Калле Каспер – Братья Луйк (страница 3)

– Большое спасибо, – не без кокетства ответила Мерлин и протянула руку за сигаретой.

Сергеев заметил, что ее длинные ногти покрыты фиолетовым лаком. Он встал и зажег спичку. Мерлин нагнулась к огню, и глубокое декольте открыло возбуждающую картину – бюстгальтер девушка не носила.

«Соблазнительные девицы обитают в Чухонии», – подумал он.

Когда Мерлин исчезла в толпе, Сергеев сел обратно за стол и обнаружил, что бокалы пусты.

– Закажем еще? – спросил он.

– Можно.

Перерыв в танцах они скоротали в импровизированном баре, который по случаю праздника был оборудован в охотничьем зале замка. Сергеев встал и направился к стойке, но на полпути сообразил, что с предложением поспешил: ему грозила опасность надолго застрять в длинной, больше десяти человек, очереди. Немного поколебавшись, он вернулся.

– Я очень извиняюсь, но советский образ жизни мне не подходит. Если позволите, я подожду, пока обстановка у бара будет менее напоминать очередь в Эрмитаж.

Тийа вновь расхохоталась.

– Похоже, вы весьма скептически относитесь к существующему строю.

– А как еще можно к нему относиться? Неужели вы верите в коммунизм?

– Как можно верить в такую нелепицу?

– Браво! Анатолий Максимович Гольдберг был бы счастлив такое услышать.

– Кто это?

– Комментатор Би-Би-Си. Он каждую передачу завершает словами: пусть торжествует разум!

– Я разделяю его взгляды.

Без новой порции коктейля пребывание в накуренном зале стало неуютным.

– Как насчет небольшой прогулки? Познакомьте меня с окрестностями, ансамблем мызы, – предложил Сергеев.

– Хорошо.

Они пошли в гардероб, оделись и вышли на пандус.

– С чего начнем экскурсию? – спросил Сергеев. Tete a tete обязывал его к проявлению инициативы, но прежде надо было создать благоприятную обстановку. – Может, сначала осмотрим главное здание? – продолжил он, спускаясь по лестнице. – Как я понимаю, построено оно в прошлом веке. По сравнению с Петергофом, конечно, выглядит бледновато, но на фоне окружающей деревянной архитектуры предстает весьма импозантным.

Они прошли мимо дремлющих на стоянке автобусов и машин и прогулялись к отдаленному флигелю.

– Граф, говорят, был с большими странностями, – вспомнила Тийа. – Он занимался добрым десятком наук: медициной, астрономией, биологией, философией, химией, филологией и еще бог знает чем. Пытался внедрить в эстонском языке категорию рода, между прочим, безуспешно, вывел несколько новых сортов моркови и выступил с теорией, что время – понятие относительное. Вот там, видите, его обсерватория, где он изучал лунные кратеры.

– Г-мм, как я понимаю, его еще и геральдика интересовала?

Сергеев успел уже положить руку на плечо партнерши по танцу с высоким бюстом, поэтому сразу почувствовал, как Тийа вздрогнула.

– Вам холодно? – спросил он заботливо.

Тийа не ответила.

– Что случилось? Вы вся дрожите!

Спутница рассмеялась, правда, весьма принужденно.

– Нет, ничего. Просто это флаг не графа.

– А чей же? Может, на вашем празднике иностранцы присутствуют? Хотя, насколько помню, в атласе я такой расцветки не встречал. Очень интересное оформление – ни одного теплого тона: ни красного, ни желтого, ни зеленого. Только черный и белый.

– Синий, черный и белый, – автоматически поправила Тийа.

– Может быть, – согласился Сергеев. – Освещенность неважная, одной луны мало, чтобы различать темно-синее и черное. Но я все-таки не понимаю, почему какой-то флаг так действует на вас?

– Потому что это триколор буржуазной Эстонской Республики.

– Ах, вот оно что! Но такого государства ведь больше нет?

Пространство между ними буквально наэлектризовалось.

– Вы совершенно правы. Государство исчезло, и даже вспоминать о нем запрещено. А это значит, что только за один взгляд на такой флаг можно оказаться в тюрьме.

Сергеев ухмыльнулся.

– Ну, за то, что только смотришь, вряд ли.

Спокойствие кавалера повлияло и на Тийу.

– Но за водружение такого флага – всенепременно! – возразила она.

Сергеев некоторое время размышлял.

– Вы уверены, что это так опасно?

– Конечно! Вы что, не знаете коммунистов? Они ненавидят все, что было до них.

Сергеев горько усмехнулся.

– У них на это есть причины, они не выдерживают сравнения. – Он немного помолчал и решительно произнес: – Здесь попахивает провокацией. Кто-то хочет испортить ваш праздник.

Тийа кивнула: ей и самой пришло в голову то же самое.

– А что делать? – спросила она беспомощно.

Сергеев щелкнул пальцами.

– Знаешь ли ты какого-нибудь мужчину-коллегу, которому можно доверять? – Он машинально перешел на ты.

– Даже нескольких, – убежденно ответила Тийа.

Ответ показался Сергееву сомнительным, но спорить он не стал.

– Тогда позови его, поднимитесь с ним на башню и снимите этот незаконный стяг. Я останусь здесь, посторожу и отвлеку, если появятся любопытствующие.

Совет Тийе понравился. Не теряя времени, она почти бегом направилась к крыльцу.

Сильвер Луйк демонстративно почесал патлатую голову.

– Четыре без козыря!

– Пас, – протянул Тоомас Китсе.

Мерлин Теэяэр собрала разложенные веером карты и перебрала их по одной.

– Пять червей.

Довольная сказанным, она взяла с края пепельницы сигарету и сделала глубокую затяжку.

– Пас, – бесстрастно пробурчал Сёрен Халлик.

Сильвер бросил на Мерлин пристальный взгляд из-за стекол сильных очков. Мерлин, заметив охватившее партнера сомнение, улыбнулась как ни в чем не бывало.

– Шесть пик, – торжественно объявил Сильвер.

Все быстренько спасовали. Китсе немного подумал и пошел с двойки треф. Мерлин, поблескивая лиловыми ногтями, выложила карты на стол. Сильвер глубоко вздохнул.

– Деточка, у тебя же нет двух тузов! У тебя только один туз.