Карен Огандж (Оганджанян) – Даниел Бек (страница 1)
Карен Огандж (Оганджанян)
Даниел Бек
Слово редактора
Историко-фантастический роман «Даниел Бек» выдающегося армянского русскоязычного писателя и поэта Карена Оганджа, написанный под впечатлением от удручающих результатов сорокачетырехдневной войны в Нагорном Карабахе, с первых же строк увлекает читателя в мир переживаний и приключений, призывая его включиться в процесс предположений и домысливаний: «А что будет потом, что задумал автор?».
Один из главных героев романа Абрам, опечаленный тяжелыми последствиями войны, ночью просыпается в конвульсиях от увиденного странного сна: ему привиделось, что к нему приходит князь Даниел Бек Пирумов, герой Сардарапатской битвы и показывает ему зари-совку, похожую на штрих-код, посредством активации которого возможно вызвать его, Даниел Бека, из параллельного мира в настоящий, в котором живут Абрам и его подруга Тамара… Именно с активацией штрих-кода начинается целая эпопея телепортаций Даниел Бека и других видных деятелей параллельного мира на видимую Землю, в Нагорный Карабах…
С характерным для своего пера трепетом и тактом писатель описывает сцену первой реальной встречи великого героя в квартире Абрама, когда взору пришельца из Первой параллельной предстает вывешенный на стене древний карпет, и он узнает в нем тот самый ковер, который в пору его земного детства висел над кроваткой…
В одну из своих очередных телепортаций на бывшую Родину Даниел Бек берет с собой и самого продвинутого на всех параллелях Земли попугая Нестора, завсегдатая домов всех значимых фигур Альфены, центра Первой параллельной. Именно с появлением Нестора в Сте-панакерте и его стремительной реакцией на барражирущего в небе над городом дрона и его нейтрализацией началась разработка нового оружия против беспилотников на Первой параллельной, которое было преподнесено в качестве дара ее гражданами народу Нагорного Карабаха. Это самое «человечное» оружие в конечном итоге, по замыслу автора, позволило карабахцам восстановить попранную справедливость и с достоинством перелистать печальную страницу своей истории на пути дальнейшего расцвета и процветания.
Художественное повествование романа причудливо сочетается с изложением современных и исторических событий на фоне телепортации главного героя Даниел Бека в свое прошлое для выяснения истины и поиска ответа на вопрос: почему так случилось? Разгадка прошлого в сочетании с событиями современности дала возможность Даниел Беку во второй раз в судьбоносный период истории помочь своему израненному душевно и физически народу.
В романе писатель, как всегда, мастерски сочетает канву пове-ствования с непревзойденным по лиризму описанием природы на видимой и параллельной Земли, взаимоотношений героев, их быта и культуры. Не обошел писатель вниманием и печальные картины послевоенного Степанакерта, которые просто берут за душу любого.
Завершается роман парадом Победы в Степанакерте, на котором, помимо народа-победителя, присутствуют все главные лица Первой параллельной Земли, вернувшие уверенность и достоинство всему армянскому народу.
Роман «Даниел Бек» – это не только историко-фантастический роман. В нем писатель представляет свою матрицу будущего чело-вечества, в основе которой лежит приоритет высокоразвитого интеллекта, призванного служить идеям справедливости и гуманизма…
Гаянэ Бегларян, литературный критик
Странный сон
Абрам в последние месяцы чувствовал себя неважно. Усталость непонятного происхождения сковывала его энергичный и импульсивный характер, так отличавший его от сородичей и друзей. То ли продолжающаяся пандемия COVID-19, то ли позорный результат войны с Азербайджаном, положивший конец государственности Карабаха, повлияли на него подобным образом, изменив не только его характер, но и все, что было связано с его мировосприятием.
Будучи выходцем из аристократической династии Пирумовых, прославившей в двадцатые годы прошлого столетия свой род и Карабах на весь мир, он в высшей степени болезненно переносил потерю Родины. Абрам чувствовал себя виноватым во всем, что случилось прошлой осенью, хотя, по большому счету, в том, что произошло, он виноват был ровно настолько, насколько мог быть виноват самый заурядный гражданин страны. И тем не менее тяжелые думы и самоистязание не отпускали его ни на минуту. Хорошо ещё, что рядом находилась Тамара, утонченная и чуткая натура которой помогала снимать с него напряжение дня. Она, как никто другой, чувствовала любимого человека и старалась выстраивать свои отношения с ним таким образом, чтобы они не становились дополнительной проблемой для него. И Абрам, видя самоотверженность любимой женщины, был очень признателен ей и старался проявлять в отношении к ней весь свой позитив, который у него, как ни странно, ещё сохранился.
