К.Ф. О'Берон – Истории приграничья (страница 51)

— А ну, заткнись, стерво! — подскочивший Урдан наотмашь врезал по пухлой физиономии. — Щас все из-за тя подохнут!

Баба повалилась на дно телеги. Привстала, ошалело хлопая глазами и сдавленно мыча. Из уголка рта потекла кровь: то ли от разбитой о зубы щёки, то ли от прикушенного языка. По круглому лицу лились слёзы, в правой ноздре повисла длинная сопля.

— Вон из телеги, — страшным голосом скомандовал воин.

Баба, всё ещё цепляясь за пожитки, перекинула ногу через низкий бортик. Урдан нетерпеливо схватил её за руку, резко потянул. Потеряв равновесие, переселенка всем телом тяжко шлёпнулась на землю. Следом выпал узел. Ратник с искажённым лицом пнул мягкий ком, загоняя в заросли придорожных лопухов.

— В лес, живо!

Люди покорно подчинились.

— Молт, веди их в чащу, — распорядился Каркси Дуб.

Сам он, обнажив меч, затаился в кустах возле дороги. Неподалёку с топором в руках устроился Урдан.

Шум, сопровождавший движение обоза, отдалился и постепенно затих. Некоторое время слышался только шепчущий шелест листвы. Где-то через пятьдесят-семьдесят ударов сердца, на дороге показались кочевники. Полтора десятка верховых неторопливо проехали мимо затаившихся эмайнцев, негромко переговариваясь и почти не глядя по сторонам.

Когда глухой топот копыт умолк, ратники с облегчением переглянулись — пронесло.

— Шибче, шибче! — подгонял Молт, настороженно поглядывая назад, в сторону дороги.

Напуганные люди торопливо шагали по упругой слежавшейся листве. В лесном сумраке напряжённые лица мужчин выглядели злыми и уродливыми. Бледные женщины с трудом сдерживали рыдания; одна, быстро шевеля губами, молилась.

Почти невидимый в бороде рот воина скривился: переселенцы шумели, будто выводок диких свиней. Добро, что бабы хоть причитать перестали. Сразу надо было крикучей по уху дать — такие лишь так разуметь починают.

Ратник в очередной раз оглянулся. Куда Каркси с Урданом запропастились? Звуков драки вроде не слыхать — ни теперь, ни прежде. Неужто кочевники исхитрились обойти их, а сейчас настигают беглецов?

— Шибче! — вновь подогнал Молт переселенцев. — Шибче, коли сгнить в энтом лесе не хочете!..

Урдан с Каркси шли меж деревьями споро, но тихо. Потому идущих впереди услыхали раньше, чем нагнали.

— Шуму от них — до самого Фумина, — досадливо сказал Урдан. — Кочевые, видать, в конец тугоухие, раз не почуяли эдаких телепней.

— Сплюнь, шоб не сглазить.

Настигнув беглецов, Каркси заметил, как просветлело лицо Молта. Ободряюще кивнув ему, Дуб занял место впереди. Обоих ратников отправил в конец вереницы:

— Поотстаньте чуток и сторожите отряд сзаду.

— Да какой энто отряд, — сплюнул Урдан. — Распоследняя пьянь в «Огоньке» смекалистей и тише будет.

— Помаются в приграничье чуток — обтешутся да выучатся, коли жить хотят, — спокойно ответил десятник. — Всяко должны мы ныне не судить-рядить, а довесть их в невредимости, как господин Ук-Мак наказывал.

— Ну, помогай нам владыка Ильэлл, — вздохнул Молт.

Покуда эмайнцы продвигались вглубь леса, на дороге вновь появились кочевники. Пятеро верховых направлялись в ту же сторону, что их соплеменники. Из-за малочисленности чувствовали они себя не так уверенно, потому помалкивали, внимательно зыркая по сторонам.

Приметив что-то среди зелени, молодой воин направил лошадь к краю дороги. Чуть склонившись в седле, ткнул копьём вниз. Потревожив широкие листья, поднял груз и окликнул спутников. Остановившись, те уставились на узел, повисший на острие вытянутого листовидного наконечника.

Самый старый в группе воин подъехал ближе, повелительно протянул руку. Молодой послушно склонил древко, передавая находку. Распоров ткань ножом, кочевник по одной доставал вещи: войлочную шапку, женскую накидку из грубой шерсти, яркий платок, безрукавку из овчины… Приблизившись, остальные всадники возбуждённо загомонили. Небогатые наряды пошли по рукам, кое-что исчезло в седельных мешках.

Покуда остальные делили добычу, молодой кочевник спешился и вернулся туда, где обнаружил узел. Согнулся, разглядывая землю и листву. Потом и вовсе встал на четвереньки. Будто большой пёс, осмотрел заросли, опад, кусты на границе леса.

