К2 – Лао Шэн, или В поисках своего мира (страница 10)

На мониторе в поисковике открыта куча вкладок. Понимая, что у меня есть только один шанс разобраться, что узнал мой несчастный информатор перед смертью, достаю телефон и аккуратно фотографирую каждую страницу. Потом открываю историю поиска и делаю фото посещённых за последние дни интернет-адресов. На лестнице слышен быстрый топот многочисленных ног. Полиция приходит как раз вовремя, когда я уже сохранил всю необходимую информацию.

Далее следуют бюрократические процедуры допроса. Одновременно с этим медэксперт осматривает тело Нагваля. На мой вопрос о причине смерти отвечает, что, скорее всего, остановка сердца. Причина – малоподвижный образ жизни на фоне значительной нагрузки на нервную систему из-за постоянного нахождения в Интернете. В последнее время это рядовой случай. В общем, ни о каком убийстве речи идти не может. Открытая дверь в квартиру означает только то, что умерший не закрыл её по рассеянности.

Естественно, я не делюсь наблюдениями об излишнем хаосе в комнате и необычном порядке на кухне, понимая, что полиция будет до последнего держаться версии естественной скоропостижной смерти, чтобы не добавлять себе работы. Меня же преследует стойкая уверенность, что причиной случившегося стал мой злосчастный китайский сосуд. Посему принимаю решение взять на себя все затраты на похороны. С помощью оперативника тут же узнаю телефон ближайших родственников Нагваля, которой оказалась сестра. На всякий случай покупаю новую сим-карту и звоню его сестре. Представившись старым другом, говорю, что, к сожалению, не смогу присутствовать на похоронах, но имею большое желание и возможность оплатить все расходы. Сестра, естественно, не возражает, даже не уточняя деталей нашего знакомства. После этого анонимно резервирую банковскую ячейку и кладу туда сумму, с лихвой покрывающую все возможные расходы. Код доступа отправляю с нового номера сестре Нагваля, после чего сим-карта прекращает своё существование.

Ну что ж, я перелистнул эту мрачную страницу, и теперь мне не остаётся ничего другого, как пойти в чайную и попытаться понять, что же происходит. В голове одни только вопросы, главные из которых: каким образом убили Нагваля и за что? Что искали у него дома, для меня почему-то очевидно – мой китайский кувшин. Что это не ограбление, ещё более очевидно – каждому ясно, что у людей, подобных Нагвалю, никогда ничего ценного отродясь не водилось. А всё, что представляет для них ценность, можно продать только таким же ненормальным. «Куда же ты влез, Нагваль? Что за страшная тайна тебе открылась, за которую тебя убили так быстро и хладнокровно?» – сижу в раздумьях, пока меня вежливо не возвращают в реальность, напомнив, что чайная должна была закрыться уже полчаса назад.

Глава 8

Заход на второй круг

Когда не знаешь, с чего начать,

лучше всего начать с начала.

Януш Вишневский

На следующее утро внезапно просыпаюсь, подброшенный на кровати яркой мыслью. Видно, мой мозг всю ночь продолжал работать над вчерашней загадкой и всё-таки нашёл хоть какой-то ответ.

Если не знаешь, что делать, вернись к началу – вроде так советовали древние. А где начало этой истории? Конечно же, встреча с этим злосчастным некромантом! Как там его? Семёныч вроде бы. Уже понимаю, что готов, если понадобится, перевернуть весь город, чтоб его найти. На удивление, этого и не требуется. Оказывается, что в этом мире я достаточно скрупулёзный коллекционер, поэтому веду отдельную тетрадь с подробной информацией, какие реликвии кому были проданы или у кого куплены. Это выясняется, когда на мой вопрос про странного человека с кувшином мои продавцы, удивлённо переглянувшись, дружно советуют поискать там. Тетрадь обнаруживается в квартире. Напротив фото кувшина написаны телефон и имя Сергей. Не раздумывая, набираю номер и, сославшись на важность вопроса, договариваюсь о встрече во второй половине дня.

Подъезжаю к его дому даже немного раньше и, найдя квартиру, решительно стучу. Дверь открывается, на пороге стоит местная версия человека, по вине которого я попал в этот переплёт, а Нагваль из него не выбрался. Мы здороваемся, и он приглашает меня войти.

– Вы сказали, что вопрос срочный, – начинает Сергей, даже не предлагая сесть. – Чем, интересно, я могу Вам помочь?

– Дело в том, что Вашим кувшином серьёзно заинтересовались, – говорю правду, как всегда, не вдаваясь в детали. – И хотелось бы получше узнать историю этого предмета.

– Появились покупатели? – Сергей, естественно, решает, что продешевил с обменом.

– Нет, интерес другого свойства, – говорю хмуро, вспоминая, до чего этот интерес довел Нагваля. – Просто возникла связь между этим кувшином и определённой идеей из области современной физики. Но пока я Вам ничего связного сказать не могу, всё это только из области догадок. Не припомните ли детали этой истории, может, дед вам рассказывал про местонахождение монастыря или про японцев, которые на них тогда нападали?