Был вечер, весна потихонечку отвоевывала у зимы свои права и впервые за последние две недели показала своя силу. Вовсю запели птички, и даже самец кукушки приступил к
«считыванию» то ли прожитых, то ли предстоящих лет до начала наступления сумерек, гордо демонстрируя своей кукушке таланты.
– Ты посмотри,– удивленно обратился Абрам к Тамаре,-ты когда-нибудь слышала, чтобы кукуш начал петь в столь раннее время?
После того, как Абрам обратил внимание подруги на факт пламенного проявления чувств парой кукушек, Тамара, прислушавшись, произнесла:
– И впрямь, впервые слышу ку-ку в это время дня.
– Даже в природе все изменилось,– философски заключил Абрам и, подойдя к любимой и потянув ее в свои объятия, предложил пойти прогуляться.– На дворе весна, может, вдохнем её, и жизнь наша тоже изменится?..
Прогулка по безлюдным улочкам родного города на фоне нарастающего пения птиц и набегавшего ветерка на время сняла напряжение с души Абрама, и он в какой-то момент почувствовал себя, как прежде, но это длилось недолго. Вернувшись домой и выпив ароматного чая из карабахских трав чабреца и мяты, он поцеловал Тамару и раньше времени пошел спать.
Посреди ночи его вдруг стало колотить, да так, что от вибрации проснулась Тамара и в испуге начала будить Абрама. Его мертвенно-бледное лицо отражало последствия жутких судорог, что ввергло Тамару в состояние ужаса. И только когда Абрам приоткрыл глаза, на его лице снова появились покой и умиротворение.
– Что ты на меня так смотришь?– спросил он, увидев наклонившееся над ним испуганное лицо подруги.
Тамара передала ему то, что с ним только что случилось, а Абрам, спокойно выслушав ее рассказ, принялся делиться увиденным во сне:
– Трудно представить, что сон может вызвать такую внешнюю реакцию. Мне приснилось, что я встречаюсь с моим великим предком, спасителем армянской нации и государственности, Даниел Беком Пирумовым,– как ни в чем не бывало стал в деталях пересказывать сон Абрам.– Я его видел настолько отчетливо, и он говорил со мной так естественно, как будто это было наяву. Я дотронулся до него, а он меня обнял, похвалил, и даже сказал, что гордится мною. А потом он дал обещание, что вернётся в Арцах и Армению и устроит туркам второй Сардарапат. Потом он стал удаляться в какую-то туманность, а до того как исчезнуть, произнес слова:
«Запомни этот рисунок! С его помощью ты сможешь меня вызвать в любое время!». Затем он скрылся. А рисунок ещё долго излучал некие сигналы по всему периметру конфигурации. Кажется, я запомнил этот рисунок,– вздохнув с облегчением, добавил Абрам и, быстро встав с постели, подбежал к компьютеру и начал чертить увиденное.
– Что это?– увидев на компьютере картину в виде штрих-кода, спросила с легким испугом Тамара.
Кажется, это штрих-код. В нем должна содержаться подсказка – как снова увидеться с князем Даниел Беком…
Как вкусно пахнет…
После того, как Абрам проснулся от конвульсий, вызванных видением и ставших предлогом для серьезного беспокойства Тамары, всю оставшуюся часть ночи ни он, ни Тамара не смогли сомкнуть глаз. Абрам был увлечён анализом своего сна, а Тамара всерьёз забеспокоилась о психическом здоровье друга. Несмотря на то, что внешне поведение и мысли Абрама не намекали на психические отклонения, Тамару охватило жуткое смятение от убежденности Абрама посредством штрих-кода вернуть время вспять и вызвать Даниел Бека в сегодняшнюю реальность. Чем больше Абрам рассуждал о такой возможности, тем сильнее в Тамаре нарастали подозрения.
Чтобы отвлечь Абрама от навязчивой идеи, связанной с штрих-кодом, и вернуть друга в реальность, она предложила ему выпить кофе и по рюмочке армянского коньяка. Она ушла на кухню готовить кофе, а Абрам снова уселся за компьютер и стал внимательно вглядываться в нарисованный им на экране штрих-код, пытаясь сверить его с тем, что привиделось во сне. Все совпадало до мелочей. Было странным и то, что картина непроизвольно всплывала перед его глазами, и он сопоставлял ее с тем, что было уже заложено в компьютере. Пока он копошился у компьютера, Тамара пару раз прибегала в гостиную – удостовериться, что с другом все в порядке. Найдя Абрама в нормальном состоянии, она спокойно стала доваривать кофе, который своим ароматом заполнил всю квартиру.
– Как вкусно пахнет!– раздался рядом незнакомый мужской голос…
– Абрам?– удивленно спросила Тамара, но, не получив ответа, стала разливать кофе в чашки.