Капитан М. – Кровавый меридиан (страница 2)

– Капитан? – спросил он на ломаном русском.

– Я капитан, – твёрдо ответил Волохов, глядя ему прямо в глаза. – Что вам нужно?

– Нам нужно забрать то, что принадлежит нам, – улыбнулся тот, но улыбка не коснулась его глаз. – Несколько контейнеров, которые по ошибке оказались в вашем грузе. Мы их заберём, и мы уйдём. Никто не пострадает.

– Это международные воды, – спокойно возразил капитан. – У вас есть ордер? Вы представляете какую-либо власть?

– Власть здесь – мы, – отрезал главарь. – Не заставляй нас нервничать, капитан. Мы просто заберём груз. Это быстро. А вы постоите в сторонке.

Он дал знак своим людям, и те, сверившись с какими-то бумагами в планшете, побежали в лабиринт контейнеров. Они явно знали, что ищут. Волохов похолодел. Они искали не просто контейнеры. Они искали что-то конкретное. И, судя по количеству вооружённых людей, готовых убивать, это «что-то» стоило огромных денег.

– Виктор Андреич, – еле слышно прошептал стоявший за спиной старпом. – Они не похожи на бандитов с большой дороги. Слишком организованные.

– Военная структура, – так же тихо ответил капитан. – Наёмники. Частная армия. Или хуже.

Прошло около двадцати минут томительного ожидания. Бандиты (назовём их так) шарили по палубе, проверяли номера контейнеров, сверялись со списками. Наконец, один из них, молодой парень с нашивками сержанта, подбежал к главарю и что-то быстро затараторил на английском, показывая рукой в сторону кормы. Главарь нахмурился, махнул рукой, и они всей группой направились туда, куда показывал сержант. Проходя мимо Волохова, главарь процедил:

– Капитан, твой грузовой манифест. Он врёт. Здесь не хватает одного контейнера. И он должен быть здесь.

– Я ничего не знаю о ваших контейнерах, – пожал плечами Волохов. – Я выполняю рейс по контракту. Всё, что на борту, указано в манифесте.

– Значит, кто-то из твоих людей ошибся при погрузке, – главарь зло прищурился. – Или… ты нарочно спрятал его?

– Мне это не нужно, – твёрдо сказал капитан. – Ищите сами. Но учтите: вскрытие контейнеров без санкции владельца груза – это пиратство. Вы это понимаете?

Главарь лишь усмехнулся и пошёл дальше.

А на палубе, в том самом ряду, где искали налётчики, творилось нечто странное. Моторист Колян, которого во время вторжения никто не заметил (он был в машинном отделении и вылез через запасной люк), пробрался к контейнерам, чтобы хоть одним глазком взглянуть, что происходит. Он был молод, любопытен и, как все молодые, безрассуден.

Он видел, как налётчики осматривали контейнеры, что-то выискивая. Вдруг его взгляд упал на один из них, стоявший чуть поодаль, под номером, который он где-то уже видел. Это был тот самый тёмно-синий контейнер с почти стёртой маркировкой. Колян подошёл ближе. Ему показалось, или изнутри действительно доносится какой-то звук? Слабый, похожий то ли на стон, то ли на плач.

Он прижался ухом к холодному металлу. Звук повторился. Определённо, внутри кто-то был. Не одно существо, много. Живые люди. Сердце Коляна ушло в пятки. Он понял, что это те самые рабы, о которых он читал в криминальной хронике. Или заложники. Или что-то ещё страшнее.

В этот момент за его спиной раздался крик на английском. Колян обернулся и увидел направленный на него автоматный ствол. Налётчик, тот самый молодой сержант, орал, чтобы он отошёл от контейнера. Колян поднял руки вверх и попятился, но его глаза всё ещё были прикованы к синему ящику.

– Стоять! – рявкнул по-русски подоспевший главарь. – Ты что здесь делаешь, щенок?

– Я… я услышал звуки… – пролепетал Колян. – Там люди… Живые люди внутри.

Лицо главаря на мгновение исказила злая гримаса, но он быстро взял себя в руки.

– Тебе показалось, парень. Там груз. Обычный груз. А теперь вали отсюда, пока цел.

Но Колян не двигался. Страх боролся в нём с отчаянием. Он не мог уйти, зная, что там, взаперти, возможно, умирают люди.

– Нет, – сказал он тихо, но твёрдо. – Я не уйду. Вы не имеете права…

Договорить он не успел. Главарь, не целясь, ударил его рукояткой пистолета по голове. Колян рухнул на палубу как подкошенный, из рассечённой брови хлынула кровь.

– Колян! – раздался дикий крик Паши Ступина, который тоже выбрался на палубу и увидел, как упал его друг.

Ступин, огромный рыжий механик, не думая о последствиях, с гаечным ключом в руке бросился на главаря. Двое наёмников мгновенно перехватили его, скрутили и повалили на палубу, приставив ствол к затылку.

– Спокойно, – раздался властный голос Волохова, который вместе со старпомом подбежал к месту событий. – Отпустите моего человека. Он погорячился. Я уведу их.

– Поздно, капитан, – холодно ответил главарь, потирая ушибленную руку (удар Ступина всё же достиг цели). – Твои люди суют нос не в свои дела. Это плохо кончится.