– Извините, но ничем Вам помочь не смогу. Я как-то не интересовался, где был монастырь, да и дед вряд ли точно показал бы его на карте. С японцами тоже ничего особенного… Хотя подождите, – прерывает он себя. – Помню, он говорил, что, когда наши солдаты подошли и отбили атаку, он уже утром шёл вниз и по пути видел ещё лежавшие тела японцев. Так вот у офицеров, которых, как ни странно, было очень много, кроме обычного оружия были ещё и катаны. Дед взял одну на память как военный трофей.

– Можно взглянуть? – спрашиваю, стараясь скрыть нетерпение. Сергей мнётся в нерешительности.

– Хорошо, я Вам покажу, но сразу предупреждаю, что продавать не буду. Это последнее, что осталось в память о деде, и я ему обещал её сохранить.

Я, конечно, хочу съязвить, что мне и его кувшина хватило уже с головой, но решаюсь ограничиться просто кивком. Сергей уходит и возвращается с обычной катаной в ножнах. Беглый осмотр ничего не даёт, но я продолжаю рассматривать уже более внимательно. Наконец моя настойчивость вознаграждена. На обороте гарды полустёртый символ: две змеи обвивают открытый глаз. Аккуратно делаю несколько хороших фото. Больше ничего стоящего узнать не удаётся, но и это уже хоть какая-то зацепка.

Придя домой, беру ноутбук с заклеенной предварительно камерой. Захожу в Сеть через защищённое соединение и продолжаю в очередной раз просматривать страницы, которые были открыты на компьютере у Нагваля. Информация самая разрозненная, начиная с музеев и заканчивая древними даосскими трактатами. Понимаю, что во всём этом мне не разобраться, так как похоже, что лишь Нагваль видел в этом хаосе какую-то систему. Задумчиво откладываю ноутбук и открываю на телефоне фотографии, рассматриваю странный символ на катане. И тут в голове вспыхивает догадка. Стараясь её не спугнуть, быстро возвращаюсь к ноутбуку и судорожно просматриваю последние страницы. Есть! На одном из сайтов тот же логотип, что и на гарде катаны. Оказалось, это сайт какой-то фармакологической компании, судя по всему, входящей в крупную корпорацию. Центральный офис вычислить не получается, но он, без сомнения, в Японии. Хоть и не думаю, что мне эта информация поможет. Очевидно, весь бизнес является лишь внешней экономической оболочкой. Но чего? На этот вопрос Интернет мне уже не отвечает.

Часть 2

Цифровая нереальность

Глава 9

Тандзуро и «кланированный» мир

Самурайский долг тяжелее горы,

а смерть легче пуха на пути воина.

Из кодекса бусидо

Субботняя утренняя служба в храме клана Восходящего Солнца прошла как обычно. Тандзуро Ёши, поднявшись со своего места в первом ряду, подошёл к персональному лифту и спустился на свой жилой 27-й уровень подземного бункера. Двери лифта бесшумно открылись в его апартаментах, и Тандзуро вошёл в холл. Включился электронный секретарь и доложил расписание на день. Тандзуро приказал ему приготовить светлый костюм и накрыть завтрак через десять минут. По правилам ему сегодня можно было полдня отдохнуть. Но он решил после завтрака не отвлекаться на отдых, а продолжить свою работу. Впрочем, как делали и остальные самураи клана его уровня.

Тандзуро уже заканчивал завтрак и хотел дать команду вызвать свой вертолёт, когда электронный секретарь, как всегда, без предупреждения, соединил его с сёгуном Иамото Тумо. Со всех сторон на повышенной громкости зазвучал властный голос самого главного человека клана Восходящего Солнца.

– Тандзуро, мальчик мой, знаю, на этой неделе ты много работал и больше других нуждаешься в отдыхе. Но поверь, просто так я не стал бы тебя беспокоить. Спускайся ко мне, – связь отключилась, не дав даже возможности ответить.

«Мальчик мой, ты нуждаешься в отдыхе», – быстро одеваясь, вспоминал Тандзуро слова великого господина, или тайкуна, как ещё называли в клане Иамото Тумо. Своих родителей Тандзуро практически не помнил: когда его забрали в клан, ему было чуть больше пяти лет. По рассказам воспитателей, его родители погибли в автомобильной катастрофе, а другие родственники от него отказались, поэтому не стоит их искать. Тандзуро так свыкся с этим, что даже позже, имея возможность разыскать родственников, отказался от этой мысли. Тем более после слов Иамото Тумо, что теперь предъявление претензий этим никчемным людям только опорочит его честь самурая. Так сёгун с раннего детства стал для него единственным близким человеком, строгим, но добрым дедушкой, который вырастил его как своего внука и благодаря которому он получил блестящее образование и место в клане.