К2 – Лао Шэн, или В поисках своего мира (страница 8)

– Нагваль, проснись, мы никуда не улетели, – меня начинает раздражать этот его ступор. Он снова трясёт головой, его взгляд постепенно приобретает осмысленное выражение.

– Ты видел? – он говорит хриплым голосом с какой-то безумной интонацией, от чего мне становится не по себе. Я стараюсь отшутиться:

– Если ты про китайских монахов, вылезавших из кувшина, то нет.

– Точно? – в голосе Нагваля звучит такой неподдельный интерес, что я с ужасом понимаю, что концентрация доли правды в моей шутке была избыточной.

– Что произошло? – спрашиваю, с ужасом уже ожидая ответ.

– Я всё видел. Всё, что ты мне рассказывал, все эти возникающие пространства и миры… И как потом всё остановилось, – последнюю фразу он говорит задумчиво и даже немного испуганно, оглядываясь по сторонам, очевидно, ища изменения в обстановке. Постепенно его испуг проходит.

«Естественно, – думаю про себя, – бардак в твоей квартире – практически идеальный хаос. Он в любом измерении одинаков. Посмотрю я на тебя, когда ты выйдешь на улицу».

Но, как выясняется, в этом уже нет необходимости, так блуждающий взгляд Нагваля внезапно на чем-то останавливается.

– Кажется, этого тут не было, – он подходит к полке и берёт с неё внушительного размера зелёный камень, похожий на малахит. Выражение его лица приобретает какое-то безучастное выражение.

– И этого тоже, – продолжая держать камень, он берёт левой рукой лежащую рядом африканскую маску. Я понимаю, что надо срочно вмешаться, пока знакомство с новым миром не закончилось для него нервным срывом.

– Успокойся, Нагваль, – говорю я, стараясь придать голосу твёрдость. – Ничего особо страшного не произошло, и серьёзно мир не изменился. Хорошая новость – в нём есть принесённый мной хороший чай. Давай выпьем, и пусть первые впечатления от этого мира будут позитивными.

– Какой я тебе на хрен Нагваль! Почему ты меня так называешь? – его нервная система, похоже, уже не выдерживает нагрузки.

– Может, потому, что в этом мире тебя так зовут? – решаю его не жалеть. – Добро пожаловать в новый мир.

Следующий час трачу на отпаивание его чаем и выслушивание бессвязного рассказа о путешествии по бесконечному пространству внутри моего кувшина. В конечном итоге он вроде немного успокоился и даже развеселился – наконец-то с ним случилось настоящее чудо, о котором он имел только теоретическое представление. Я, как уже «опытный» путешественник, даю ему некоторые инструкции, как себя вести, чтобы особо не шокировать окружающих. Убедившись, что первый стресс у него прошёл, и взяв обещание в случае возникновения проблем с этим миром немедленно звонить мне (не зная пока, правда, чем смогу помочь), я его оставляю. Мне срочно необходимо и самому спокойно проанализировать ситуацию.

Через час напряжённого малеванья на листке геометрических фигур и букв вырисовывается следующая картина:

А. Для активации этого странного кувшина не надо долго практиковаться, как утверждал Нагваль, достаточно просто посветить ультрафиолетом внутрь.

Б. Процесс происходит совершенно неуправляемо, в связи с чем до его полного понимания эксперименты лучше отложить.

В. Новый мир ненамного отличается от прежнего. Разница только в альтернативной памяти о прошлом мире.

Г. Кувшин может как отправить владельца в другой мир, так и доставить ему кого-то из другого в этот мир. Опять-таки рандомным образом.

Выжидаю день в надежде, что Нагваль позвонит первым. Этого не происходит. На второй день набираю его сам. Голос на том конце, к моему удивлению и радости, бодрый.

– Ты представляешь, – Нагваль говорит возбужденно, что для меня уже непривычно, – здесь у меня есть бывшая жена и сын! Я с ним сегодня виделся, учится в третьем классе, прикинь?

– Так это хорошо? – спрашиваю неуверенно.

– Конечно, он такой умный и тоже уже интересуется сверхъестественными явлениями. И представляешь, что я ему когда-нибудь расскажу, что попал сюда из другого мира.

– Ты уж с этим лучше пока не торопись, – перебиваю его. – А в остальном всё нормально?

– Да. Мне тут даже больше нравится, всё такое новое, интересное, прямо как в детстве.

– Ну тогда, – говорю с иронией, – если что, обращайся, заброшу ещё куда-нибудь, когда здесь надоест.

Нагваль осекается на полуслове.

– Знаешь, – говорит он, видимо, не особо оценив шутку, – я лучше здесь останусь. Сам понимаешь, если повезло один раз, в следующий это уже совсем не факт. Я, кстати, вчера всю ночь пытался разобраться, как же всё так легко получилось: посветил фонариком – и раз, ты в другом мире. Мы же даже никакие обряды не выполняли.

– Так ты нашёл что-нибудь? – прерываю его, не скрывая нетерпения.

– Да, есть одна мысль, но проверить бы надо.