– Мы уйдём, – настаивал Волохов. – Мы не хотим проблем. Забирайте свои контейнеры и уходите. Мы ничего не видели.

– Ах, не видели? – усмехнулся главарь. – А этот? – он ткнул носком ботинка в лежащего без сознания Коляна. – Он слышал. Он знает. И вы все теперь знаете.

Ситуация накалилась до предела. Семеро моряков, безоружных, стояли перед десятком вооружённых до зубов головорезов. И те явно не собирались оставлять свидетелей.

Вдруг в напряжённой тишине раздался новый звук. Громкий, металлический лязг. Он доносился откуда-то со стороны кормы. Все, включая наёмников, обернулись. Лязг повторился, а затем раздался протяжный, душераздирающий скрежет, будто кто-то пытался открыть контейнер изнутри, используя нечеловеческую силу.

– Что за чёрт? – выругался один из наёмников.

– Это с тридцать седьмого! – крикнул другой. – Синий контейнер! Там что-то происходит!

Главарь побледнел. Он явно знал, что в том контейнере, кроме девушек, было кое-что ещё. То, что не должно было активироваться. То, что было спрятано под полом, в тайнике. Взрывчатка. И если её сейчас повредят…

– Отойти всем от контейнера! – заорал он не своим голосом. – Быстро! Назад!

Но было поздно. Внутри синего ящика, в кромешной темноте, отчаявшиеся девушки, почувствовав вибрацию и услышав голоса снаружи, решились на отчаянный шаг. Несколько самых сильных, включая Марию, навалились на дверь всем телом. Они били в неё ногами, руками, чем попало. Они не знали, что их отчаянные удары приходятся как раз в то место, где за фальшивой стеной был закреплён детонатор, соединённый с зарядом тротила.

Раздался щелчок. Механический, негромкий, но от него у всех, кто стоял на палубе, кровь застыла в жилах. На маленьком электронном блоке, прикреплённом к двери контейнера снаружи, загорелся красный огонёк. Он начал мигать. Размеренно. Медленно. Как сердцебиение умирающего зверя.

– О нет… – прошептал главарь, пятясь назад. – Нет, нет, нет…

– Что это? – спросил Волохов, хотя уже догадывался.

– Это… это датчик, – голос главаря сорвался на фальцет. – Если дверь откроется… рванёт. Полкорабля вдребезги. Мы все…

– Так закройте её! Успокойте их! – крикнул старпом.

– Как? – огрызнулся главарь. – Там внутри полсотни баб в истерике. Они её сейчас вынесут!

Действительно, удары изнутри становились всё сильнее, всё отчаяннее. Девушки чувствовали, что снаружи есть люди, помощь близко, и это придавало им сил. Они не знали, что их спасение обернётся всеобщей гибелью.

– Надо открывать! – вдруг твёрдо сказал Волохов. – Если они выломают дверь сами, от взрывной волны детонатор сработает гарантированно. Если мы откроем её контролируемо, медленно, может быть…

– Ты с ума сошёл, капитан! – закричал главарь. – Мы не знаем код! Её нельзя открывать! Это смерть!

– А если не открывать, они выломают её через пять минут, – спокойно парировал Волохов. – И тогда смерть гарантирована. Выбирайте.

На палубе воцарилась мёртвая тишина, нарушаемая лишь ритмичным миганием красного огонька и глухими ударами изнутри контейнера. Семь русских моряков и дюжина вооружённых наёмников стояли перед выбором, который не должен был вставать ни перед одним человеком в мире. И этот выбор надо было делать сейчас.

Волохов посмотрел на своих людей. В их глазах он увидел не страх, а решимость. Они были моряками. Они привыкли смотреть смерти в лицо. Ступин, всё ещё лежащий на палубе, приподнял голову и криво усмехнулся разбитыми губами. Старпом Молчан молча кивнул капитану. Сашка-матрос сжал кулаки. Даже Колян, приходя в себя, слабо пошевелился.

– Мы открываем, – твёрдо сказал Волохов. – И точка. А вы, – он повернулся к главарю, – если хотите жить, помогите. Или убирайтесь с корабля к чёртовой матери.

Главарь заколебался. Его люди смотрели на него, ожидая приказа. В их глазах тоже читался страх. Они были наёмниками, но не смертниками.

– У нас нет выбора, – наконец выдавил из себя главарь. – Но если рванёт…

– Если рванёт, нам будет всё равно, – оборвал его Волохов. – А ну, взяли инструмент! – скомандовал он своим. – Паша, тащи ломы и монтировки. Будем вскрывать эту консервную банку. Аккуратно, как операцию на сердце делаем. Ни одного лишнего движения. Понял?

Ступин, забыв о боли, вскочил и побежал в мастерскую. Наёмники, повинуясь стадному инстинкту, тоже начали двигаться, хотя оружия никто не опустил.

Волохов подошёл к двери контейнера. Он провёл рукой по холодному металлу, чувствуя, как вибрирует стена от ударов изнутри.

– Тише вы там, – крикнул он по-русски, хотя не был уверен, что его поймут. – Тише! Мы вас спасаем. Не бейте больше! Мы откроем сами.