, ненадолго.
– Значит, и вы на выставке будете?
– Да. Небольшой павильон. Специализация всё-таки довольно узкая, не для публики, но…
– Интересная. – Елизар имел собственное мнение. – Скальпель, который сам обеззараживает и себя, ткани в месте разреза, мне кажется очень и очень важной инновацией.
– Это мелочи, – отмахнулся Димка. – На самом деле отец и дядюшка собираются представить систему очистки крови.
Ого.
И даже ага. Причём, видно, что все впечатлены.
– Правда, не от всего, но, скажем, при заражениях, особенно при гангренах, может изрядно помочь. Кровь будет забираться у пациента, проходить через систему фильтров и возвращаться обратно. И да, опыты проводились, и на животных, и на людях… Не на девицах, Никит! На тех, кто всё равно был обречён.
– И как?
– Из пятерых добровольцев один, к сожалению, погиб, а вот четверых удалось вытащить, причём двоих – даже без помощи целителя.
Димка помрачнел, вспомнив о целителе. А мне стало совсем-совсем любопытно.
– Артефактами обошлись, заряженным, – добавил он.
– А другие двое?
– Там нужна была поддержка. Наша сила и на живых сказывается. Как раз тот случай, когда лекарство может быть опаснее болезни. И Гильдия… В общем, они когда-то высказались весьма однозначно, что против вмешательства тёмной силы в жизненные процессы. Но отец полагает, что, если получится привлечь внимание Государя, то разработка получит шанс. Особенно если удастся откалибровать уровень воздействия, чтобы не было нужды в поддержке целителей.
То есть у Шуваловых с целителями идёт своя тихая маленькая война? Отсюда старший столько знает про Гильдию? И не удивлён. Вот ни нисколько не удивлён, что они конфликтуют. Гильдия, которая была когда-то монополистом, теряет своё влияние. А кому это понравится? Одно дело, когда ты держишь в руках нити жизни и здоровья. И совсем другое, когда тебя отчасти может заменить пусть сложный, дорогой, но аппарат.
– В общем… лучше пока об этом никому не рассказывать, – тихо произнёс Дмитрий. – До открытия выставки.
Выставка.
Опять выставка…
Та выставка, на которую и Демидовы припёрлись едва ли не полным составом, и Орловы вот заявились, и Шуваловы. И кто ещё?
– А на ней, говоришь, и государь будет? – поинтересовался я.
– Будет, конечно. На открытии, а потом ещё на награждении, – ответил Орлов. – Чего, думаешь, туда так все стремятся? Так с первой самой повелось, что Государь лично осматривает павильоны, вникает в суть проектов, а потом выбирает те, что считает самыми важными. И награждает. Причём награда такая, что даже неродовитый мастер потомственное дворянство может получить. Ну и ассигнование проекта, коль оно понадобится. И патент, само собой, на месте выправят, а то и выкупят права в казну, если толковое что-то… Ну и так, почётно очень.
– И почётно… – эхом повторил я.
– Да, там, конечно, потом отдельно будут награждать, скажем, те же целители свои медали чеканят, и купцы, и промышленники… и много кто ещё. Артефакторы своим конкурсом идут, и не одним, скажем есть среди школ, а есть уже среди училищ. Или даже подмастерий и мастеров… Там все три месяца каждое воскресенье что-то да будет, но…
Но это не то.
Это…
Другое. Совсем другое…
Чтоб вас…
– И когда состоится это награждение? – я прямо почувствовал, как мурашки по спине побежали. – Государево?
– Обычно через три недели после открытия. В первый день собственно открытие. Он произносит речь, потом губернатор, министры. Потом павильоны открывают, но только для Государя и свитских. Он проходит, слушает, а секретари отмечают, с кого и какие документы стребовать. Проекты ж изучать надо, – пояснил Димка. – Их загодя готовят. Там, краткое описание, сферы применения и прочее… много чего. Вот, по ним уже и смотрят, как и что. Отец говорит, что там целая экспертная комиссия заседает, разные специалисты…
– От нас в этом году отец пойдёт. – Орлов кивнул. – От вас будут?
– Нет. – Шувалов покачал головой. – Только союзники, потому что Гильдия однозначно выступит против, но…
Чую, в этой комиссии та ещё грызня предвидится.
Но важно не это.
– Дайте угадаю, о награждении извещают загодя, чтобы награждаемые не свалили вдруг куда-нибудь. И поскольку событие важное, то соберутся все: и причастные, и любопытные…
Потому как ни один придворный не упустит случая показаться на глаза венценосной особе.
– А ещё добавим простой люд…
– Как раз для простого люда павильоны в эти дни будут закрыты. – Орлов нахмурился. – За исключением, конечно, тех, кто непосредственно участвует в выставке.
Чудесно.
Просто чудесно.
Прям мечта революционера. Весь цвет аристократии и в одном месте. Будто по заказу свыше.
– А в этом году и награждение школьных проектов совместят, – подал голос Серёга. – Наверное. Алексей Михайлович говорил. Ну, раньше.
Ещё и школьные.
– А… не боятся? – осторожно уточнил я.
Спрашивать надо бы не у Сереги, а у того же Карпа Евстратовича, но его тут нет. А так спрошу. Вот как свидимся в следующий раз, так и спрошу, каким местом на верхах думают. Даже у задницы с головой какая-никакая связь имеется. А тут такое чувство, что издеваются. Причём не понятно над кем.