– Господи, да говори уже, что придумал, не тяни, – меня начинает раздражать его не к месту рассудительный тон.

– В общем, если коротко, ультрафиолет имеет самую короткую длину волны в нашем мире и находится в спектре как видимого, так и невидимого нами излучения, так сказать, непроявленного для наших органов чувств. Это то, что китайские даосы называли туманно Единое, а именно изначальная вибрация, которая, в дальнейшем проявляясь, создаёт более плотные колебания, и так постепенно образуется весь проявленный мир. Приходя в тонкое состояние восприятия, даосы пытались почувствовать этот переход из непроявленного в проявленное. Конечно, за счёт многолетних практик. А мы с тобой просто использовали достижения современной техники и запустили этот процесс, так сказать, от другого, уже внешнего, источника.

– Так что, они могли чувствовать ультрафиолет? – в его рассуждениях, на мой взгляд, что-то не складывалось.

– Естественно, нет, – Нагваль опять переходит на снисходительный тон. – Ты пойми, для этой штуки неважно, каким источником её активируют. Это же переход из непроявленного в реальность. А в какую сферу реальности: свет, звук или мысль, – это уже неважно. Кстати, мы вполне могли запустить процесс и ультразвуком. Только я это делать не буду, а сам, если хочешь, попробуй.

– Хорошо, запустить процесс мы смогли, а как же им теперь управлять?

– С этим я ещё разбираюсь, но пока идей нет от слова «совсем». Если правильно понимаю, то эта штука должна была переносить человека в новый мир, где он добывал знания, которых в его мире нет. Но как же он потом возвращался? Ведь невозможно полностью запомнить такой сложный узор своего мира и ещё потом как-то его воспроизвести.

Понимаю, что больше информации мне из него сегодня не выжать. Поговорив ещё пару минут и убедившись, что у него, как и у меня, отношения с новым миром наладились, прощаюсь, взяв с него обещание звонить в любое время, если появится хоть малейшая идея.

***

Прошло ещё три дня, а Нагваль так и не позвонил. Когда я в нетерпении набираю его сам, он сухо отвечает, что пока ничего не узнал. Неожиданно внутри чувствую какое-то лёгкое отчаяние. Вечером сижу в своей квартире, к которой никак не могу привыкнуть, и смотрю в одну точку. В какой-то момент отчётливо понимаю, что это состояние медленно, но верно вгоняет меня в депрессию. Этой роскоши я себе позволить не могу. Срочно надо как-то переключиться. Встречаться с Машей в таком состоянии не хочу – незачем напрягать девушку своим унылым видом. Открываю приложение с расписанием городских развлечений на сегодня. Кино, выставки, семинары – всё не то. А вот это уже интереснее – «Джаз джем сейшен в пабе "Луи и Френки"». Выступление, судя по всему, уже началось, но я всё равно не думаю торопиться. Решив сегодня ехать на такси, уверенно подхожу к доставшемуся мне по наследству от прошлого Энди бару. На днях я его неожиданно обнаружил в неприметном на первый взгляд встроенном шкафчике. Ассортимент радует разнообразием и качеством. Видимо, мой предшественник уделял этим напиткам больше внимания, чем я. Решив не зависать на этой дегустации, выпиваю пару шотов текилы. Качество такое, что закусывать совсем не хочется. Алкоголь, не часто попадающий в мой организм, сразу занялся делом, затуманивая мозг и создавая в теле лёгкое расслабление. Не самый любимый мой метод отключения мыслительного процесса, но, как говорится, серьёзные времена требуют серьёзных решений.

Глава 6

Как происходит весь этот джаз?

Если вы спрашиваете, что такое джаз,

то вам этого никогда не понять.

Луи Армстронг

Несмотря на вечер буднего дня, паб практически полон. Вокруг довольно шумно, но уютно. Видно, что публика воспитанная и однозначно пришла не ужинать. Свободных мест почти нет. За столиком в углу в одиночестве сидит мужчина примерно моего возраста. Может, он кого-то и ждёт, но понимая, что другого варианта слушать сидя мне сегодня не светит, двигаюсь в его сторону:

– Не возражаете, если составлю Вам компанию?

Мужчина поднимает на меня внимательный взгляд. В образе просвечивается нечто богемное, может, из-за сочетания пышных волнистых волос, длинных пальцев и непривычной формы очков.

– Садитесь, – кивнул он с вежливой улыбкой, которая сразу к нему располагает.

– Благодарю, – усаживаюсь, радуясь своей удаче. – Могу ли я компенсировать неудобство и купить Вам что-нибудь выпить?

– Почему бы и нет, возьмите мне то же, что будете пить сами.

– Меня зовут Энди.

– Марк, – он бодро пожимает мою протянутую руку.

Заказав пару двойных виски со льдом и немного выпив с Марком за знакомство, переключаю внимание на сцену. Честно говоря, не считаю себя большим поклонником джаза, тем более современного. Последний если и могу воспринимать, то только на таком живом выступлении, когда ты находишься в непосредственном процессе возникновения музыки. Тогда кажется, что начинаешь ощущать её так, как исполнитель, и даже становишься как бы невольным участником её рождения.