Вернувшись к соплеменникам, заговорил, то указывая в сторону чащи, то демонстрируя растопыренную пятерню. Умолкнув, товарищи выслушали его. Заспорили. Троим, включая молодого следопыта, хотелось поискать тех, кто недавно ушёл в лес. Старший настаивал, что нужно ехать дальше, то и дело поминая босоркану. Ещё один колебался, разрываясь между чувством долга, охотничьим азартом и жадностью.

Наконец, старший сдался. Махнув рукой, отъехал к обочине, легко соскочил на землю. Ведя коня в поводу, зашагал в лес. Следом потянулись остальные.

Привязав лошадей к деревьям там, где их не было видно с дороги, воины гуськом двинулись по следам переселенцев.

Прислонившись плечом к стволу вяза, Молт ковырял пальцем в носу. Со скучающим видом вытер грязный ноготь о грубую бороздчатую кору.

— Ну, ты чё там? — вполголоса позвал товарища. — Подох от натуги?

— Закройся, — Урдан, поправляя истёртый ремень, выступил из высокого кустарника. — Ходу.

Молт отлип от дерева, сделал шаг и вдруг замер, повернув голову влево.

— Чаво… — второй ратник осёкся, увидев предупреждающий жест. Присел, всматриваясь в зелень.

Молт вновь нырнул под прикрытие древесного ствола. Осторожно выглядывая, задержал дыхание, чтобы лучше слышать. За негромкими лесными звуками ему чудился едва уловимый шум движения и воин силился понять, крадётся то зверь или шагает человек.

Шедший впереди кочевник остановился. На обветренном, красно-коричневом от загара лице застыло сосредоточенное выражение. Вытянув шею и подняв повыше нос, воин потянул воздух. Пригнувшись, снова засопел, принюхиваясь.

Четвёрка позади остановилась, не издавая ни звука.

Старший постоял в задумчивости, пронзая взглядом пространство между стволами. Резкими взмахами обеих рук приказал спутникам рассыпаться. Те сноровисто исполнили команду. После двинулись вперед медленно, то и дело припадая к земле, точно лисы, подбирающиеся к лесной куропатке.

Кочевника выдала легонько качнувшаяся веточка. Урдан, замерев, уставился туда, где всё ещё покачивались листья, напоминающие чуть вытянутые сердечки. И тут же появился силуэт, скользнувший от куста к дереву поблизости.

Ратник покосился на товарища, желая узнать, заметил ли тот врага. Молт во все глаза смотрел в направлении кочевника. Будто почувствовав взгляд Урдана, чуть повернул голову, опустил и поднял веки.

Урдан ткнул указательным пальцем в сторону чужака, после провёл большим поперёк горла. Молт помедлил, изучая окрестности. Затем кивнул.

Урдан, потихоньку двинулся вбок, намереваясь подобраться к кочевнику справа. Его спутник поначалу наблюдал за лесом, а потом отвлёкся на товарища, скрытно приближавшегося к цели. Кочевник тоже не стоял на месте. Осмотревшись, тенью проскользнул к другому дереву. Глянул вперёд. Затем неожиданно для эмайнцев, перевёл взор туда, где находился Урдан, и застыл прислушиваясь.

Мысленно бранясь, Молт протянул руку и легонько качнул гибкую ветвь куста. Кочевник тут же уставился на трепещущую листву.

Воспользовавшись моментом, Урдан одним прыжком преодолел оставшееся расстояние, в броске занося над головой топор. Среагировав на звук, кочевник резко повернулся, неосознанно вскинул согнутую руку, точно надеясь защититься от мощного удара.

Носок топора, рассекая кожу и пробивая кость, вонзился в лицо воина, чуть наискось разрубив переносицу. С шумом ломая низовую поросль, кочевник упал. Брызнув сорвавшейся с лезвия кровью на древесную кору, ратник ударил снова.

Между деревьями поодаль мелькнул силуэт — к Урдану бежал ещё один варвар. Издавая воинственные крики, он грозил изготовившемуся к бою ратнику мечом. Но прежде чем воин добрался до пограничника, из-за деревьев прилетела стрела, пробив Урдану правую щеку и выйдя из левой. Ратник с невнятными звуками пошатнулся. Подоспевший кочевник с мечом попытался обезглавить воина. Удар оказался недостаточно точным и сильным: лезвие скользнуло по низкому вороту кольчуги и глубоко порезало шею. Обливаясь кровью, Урдан рухнул. Тогда кочевник, ухватившись за рукоять обеими ладонями, проткнул ратнику живот, налегая на меч всем весом.

Молт, кинувшийся было к товарищу, увидел, как из-за деревьев к месту схватки спешат другие чужаки. Пригнувшись, ратник юркнул назад. Прислушиваясь к возбуждённому говору кочевников, стоявших над телом соплеменника, начал понемногу пятиться. Затем повернулся и, осторожно ступая, скрылся в чаще.

— Скоко их? — сосредоточенно глядя перед собой, уточнил Каркси.

— Четверых видал, — дыхание Молта всё ещё не успокоилось. — Окромя того, что Урдан изничтожил.

— Мыслишь, больше их там?